Игра по чужим правилам - Борис Борисович Батыршин

Генерал нажал кнопку на коробочке интеркома.

– Мы готовы. Можете начинать.

С места, на котором устроился Женька, он видел только затылок человека за столом. Зато лицо его визави, которого усадили на привинченный к полу стул, было видно очень хорошо. Разумно – тех, кто удостоился допуска по эту сторону окошка, интересует реакция допрашиваемого, а никак не дознавателя.

Сидящий за столом раскрыл лежащую перед ним папку (Женька вытянул шею, пытаясь через плечо заглянуть в бумаги) и негромко попросил:

– В прошлый раз мы говорили о ваших коллегах, обосновавшихся в Аргентине. Я бы попросил вас повторить эти показания.

Человек на стуле понимающе ухмыльнулся – Женьке на миг показалось, что он подмигнул тем, кто сидит за стеклом, – и заговорил.

– Группа была развёрнута примерно через три месяца после отступления десанта в тысяча девятьсот шестьде..

– Это можете опустить, – мягко перебил дознаватель. – Давайте сразу о составе группы.

– В ней трое Десантников, – отозвался Абрек. – Остальные – по большей части обитатели колонии, основанной людьми, бежавшими из Европы после войны. Я, разумеется, говорю о Второй мировой…

– Это очевидно, – кивнул дознаватель. – Продолжайте, прошу вас.

– Основатели колонии в своё время состояли на службе в секретной полиции или в военной разведке нацистской Германии. И они сделали всё, чтобы не оставить следов, ведущих к своему убежищу. Но многие из беглецов обладали особыми способностями, легко обнаруживаемыми нашими средствами, а потому привлекли внимание наблюдательной группы.

– С этого момента подробнее, пожалуйста, – попросил сидящий за столом. – Для начала об особых способностях.

Женьку удивила, если не сказать поразила мягкость ведущего допрос. А как же угрозы, свет яркой лампой в лицо Абреку (не зря же она стоит на столе?) и прочие атрибуты допроса, известные из множества кинофильмов? Не то чтобы он ожидал увидеть столик с хирургическими инструментами и неприметного человечка в докторском халате и чёрных очках, как в сериале «Вариант „Омега“», но и доверительный, почти дружеский тон разговора поставил его в тупик. «Эх ты, знаток… – покровительственно заметил из своего уголка сознания Второй. – В этом-то и состоит искусство дознавателя. Ладно, слушай внимательно, потом обсудим…»

– Многие из этих людей до бегства из Европы состояли на службе в организации, занимавшейся исследованиями… скажем, паранормальных явлений. Видимо, в процессе отбора сотрудников вышло так, что процент людей, обладающих упомянутыми способностями, оказалась там необычайно высок. Наша группа сразу обратила на это внимание – у нас имелись инструменты, позволяющие фиксировать подобные вещи.

– Уточните, о каких способностях идёт речь, – попросил дознаватель.

– После того как провалились попытки захвата радиотелескопа на территории вашей страны, было признано целесообразным изучить возможности использования иных методов связи с нашими… как бы это…

– …с базовой группировкой.

– Да, именно. Дело в том что после провала первого Вторжения ваши соплеменники уже знали, что мы будем пытаться брать под контроль мощные приёмо-передающие антенны, вроде радиотелескопов или систем управления космическими аппаратами. И такие работы действительно велись и ведутся сейчас на территории обоих Америк, но они являются не более чем ширмой, дымовой завесой, призванной скрыть наши истинные цели.

Женька вместе со Вторым насторожились. Кажется, начиналось что-то действительно интересное.

– В чём же состоят эти «истинные цели»? – мягко осведомился дознаватель.

– При правильном использовании группа людей с особыми способностями вполне может заменить антенны и радиотелескопы. Ваши агенты сосредоточились на наблюдении за подобными объектами, и можно было заняться своим делом, не опасаясь помех. И к тому же… – он чуть запнулся, – интересующих нас людей разыскивали как военных преступников по всему миру. Что бы ни случилось в колонии, они сто раз подумают, прежде чем обратиться за помощью к властям, что бы ни творилось сейчас в Аргентине. Судьба Адольфа Эйхмана памятна многим.

Сидящий за столом перевернул несколько листков.

– Это ваша группа навела Десантников на колонию?

– Да, моя, – подтвердил Абрек. – На тот момент резиденты, действующие в Америке, ещё располагали возможностями пересадки Мыслящих и смогли внедриться непосредственно в руководство колонии. После чего оставалось только готовиться и ждать подходящего момента.

– И почему же они их не дождались? Прошло уже столько лет…

– Ваши коллеги сильно проредили нашу резидентуру в Северной Америке, – горько усмехнулся допрашиваемый. – Нет, кое-кто там ещё остался, в том числе на высоких постах. Но ни один из них не обладает достаточной квалификацией, чтобы выйти на связь с «основной группировкой». Возможно, позже… но на данный момент это может сделать один-единственный Десантник.

– Ваш «шеф»? – уточнил дознаватель. – Тот, которому вы регулярно переправляли отчёты о наблюдениях?

Абрек несколько раз кивнул, и Женька заметил, что его лоб покрылся мелкими капельками пота.

– Именно так. Но… он уже почти полгода не выходит на связь, и мы несколько растерялись. Я распорядился…

Генерал потянулся к интеркому и нажал кнопку.

– Довольно, заканчивайте.

Рука дознавателя дёрнулась к правому уху – у него там скрытый наушник, сообразил Женька.

– Хорошо, на этом пока всё. Сейчас вас проводят в камеру.

Сидящий на стуле разом обмяк – будто надувная кукла, из которой выпустили часть воздуха. Одновременно в стене заурчал моторчик, металлическая шторка поползла, загораживая «хитрое» окно.

– Ну, вот и всё. – Генерал откинулся на спинку кресла. – Что скажешь?

– Он говорил об институте «Аненербэ»? «Наследие предков», если по-русски, любимая игрушка рейхсфюрера СС Генриха Гиммлера?

Спрашивал уже я – альтер эго предупредительно отступил вглубь нашего общего мозга.

– Ого! – генерал удивлённо поднял брови. – Ты и это знаешь? Вроде в Союзе этой темы стараются избегать…

– Это только пока, – отвечаю. – Знали бы вы, сколько всякого вздора об этом снято и написано. Кстати, разве у вас в конторе нет аналогичного подразделения?

– А что, об этом у вас тоже пишут… в смысле – будут писать? – удивился генерал.

– Ещё как! Красные маги, Вольф Мессинг, Гурджиев…

– Совсем вы там края потеряли, – усмехнулся генерал. – Кто ж с такими вещами шутит?.. Что до нашего «паранормального» подразделения – было и такое, но его разогнали вместе со «спецотделом» после падения Хрущёва. Не совсем, конечно, разогнали, но то, что осталось, лишь бледная тень, они только и способны, что собирать по всей стране сплетни о «тарелочках». Мы даже привлекать их не стали, пустой народишко.

Я пожал плечами – генералу, конечно, виднее.

– Ладно, бог с ними. Скажи лучше, что ты думаешь по этому поводу?

И он указал на железную шторку.

– Вполне правдоподобно, насколько я могу судить. Вот и Линия Девять не зря заговорил о Латинской Америке…

Генерал кивнул.

– В материалах «наблюдателей» этому региону уделяется много внимания. Разумеется, пройти мимо этого факта мы не могли. По сути, он