Переворот с начинкой - Ирек Гильмутдинов

— Тоже верно.

Беседуя на отвлечённые темы, мы вскоре достигли замка, что горделиво возвышался на одном из холмов, окружённый широким, наполненным водой рвом. Строение поражало своим сходством с цитаделью Инферно из старинной игры что обожал отец «ГМиМ» — сложенное из тёмно-серого камня, с массивными вратами, высокими башнями, увенчанными бойницами. Внутри крепостных стен вздымался в небо донжон в обрамлении четырёх сторожевых башен, на которых пылали огни, заливая окрестности тревожным сиянием.

Особое же раздражение вызвало у меня зрелище причала, расположившегося неподалёку, в каких-то двух километрах от замка, где покачивалась на волнах каравелла. Напрашивался вопрос: отчего Сайлас не доставил нас прямо сюда? В голову тут же начали закрадываться не самые благостные подозрения. Не для ли того, чтобы призраки нас... А заодно и наши пожитки прибрать? Хоть он и не производил впечатления предателя, но кто его знает — всё же пират. Что ж, этот вопрос потребует выяснения.

К нашему облегчению, подъёмный мост был опущен, и по нему сновал народ: женщины с корзинами белья, направлявшиеся в замок после стирки, болтали беззаботно. Пятеро мужчин с торбами за спиной брели молча, видимо, измождённые тяжким трудом. Когда мы приблизились, навстречу вышел человек, ведущий под уздцы лошадь. Я был поражён подобной беспечностью — неужели они не опасаются нападения? Или их предводитель столь уверен в своей безопасности? Ну-ну, мы эту уверенность пошатнём.

При нашем входе никто не удостоил нас особым вниманием — разве что бросили любопытные взгляды на моих спутников, указали пальцами — и всё.

Дабы не блуждать наугад, я окинул взором двор в поисках стражи, но не обнаружил ни одного воина. Тогда я направился к мужчине, восседавшему у механизма, управляющего вратами.

— Здаров, мужик, как к главному пройти?

— А-а-а, новенькие. Это хорошо, а то чего-то господин не в духе, какой день уже.

— Ага, решили души продать, глядишь, веселей жить будет с монетой другой.

Он смерил нас недобрым взглядом, а после указал на донжон.

— Ужин время. Значится, господин потачивать изволит. «Топайте в большой зал», — сказав это, он потерял к нам интерес и отвернулся.

Мы безмолвно вошли в распахнутые настежь двери и начали подниматься по каменной лестнице на второй этаж, изредка сверяя путь у проходящих мимо людей.

Двери в главный зал оказались закрыты. Не найдя более изощрённого решения, я постучал в резные дубовые створки и, не дождавшись ответа, распахнул их ногой напитав магией.

Перед нами предстал обширный зал с двадцатиметровыми сводами, где бесчисленные свечи отбрасывали трепещущие тени на стены, украшенные полотнами с батальными сценами неведомых существ. На огромных витражных окнах тяжёлыми складками ниспадали гобелены, изображающие забытые битвы. Атмосфера царила поистине готическая — не хватало лишь органной музыки для полной гармонии.

Каково же было моё изумление, когда за массивным столом я узрел знакомое лицо. То был Морак Тар'нарок, прозванный «Жнецом Душ» — существом, с коим мне довелось столкнуться во время пленения у Таноса, ой Танатоса.

В центре зала возвышался немалых размеров стол из белого мрамора, способный вместить сорок персон, ломившийся от изысканных яств. Во главе пиршества восседал сам демон, а по обеим сторонам — странное собрание: люди и порождения нижних миров. Женщину я опознал по цвету волос, а вот мужчина оказался незнаком, хотя смею предположить — то был Голубок ой Голубь. Что-то сегодня я постоянно путаюсь. Прочих четырёх демонов я не знал, но все присутствующие за столом имели какой-то подавленный вид и... Неужели их избили? Откуда же у них свежие ссадины на лицах и синева под глазами? Похоже, мои «архаровцы» успели проявить характер. Но почему следы побоев выглядят столь свежими, если пленение произошло давно?

— Опа, старые знакомые. А ты чего, рогатый, тут делаешь? Какими тропами сюда забрался? Не уж-то так напугался, что аж в другой мир сбежал? Ой, кстати, извини, что помешал вашему ужину. Я тут просто друзей ищу. Гоблин с металлической рукой, парень с недюжинной силой и гномы, — стоило мне их упомянуть, как они все демоны резко дёрнулись.

— Судя по вашей реакции, я, похоже, пришёл в правильное место. И так, говори, где они, и я пойду, и даже твой замок ломать не буду.

— Они в подвале, но ты их не получишь.

— Это с чего бы такие выводы? Если уж ты с ними не смог справиться, то куда тебе со мной тягаться, рогатый. Сиди и кушай, пока вон Перчика на тебя не натравил.

— Ты чего, Кай, я что тебе, собака? Нельзя так про друзей.

— Прости, неправ, — мы стукнулись кулачками в знак примирения.

— А вообще да, я бы подравнял им физиономии, а то наши как-то плохо постарались, — обнажил он коготочки, от чего демоны нервно дёрнулись.

Тут, видимо, они вспомнили, что они не абы кто, а всё-таки демоны, а потому резко поднялись из-за столов, а вместе с тем глаза, двух людей что сидели с ним за одним столом, вспыхнули красным, но быстро потухли, видимо могу себя контролировать.

— «Серьёзно? Вот сейчас тебе захотелось посмотреть?»

— «Не будь душным Женя, скучно же.»

— Вул’дан, Перчик, освободите наших, а я пока тут разберусь.

— Узри истинный облик смертный! — проревел Морак Тар'нарок и взмахнув крыльями устремился ко мне.

— Похоже я погорячился оставшись в одиночку, — проговорил я, глядя, как и остальные демоны увеличиваются в размерах.

Глава 16

Битва высших сил.

Первое, что я сделал, так это достал пистолет и, помогая себе магией, дабы пуля нашла цель, выстрелил. Пуля чётко угодила в демона, что даже не попытался уклониться, не увидев в этом маленьком куске железа, именуемом пистолетом, опасности. Убить я его не убил, а вот из игры вывел. По тому, как он упал и задёргался в конвульсиях.

Силён, гад.

Стрелять по другим времени не было, да и пули жалко. Они мне ещё пригодятся.

Зато это быстро остудило пыл Морака, когда я направил оружие в него он резко отклонился, уйдя в сторону.

Вооружившись гримуаром и кристаллом, я создал стражей и воронов, отправив их на демонов, а сам вступил в схватку со старым «приятелем».

Мэдди и Голубок, поняв, что я маг, да притом очень сильный, раз не побоялся выступить против их хозяев в их же собственном доме, поспешили ретироваться, вот только я этого не разрешал.

— «Nocte Aeterna», —