Идеальный мир для Химеролога 10 - Олег Сапфир

Глава 18

Проходя по аккуратным дорожкам пансионата «Тихая Гавань», я анализировал итоги вчерашней зачистки. С коррумпированным персоналом мы разобрались радикально. Подброшенные улики сработали безотказно. Теперь эти кадры поедут осваивать прелести рудников за пособничество радикальным сектантам, и шансов выйти по УДО у них примерно ноль.

Жестоко? Вполне. Я сам попросил Дмитрия Львовича проконтролировать неприкосновенность их семей. Родственники не должны расплачиваться за глупость кормильцев. Лично я этих жен и детей не знаю, они таких проблем точно не заслужили. А вот сами арестованные работники получили по заслугам. Предавать своего работодателя всегда скверно. И ладно бы они плели интриги исключительно против самого директора. Эти идиоты использовали в махинациях беспомощных стариков, подливая аллергены проходящим лечение пациентам ради смены руководства.

Эти люди поставили собственное благополучие выше жизней обычных постояльцев, а мне такой подход категорически не нравится. Если ты задумал кого-то устранить, попробуй сделать это честно. Даже профессиональный наемный убийца, работающий со спины, вызывает больше понимания, такова специфика профессии. К тому же грамотный киллер работает по серьёзным целям, способным организовать собственную безопасность. Здесь ситуация обстояла иначе. Жертвами выпавшей криминальной карты оказались рядовые пенсионеры. Под удар попали самые уязвимые ради подставы неугодного директора.

Темляков, главный заказчик этого цирка, пока сидит в своём элитном кабинете. Добраться до него в лоб затруднительно. Посылать пушистых диверсантов для физического устранения я не собирался, подобные примитивные методы меня не интересуют. На чужую подлость следует отвечать изощрённой подлостью, и со временем этот влиятельный господин получит свои проблемы сполна.

В коридоре меня встретил Эмиль Елисеевич. Директор с опаской поглядывал на меня, переминаясь с ноги на ногу.

— Расслабьтесь, Эмиль Елисеевич, — сказал я, останавливаясь у окна. — Проблема устранена.

— Да, я понимаю, — он нервно протёр линзы очков краем халата. — Только вот не всё у нас гладко. В палатах остались люди. Десять человек находятся в состоянии комы. Лежат без движения.

Я отвлёкся от разглядывания больничного двора.

— Какие именно? А ну-ка, покажите их мне.

— Вы можете помочь? — с надеждой спросил директор.

— Посмотрю.

Мы спустились на первый этаж. В просторной палате рядком лежали те самые ветераны, которых я планировал нанять на работу.

Я подошёл к ближайшей кровати. На подушке безмятежно спал крепкий дед со шрамом на скуле.

— Видите? — вздохнул директор. — И так каждый.

Я наклонился, взял пациента за плечо и хорошенько растормошил, пуская по нервным узлам лёгкий тонизирующий импульс.

— Вставай, пора работать.

Дед распахнул глаза, рывком сел на кровати и завертел головой.

— А? Что? Куда?

Эмиль Елисеевич попятился, едва не сбив стойку для капельниц. Я перешёл к следующей койке. Снова тряхнул лежащего бойца за плечи. Ветеран подскочил, моргая заспанными глазами, и озадаченно уставился на нас.

Мы обошли весь список. Десять человек бодро стояли на ногах. Последним оказался щуплый мужичок. До сегодняшнего дня этот постоялец передвигался исключительно на инвалидной коляске. Сейчас он потянулся с громким хрустом, расправил плечи и бодро выдал:

— Ну, я в принципе готов.

Лицо директора мгновенно потеряло краски. Эмиль Елисеевич смотрел на брошенное в углу кресло, а затем переводил потрясённый взгляд на ровно стоящего пациента.

— Как вы это делаете? — выдавил директор.

— Секрет фирмы, — я взял его под локоть и отвёл к дверям палаты. — Слушайте внимательно. Болтать об увиденном не нужно. Записи в журналы вносить тоже не требуется. Люди выспались, решили поменять свою жизнь и двигаться дальше.

— Но, если они теперь здоровы… А если проверка, как я их по программе буду держать?

— Не нужно держать, они теперь на меня работают.

Директор судорожно закивал, пытаясь осознать реальность происходящего.

— Спасибо вам огромнейшее. Я даже подумать не мог о подобном исходе. Меня только совесть мучает из-за семей тех задержанных. Вдруг их начнут казнить? У родственников начнутся проблемы.

— У семей проблем не возникнет, — успокоил я его. — А у бывших сотрудников будут. И весьма большие. Зря они пытались убить ваших пациентов.

В коридор выкатился Пыж. Он бодро крутил колёса своей коляски, но при виде меня тут же поднялся на ноги. Директор окончательно впал в ступор от вида ещё одного исцелившегося.

Мы вывели группу на улицу, погрузились в заказанный микроавтобус и двинулись на базу отряда «Химера». Всю дорогу пассажиры хранили молчание. Новобранцы разглядывали меня и своего бывшего соседа по этажу.

В главном зале штаб-квартиры я усадил ветеранов за длинный стол и положил перед каждым стопку подготовленных документов.

— Располагайтесь. Вы все приняты на работу. В бумагах контракты и договоры. Изучайте, подписывайте, задавайте вопросы.

Старики зашелестели страницами.

— Как такое вообще возможно? — подал голос дед со шрамом на скуле. — Я себя чувствую гораздо лучше.

Мужик, бросивший коляску в пансионате, встал и прошёлся вдоль стола.

— Я ходить могу.

В разговор вступил седой ветеран с другого конца стола.

— Парни, я вообще в шоке, что ты ходить можешь. У меня вот левая рука не работала. Теперь смотрите.

Он взял со стола забытый кем-то грецкий орех. Напряг кисть. Раздался громкий сухой хруст, скорлупа разлетелась, а крошки посыпались на столешницу. Ветеран с изумлением рассматривал собственные пальцы, в которые вернулась былая сила.

— Пожалуй, на этот вопрос ответит ваш друг, — сказал я, отходя к окну.

Пыж откашлялся, окинув взглядом присутствующих.

— Мужики, слушайте сюда. Господин Виктор является не самым простым человеком. Публичности он не любит, огласки тоже. Больше деталей узнаете тогда, когда подпишете бумаги.

— Спасибо, Пыж. Прояснил ты им ситуацию, — хмыкнул я.

— Ну так конфиденциальность, командир, — развёл он руками.

Ветераны задумались. Цифры окладов в документах значились весьма солидные, а новые возможности их тел говорили сами за себя. Зашуршали ручки, подписи ложились на страницы договоров. Когда формальности завершились, Пыж снова взял слово.

— А теперь я вам могу рассказать подробности. По факту чернухи никакой мы не выполняем. Мы такие же, как и вы, были немощными и дряхлыми, а теперь у нас получилась вторая молодость. Господин химеролог умеет создавать разные лекарства. Вот вы их приняли. Если кратко, то расклад такой…

— Сейчас вы будете проходить недельное обучение, — я вышел в центр зала. — Разберём, что, как и куда. Мы с парнями будем вас натаскивать, объяснять порядок действий, показывать, как