Ночь Жатвы - Елена Новак

– Майкл, – это имя было давно забыто, оно погибло в тот день, когда я решил служить братству и уничтожить всех монстров на нашей планете.

– Майкл – мне оно больше нравится. – Девчонка улыбнулась, а затем прикоснулась к замку и прошептала: – Apertum [10].

– Ого, – я присвистнул, – неужели тебя уже начали обучать магии?

Нина помотала головой.

– Я подсмотрела за Мартой. Она делала то же самое, когда открывала дверь, ведущую из холла в темницу.

Девчонка подошла ко мне и провела по моему лицу рукой.

– Бедный… Он пытал тебя, да? И наверняка будет пытать снова, пока ты не сломаешься и не выдашь своих братьев. – Нина склонилась над моей головой. Ее волосы щекотали плечо.

Что же делать? Времени на раздумье нет.

– Узнай, – я старался не смотреть на нее, – узнай, что в конце темницы. Наверняка там еще один выход из замка. Думаю, его не открыть простым заклинанием, нужен ключ.

Она взглянула влево, туда, где чернели сырые стены коридора, затем кивнула.

– Хорошо, только… – Нина помедлила, – услуга за услугу. Пообещай, что узнаешь у охотников, есть ли способ для высшего снова стать человеком.

Я снова удивленно на нее взглянул. Эта Нина была самой странной женщиной на свете! Никто из высших не желал превращаться в обычного человека. На то они и высшие, чтобы управлять людьми, использовать их, как простую пищу.

– Знаешь, – я внимательно взглянул на ее бледное лицо, – могу даже дать нерушимую клятву. У тебя есть что-нибудь острое? Нам понадобится кровь.

– Да, – девчонка смущенно отвела взгляд и достала из кармана юбки небольшой острый нож, – я стянула это сегодня у графа за завтраком, так, на всякий случай.

Это было даже забавно, и я усмехнулся. Пытаться противостоять самому Арделиану при помощи кухонного ножа!

– Не смейся! – Она топнула ножкой. – Лучше скажи, что делать дальше?

– Порежь свою ладонь, затем мою, потом возьми меня за руку и скажи слова клятвы. Инквизитор не станет слугой от одного небольшого контакта с твоей кровью, можешь не волноваться.

Я вздохнул, тайно надеясь, что девчонка ненадолго потеряет контроль, увидев кровь. Покажет свою истинную сущность, и тогда эта проклятая жалость не помешает мне расправиться с ней.

Нина молча на меня уставилась. В ее глазах появился страх. Похоже, боялась сорваться при виде крови. Она отвернулась и тихо сказала:

– Хорошо.

Последовал лязгающий звук, на пол упала капля ее крови, затем девчонка склонилась к моей руке. Я почувствовал боль, легкую и даже приятную по сравнению с тем, что мне довелось испытать недавно.

Мы произнесли слова клятвы. Я почувствовал жжение в ладони – знак того, что магия сработала. Теперь наши слова стали обетом, и никто не в силах его нарушить.

Я облегченно вздохнул. Передать просьбу девчонки святому отцу – сущий пустяк, а вот она рисковала всем ради моей свободы.

Нина снова опустила нож в карман платья и отшатнулась от меня, прикрыв глаза. Судя по всему, контроль над жаждой давался ей с трудом, но она не сорвалась, не показала свою кровожадную сущность. Жаль.

– Майкл.

Я вздрогнул, услышав свое настоящее имя.

– Жди меня здесь, надо посмотреть, что в конце того туннеля, – сказав это, Нина развернулась и вышла из камеры.

Ее волосы слегка всколыхнулись от резкого движения, и я снова увидел золотистые пряди, которые так выделялись на фоне серых стен темницы, впрочем, как и вся фигура Нины.

Она на мгновение схватилась за прутья камеры и прошептала:

– Я вернусь, дождись меня.

Затем ее фигуру быстро поглотила темнота туннеля. Я только слышал удаляющийся звук шагов и удары собственного сердца.

Сон оборвался внезапно, впрочем, как и всегда.

Я открыл глаза, стараясь понять, где нахожусь: в сырой темнице или в уютной спальне Нортенвиля. За окном в непроглядной темноте ночи шел дождь, я понял это по настойчивому стуку капель по карнизу. «Дождь – время расставаний», – кажется, так говорилось в каком-то бульварном романе.

На часах было почти десять. Как же долго я спал!

На улице царила прохлада. Я открыл окно и вдохнул свежий холодный воздух. Запах весны и дождя, он словно манил меня, звал за собой, прочь от темных стен Нортенвиля, ставших тюрьмой, туда, где будет свобода и настоящая жизнь.

Я вышел из комнаты, громко хлопнув дверью. Меня ждет расчудесная Арабелла в своих королевских покоях.

Представив ее удивленное лицо, я почувствовал торжество вперемешку с чувством вины.

Помню, когда она первый раз на меня взглянула, переступив порог Нортенвиля, я сразу понял: Арабелла Ридели – королева, она из тех, кто смотрит свысока и не знает жалости.

С тех пор ничего не изменилось.

Наверное, поэтому у нас ничего и не вышло.

С этими мыслями я пересек коридор и начал подниматься по лестнице. На последней ступеньке сидел мистер Берри и аккуратно вылизывал лапы.

Увидев меня, он как-то странно, не по-кошачьи вздохнул и издал рычащий звук:

– Осторррожно…

А затем ушел в темноту коридора, недовольно виляя хвостом.

Мне показалось, или кот что-то пытался сказать?

В коридорах было непривычно пусто, словно весь Нортенвиль спал беспробудным сном.

Интересно, куда подевались мои приятели, которые каждый вечер болтаются в гостиной?

В груди появилось странное беспокойство. Отчего-то желание поговорить с Арабеллой исчезло. Мне стало страшно, а может, все дело в говорящем коте?

Я тяжело вздохнул и постучался в ее комнату.

Она ответила звонким голосом: «Войдите», и дверь открылась сама, словно приглашая меня внутрь.

Здесь было изящно и красиво, впрочем, как всегда. Дорогая мебель, шкаф с книгами, аквариум с золотыми рыбками, плывущими на фоне коралловых рифов, – непозволительная роскошь для обычной ученицы Нортенвиля.

Арабелла сидела на кресле в тонком белом халате. В руках она держала книгу со странным названием «Блюда из низших».

– О чем ты хотел поговорить? – Она с шумом захлопнула увесистый том и перевела взгляд на меня.

Сегодня Арабелла была даже красивей, чем обычно. В глазах сиял лихорадочный блеск, губы накрашены красным, на лице читалась непривычная печаль.

В горле пересохло, но я сделал над собой усилие и тихо сказал:

– О нас, Белл, дело в том, что…

– Ты готовишь костюм для свадьбы? – Она перевела взгляд на аквариум. – Я выбрала длинное пышное платье – такое торжество бывает только раз в жизни, поэтому не стоит скромничать, – Белла улыбнулась, – а еще Николас заказал кольца для…

– Белла, послушай! – Внутри меня закипала злость, я подошел ближе. – Не надо так старательно готовиться к свадьбе. Ты хоть раз пыталась