Серебряная Элита - Дани Франсис

поняли, что мы не представляем угрозы, и отбуксировали нас в порт, – она закатывает глаза. – Нам даже не дали сойти на землю! Пришлось ждать на борту, пока за нами не прилетел воздушный лайнер Системы. А наш корабль в Тьерра-Фе, должно быть, пустили на металлолом.

– Неужели вам так и не дали сойти на берег? – удивляется Лидди.

– Не-а. Они не хотят иметь с нами ничего общего. Вы бы только видели, как они на нас смотрели! Как на грязь. Словно мы не заслуживаем дышать с ними одним воздухом.

Звучит знакомо.

Правда, сейчас об этом лучше не думать.

– Я много раз говорил отцу, – вмешивается в разговор новый голос, – что этих ублюдков на юге пора приструнить! Показать им, кто здесь хозяин!

Удивительно, что в нашу беседу вступил Роу. Он сидит за соседним столом, вытянув перед собой длинные ноги. Подносит к носу что-то – и я догадываюсь, что он вдыхает стим.

Любопытно, как Роу удалось пронести на базу наркотики. Стимуляторы очень дороги, и сомневаюсь, что в Структуре разрешается их принимать. Вряд ли Генерал обрадуется, если его солдаты начнут отправляться на задания под кайфом.

Мои мысли озвучивает Кейн.

– А как ты, черт возьми, сумел протащить стим на базу? – спрашивает он, ухмыльнувшись.

– Может, моя фамилия и не Редден, но в жилах у меня течет генеральская кровь. Так что могу делать все, что пожелаю.

Он подносит трубочку к носу и вдыхает еще одну порцию.

– А ты когда-нибудь был в Тьерра-Фе? – глядя на него через плечо, спрашивает Лидди.

Роу кивает:

– Убогая дыра. Весь их континент. Твердят, что мы отреклись от бога, так что они близко к нам не подойдут и нас к себе не подпустят, чтобы не осквернить свои святые души. Но вам не кажется, что это очень удобный предлог? Не удивлюсь, если они в каких-нибудь лабораториях там, на юге, разрабатывают новый токсин, – он пожимает плечами. – Или совершенствуют старый.

– Токсин времен Последней Войны, тот, что породил девиантов? – Бетима морщит лоб. – Но ведь его больше нет!

– Что, серьезно веришь, что от него и следов не осталось?

– Не осталось, – говорит Лидди. – Моя мать – глава Биотеха. Она бы знала.

– Может, и знает, только тебе не говорит, – с насмешкой откликается Роу.

И все же Лидди не настроена ему верить. Она берет в руки свой мини-комм и спрашивает:

– Нексус, что случилось с биотоксином, создавшим девиантов?

Включается экран, и мы слышим монотонный голос:

– Все порции распыленного в воздухе биотоксина были уничтожены во время Последней Войны, более ста пятидесяти лет назад. Лабораторию, где был произведен биотоксин, расположенную на одном из Потерянных Континентов, уничтожили после того, как уровень радиации снизился до безопасных значений.

– Вот видишь? – торжествует Лидди.

– И что это доказывает? – возражает Роу. – С чего ты решила, что голос из коммуникатора тебе правду скажет? Гарантирую, сколько-то этой дряни в воздухе осталось. А еще держу пари, что эти свиньи из Тьерра-Фе сговорились с девиантами и снабжают припасами их секретный лагерь.

На лице Бетимы отражается сомнение.

– У девиантов есть секретный лагерь? Где?

– Я слышал, где-то неподалеку от Черного Леса.

– По-моему, это просто слухи, – говорит она. – Будь у девиантов убежище где-то на периферии, мы бы давно его обнаружили.

– Не обязательно. Они же крысы, верно? А что лучше всего умеют крысы? – И Роу со смехом отвечает на собственный вопрос: – Прятаться в щелях, как крысы, – ведь они такие и есть!

Он не без труда встает со стула. Потирает нос. Глаза блестят каким-то маниакальным блеском. Быстро же стим на него подействовал!

– Кесс не видела? – спрашивает он девушку за соседним столом.

Она качает головой, в этом молчаливом движении чувствуется страх. Роу вообще побаиваются.

– Нет, токсин точно был уничтожен! – говорит Лидди, когда он уходит.

– Хотелось бы надеяться, – отвечает Бетима.

Дальше разговор переходит на политику, а это значит, что и Лэш перестает играть в молчанку. Он доказывает, что Переворот был необходим, несмотря даже на то, что одержимость Генерала порядком и жесткими правилами порой тягостна для обычных граждан.

Когда всплывает тема Чистки Среброкровок, к моему удивлению, тактику Генерала подвергает сомнению не кто иной, как Лидди.

– Не знаю, нужно ли было их всех убивать. Наверняка было какое-то другое решение! Особенно то, что случилось в Волтерра-Ридж, – там было столько детей…

– Ну а сейчас? – спрашивает Бетима. – Ты считаешь, и сейчас их убивать не стоит?

Лидди закусывает губу:

– Может быть. Не знаю.

В ответ на это Лэш решительно мотает головой:

– Мы продолжаем их нейтрализовывать, потому что не хотим вернуться к тому, что было до Переворота. Когда во всех округах безраздельно царил севернизм, а примы были гражданами второго сорта.

Я закатываю глаза:

– При президенте Северне ты еще даже не родился!

– Верно, но мои родители были уже взрослыми. Мой отец хирург, ты это знала?

– Не знала.

– Так вот, до моего рождения он даже не смог начать учебу. А знаешь, Дарлингтон, сколько ему было лет, когда родился я? Тридцать. С шестнадцати до тридцати он чистил выгребные ямы. Был самым умным в своем классе, а эти скоты-девианты направили его на работу в Департамент очистки и дезинфекции. Хочешь знать почему? – Лэш недобро усмехается. – Потому что в жилах у него текла красная кровь, а не серебристое хрен знает что! А значит, он неполноценный. Не умел лечить какой-то гребаной ядовитой энергией, текущей по венам; чтобы помогать людям, ему требовались мозги. А для Северна и его кабинета он был недочеловеком.

– Я ведь не говорю, что режим Северна был хорош, – сдаю я назад, и мы возвращаемся к заучиванию кодов.

_______

Мне не дает покоя этот разговор. Гнев и отвращение на лице Лэша. Полночи об этом думаю. Лэш – хороший парень. Уравновешенный, со светлой головой. Но даже он не может увидеть в нас людей!

Нет, мне здесь делать нечего.

Эта мысль, подгоняемая страхом, пробирается из темных закоулков мозга на передний план и захватывает сознание целиком.

Мне надо убраться с базы! Пока не знаю как – но убраться во что бы то ни стало!

Нельзя сказать, что Лэш неправ. Прежний лидер Континента, Измененный, в самом деле отвратительно обращался с примами. Это я могу признать – но никогда не признаю, что за Северна должны отвечать все моды. Его действия – только его, не мои. На Континенте много хороших людей, которые хотят одного: жить мирно. Не собираются никого подавлять. Не жаждут ощутить свое превосходство. Все, что им нужно, – жить.

Лидди и прочие в общей комнате