Фантастика 2026-2 - Олег Велесов

— Там есть стража? — не оборачиваясь, спросил я.

— Ты меня спрашиваешь? — вопросом на вопрос ответил Руди.

— А кого ещё? Это ты задвигал мне про чёрный вход, про охранников в закутке. Кстати, их было пятеро, а не двое-трое, если ты не заметил.

— Мне что капитан сообщил, то я тебе и рассказал. Вообще, это твоя забота разбираться с охраной, мы лишь прикрываем.

Прикрыватели хреновы. Впрочем, зря я злюсь, Руди с Лупоглазым делали свою работу хорошо. А с той троицей в парке они вообще расправились шикарно, до сих пор стоит картина перед глазами, как сыпятся на землю головы.

— Дак, дай фонарь.

Я осторожно выглянул. Влево и вправо уходил широченный коридор. Свет фонаря позволил разглядеть бархат на стенах, паркет на полу, расписные вазы. Нехреновая обстановочка.

— В какую сторону идти?

— Направо покои герцогини. К господину Венингу налево, — шепнул мне в ухо Лупоглазый, и добавил. — Там только одна дверь. Не промахнёшься.

Я и не промахнулся. Спальня Венинга была размером со студенческую аудиторию — высокие потолки, огромные окна. По центру стояла кровать под балдахином. Тканевые занавеси были подняты. Я подошёл вплотную. Положенец лежал на боку, накрывшись с головой одеялом, только кончик ночного колпака виднелся на подушке. Колпак, ха! Не удивлюсь, если под кроватью сыщется ночной горшок. Кончиком меча я подцепил одеяло и потянул на себя. Надо было сразу рубануть, чтобы не выслушивать потом различные тирады по типу: я всегда знал, что ты самый лучший, только не убивай! Но мне очень хотелось посмотреть на выражение лица Венинга, когда он почувствует мой меч у горла...

И правильно сделал, что не рубанул, ибо это был не Венинг.

Глава 18

Это был мой друг клирик. Каким чудом он оказался в постели Венинга, чёрт его знает, но точно не по собственному желанию. Руки его были связаны, вернее, примотаны к телу, во рту кляп. В вытаращенных глазах — страх. Он смотрел на меня, силился что-то промычать, скорее всего, предупредить, но в предупреждениях я не нуждался. Не обязательно быть шибко умным, чтоб догадаться, раз клирик на кровати Венинга, значит, это засада.

Я кувыркнулся через кровать, и вовремя, ибо в то место, где я только что стоял, с грохотом вонзился люцернский молот Лупоглазого. И тут же вопль Венинга взорвался в ушах:

— Живым брать!

В спальню вбежали стражники с фонарями, стало светло. Следом вошёл положенец и замер в дверном проёме. Он был при полном доспехе, в одной руке клевец, в другой экю. Позой он походил на раптора, коего мне не так давно удалось завалить на сцене. Уж не одного ли они поля ягоды?

Я подался к окнам, выглянул. Спальня находилась на третьем этаже, внизу росли розовые кусты, вдоль которых тянулся бархатный газончик. Можно попробовать спрыгнуть, и при удачном приземлении попытаться уйти в поля — или что там у них поблизости? — но парк вокруг дома уже наполнился людьми с факелами, которые как светлячки метались между деревьями, освещая каждый укромный уголок.

Пока я разглядывал пейзаж за окном, ко мне приблизились Руди и Лупоглазый. Руди аккуратно положил фламберг на кровать и взялся за кошкодёра, Лупоглазый Дак тыкал перед собой молотом. Не смотря на мерзкие ухмылки и многозначительные действия, как-то не очень хотелось верить в их предательство. Такой путь всё-таки проделали вместе, столько стражи положили. Хотя какие там стражи — бедные артисты, которых переодели в дешёвые доспехи и, возможно, пообещали свободу, если будут вести себя правильно. Теперь понятно, почему патрульный бросился бежать, а не попытался забить тревогу. Он попросту испугался, когда увидел падающие головы своих товарищей. И те четверо тоже запаниковали и побежали туда, где, как им казалось, было безопаснее всего. И понятны те копейки опыта, прилетевшие за них. Ну какой с них может быть опыт в принципе? А вот с этих двоих...

Первым до меня дотянулся Лупоглазый. Используя молот как пику, он попытался проткнуть меня. Дурачок! Во-первых, Венинг ясно предупредил: брать живым. Во-вторых, неужели он думает, что я позволю превратить себя в цыплёнка на вертеле? Я перехватил древко молота и рванул на себя, усиливая инерцию движения. Лупоглазый устремился следом и, проломив головой раму, вылетел в окно. Руди замер на секунду. Звон стекла, короткий крик и последующий шмяк о газон отрезвили его. Помниться, он выражал сомнения по поводу моего мастерства, ну так теперь я убедил его в обратном. Он переложил меч из одной руки в другую, сглотнул, снова переложил и пошёл ко мне боком. Он уже не был столь уверен в своём превосходстве, тем более что пример Лупоглазого был весьма красноречив. Но и отступить Руди не мог.

Он попытался применить ко мне принцип общей свалки, когда сошедшиеся в плотном бою ландскнехты просто колошматят друг друга быстрыми, резкими и беспрерывными ударами. Но здесь это не работало. Пространство спальни хоть и можно считать замкнутым, но замкнутость эта была относительной. Места для маневра оставалось предостаточно; спальня герцога это вам не комнатушка в башне, где я драл госпожу Матильду, и когда Руди замолотил кошкодёром, я стал уходит от него в сторону, даже не пытаясь противопоставить какую-то защиту. Ландскнехт потянулся следом, и со стороны это выглядело так, будто он гоняется за мной по кругу, и то ли не может, то ли не хочет догнать. Я склонялся ко второму варианту. Один раз мне надоели чересчур активные взмахи кошкодёром, я перехватил его лезвие кончиком Бастарда и направил клинок в пол. Руди провалился, я крутанулся на пятках и плашмя шлёпнул его мечом по заднице.

Венинг вскрикнул несдержанно:

— Руди, ты не можешь справиться с актёром? Ты же рубака. Покажи своё умение.

Ландскнехт остановился, вытер пот со лба и уже собрался ответить положенцу нечто дерзкое, но я опередил его.

— А сам попробовать не хочешь?

Венинг с ответом не задержался.

— Для грязной работы у меня имеются наёмники. А вот когда они закончатся, тогда я лично с тобой разберусь.

Это была чистой воды насмешка, потому что наёмников было много, мне одному со всеми ими не справиться.

— Сдавайся, Соло, — прохрипел Руди. Он наклонился, упёрся руками в колени и дышал громко и хрипло. — Долго мы тут бегать будем? Сдохнем нахрен...

На него было жалко смотреть — красный, потный, осунувшийся — вот что получается, когда большую часть свободного времени