Пять масок тьмы - Евгений Фронтикович Гаглоев

Пообещав Канто, что будут держать его в курсе событий, они вышли из клуба «Додзе» и направились к машине. Женя только теперь ощутила, что буквально с ног валится от усталости.

– Как хорошо, что завтра… точнее, уже сегодня, можно не идти в школу, – простонала она.

– А мне вот идти, – посетовал Никита. – Хорошо, что успел немного поспать в машине.

– Будешь сидеть весь день дома? – спросил Гордей Женю.

– Скорее всего.

– И правильно. Тебе сейчас без охраны нельзя никуда выходить. Мы ведь не можем находиться поблизости круглосуточно.

– Сегодня побуду дома, но завтра мне все же придется пойти в школу.

– Я смогу там за тобой присмотреть, – пообещал Никита. – Если что, и до дома провожу.

– А твоя девушка не будет возражать?

– Я ей все объясню. Она в курсе, что иногда у меня возникают… всякие необычные дела.

Женя вдруг поняла, что она для Никиты – просто очередное необычное дельце, и невесело усмехнулась.

– Ну а я постараюсь сегодня же встретиться с доктором Блоншером, – сказал Гордей. – Послушаю, что он мне скажет. А потом будем составлять план дальнейших действий.

Глава 32. Отчаянная Сашка

Когда Женя отперла входную дверь и вошла в квартиру, мать уже ждала ее в прихожей, уперев руки в бока.

– Явилась наконец, беглянка! – воскликнула София.

Женя машинально сжалась, ожидая выволочки, но мать вдруг крепко обняла ее и прижала к себе.

– Я перепугалась до полусмерти, – сказала она и чмокнула дочь в лоб. – Пообещай, что больше не будешь меня так пугать.

– Не буду, – пискнула Женя. – А это блинчиками пахнет?

– Пеку их уже битый час. – Мама отпустила Женю. – А тебя все нет и нет! Собиралась снова тебе звонить.

– Такси немного задержалось.

– Мой руки и садись за стол, горе луковое.

Женя поспешила в ванную, искренне надеясь, что на этом допрос окончен.

После всех приключений блинчики казались нереально вкусными, и она умяла сразу с десяток, поливая их сгущенкой. Затем приняла лекарства, выписанные доктором, и поняла, что уснет прямо за столом, если не отправится в постель немедленно. София видела это и тихонько посмеивалась.

– Мне скоро уходить, у нас сегодня большое мероприятие в Историческом музее, – сообщила она. – Инессы тоже не будет, она допоздна проторчит в штаб-квартире «Оберона». Выборы послезавтра, и сегодня у нее последний шанс пообщаться со своими избирателями перед «днем тишины». Запланирована важная пресс-конференция, так что постарайся ее сегодня не тревожить.

– Я никого тревожить не собираюсь, – сонно ответила Женя. – Все мои мысли сейчас только о мягкой, теплой постели. Если в холодильнике есть еда, я даже выходить из дома не стану.

– Иди уже в кровать, беглянка. – София кивнула в сторону детской. – А то и правда сейчас уснешь лицом в чашку. Я быстренько допеку блины, у меня теста еще с полкастрюли осталось, и буду собираться.

Женя с благодарностью обняла ее, доплелась до своей комнаты и рухнула в кровать. С наслаждением зарылась лицом в подушку и мгновенно отрубилась.

Так крепко Женя, наверное, еще никогда не спала. Ей даже ничего не снилось, хотя после всего пережитого можно было ожидать любого кошмара. Тем не менее девушка открыла глаза только во второй половине дня, да и то лишь потому, что за окном что-то мерно постукивало. Она не сразу поняла, что это дождь барабанит по металлическому карнизу. Подойдя к окну, Женя увидела, что все небо затянуто темными тучами, а соседние дома тонут в сизой дымке. Дождь шел не сильный, но как раз такой и мог зарядить на несколько дней.

Женя прислушалась к себе – она чувствовала себя гораздо лучше, даже порезы на спине болели не так сильно, как ночью. Мама уже ушла. На кухонном столе красовалось блюдо с высокой стопкой блинов. Рядом, в тарелке, прикрытой стеклянной крышкой, лежали два больших бутерброда с сыром и колбасой. София позаботилась на случай, если любимая дочь вдруг проснется голодной. А рядом стоял темный пузырек с таблетками, которые следовало принимать строго по расписанию.

Есть Жене пока не хотелось, и без таблеток она тоже решила обойтись. Она где-то слышала, что сильные обезболивающие туманят разум и притупляют реакцию. А ей сейчас лучше было сохранять ясную и трезвую голову. Не так уж сильно у нее болело.

Женя открыла телефон, чтобы проверить новые сообщения. Накануне они с Гордеем обменялись номерами, но от него пока ничего не было. Зато висела парочка новых посланий от мамы.

«Сегодня отлеживайся, но помни, что не стоит просто так пропускать занятия, – писала она. – Экзамены никто не отменял, так что завтра отправишься в школу».

Можно подумать, Женя собиралась прогуливать. Мама все никак не могла понять, что ее дочь давно выросла и способна принимать здравые решения. Вспомнив о телефоне деда, лежащем в тумбочке у кровати, Женя вернулась к себе. Бросила старенький мобильник на кровать и достала сотовый Александра Васильевича. Он уже почти разрядился, но еще можно было немного покопаться в памяти. Интересно, есть ли у них в доме зарядное устройство с подходящим штекером?

Женя ввела пароль и принялась просматривать файлы, сохраненные в разных папках. Там было много каких-то таблиц и текстовых документов, часть прислали с адреса некоего частного сыскного агентства. Возможно, того самого, где работал Стас. Затем нашлось несколько посланий от самого Стаса. Все пришли накануне гибели Александра Васильевича. Фотограф явно выполнял дедушкино поручение. Интересно какое?

Телефон на ее кровати завибрировал. Женя едва не уронила мобильник деда. Звонила Сашка Прокофьева по видеосвязи. Пришлось отложить дедушкин сотовый и ответить на звонок. Женя широко зевнула, прикрывая рот рукой.

– Привет, – помахала ей Александра.

Она лежала в кровати у себя в комнате, укрытая пледом до самого подбородка. Ее длинные светлые волосы разметались по подушке, на лице не было ни грамма косметики. Для Сашки это было очень необычно. Она даже в ближайший магазин за хлебом ходила в полной боевой раскраске.

– Привет! А ты почему не в школе? – удивилась Женя.

– Ты же не пошла, а что мне там делать без тебя? – хрипло хохотнула Сашка. – Сказала маме, что плохо себя чувствую, и она разрешила остаться дома.

– Прогуливаешь, – улыбнулась Женя.

– Точно!

– Потом ведь справку потребуют.

– Да ничего страшного, прорвемся, – отмахнулась подруга, затем прижала ладонь к горлу и закашлялась. – Расскажи лучше, как твои дела? Тебя уже выписали, что ли? Вижу, что ты уже дома.

– Не выписали, а сама сбежала. Ночка выдалась та еще.

– Ого! – оживилась Сашка. – Жду подробностей!