Старатель. Книга 1 - Алексей Анатольевич Рудаков

Что стало с ними дальше – понятно. Часть, большая, погибла, растёртая в пыль, но совсем немного, просто исчезло, чтобы позже начать появляться, вываливаясь из пустоты. Возможно, виной подобному, была ещё одна смертельная, но, к счастью очень редкая аномалия – Таймер. Ничем не проявляя себя, он мог висеть в воздухе, или лежать на земле, проявляя себя лишь мусором, попавшим в его объятья. В Таймере время тепло иначе, в разы замедляя свой бег, что, при его небольших размерах – сама аномалия была с небольшой арбуз, делало его очень опасной ловушкой для живых существ.

Угу.

А как вы жить будете, когда ваша рука, или нога, оказалась в зоне, где время течёт совсем не так, как в остальном вашем теле? Не, тут только стреляться, уходя на Сейф.

К счастью этих Таймеров было мало. Они предпочитали располагаться подле гравконов – аномалий, концентрировавших в себе гравитацию, а такие были в основном на Острове, что делало встречу с Таймером практически невозможной на остальных территориях. Прямая связь гравитации и искривления пространство-временного континуума была налицо и мне оставалось лишь сетовать на свою малообразованность в этой части, предвидя лавры и славу, которые достанутся учёному мужу, рискнувшему заняться исследованиями данных аномалий.

Если умник, конечно, выживет тут, что весьма и весьма маловероятно. Хе-хе.

В сухом остатке же, полезным для всех выживших, был факт ценного ништяка, падающего с небес. А более, местных, занятых выживанием, ничего не интересовало, что тоже было верно – не до открытий здесь, на проклятой Творцом Терре.

Но хватит! Не буду вас больше мучить заумностями и вернусь к своему повествованию, благо тот день, вернее произошедшая тогда встреча, сильно поменяла как мою жизнь тут, так и планы.

Шоу, где Бродяга чередовал музыкальные номера с шутками, а их с танцами, шло своим чередом, вызывая восторженные вопли отвыкших от подобных зрелищ людей. Как по мне, то его старания тянули на троечку, но не мне, только что прибывшему из нормального мира, судить.

Местным нравилось, а я, почувствовав, что пора освежиться – водка была хороша, выбрался на улицу.

Тут, несмотря на работавшие через один-два, фонари, было темно. Что ж – ночь, лишённая звёзд, вошла в свои права, опустив свой непроглядный полог на Солар-сити.

Усаживаюсь на корточки, привалившись к стене дома, по камню которой до меня доносятся сотрясающий Бар смех.

Покачав головой – всё же как мало нужно нам, людям, для счастья, закуриваю. Местные сигареты конечно не идут ни в какое сравнение с привычными мне, но, за неимением иного, курим и эти, благо подобного добра тут завались – респятся после Актива, только собирай.

Рафик, когда я вскользь упомянул что курю, посетовав на закончившуюся пачку, просто расцвёл и насильно, не слушая моих возражений, запихнул в рюкзак сразу два блока. Цена, впрочем, была нормальной, так что я особо и не протестовал. Местные, что характерно, практически не курили, оберегая здоровье. Пили при этом ой-как, и это считалось нормальным, а вот табак – ни-ни.

Этого я не понимал.

Беречь дыхалку, надеясь убежать от местной живности? Так бред же – она и выносливее, и быстрее человека. Догонит, будь ты хоть чемпионом Галактики по бегу. Ну а как сожрут, то с Сейф-зоны ты здоровячком выйдешь – с чистыми лёгкими, то бишь. Так к чему себя ограничивать? Но всё было именно так, а докапываться до людей, или, тем более объяснять очевидное я отучился давным-давно.

Жизнь отучила.

Отвесив добрую пригоршню тумаков.

В общем – сижу, курю – хорошо… В голове шумит, на душе легко и печалит меня только один факт.

Звёзды.

Их отсутствие, то есть.

Вот привык я к этому блеску – всё же годы, проведённые в пустоте, дают о себе знать. А без них я словно ослеп. Вот честно – тосковал я по этому холодному и надменному мерцанию.

Нет, Кастур! Врёшь!

Глубоко затянувшись выпускаю дым, желая вбить струю в утоптанное множеством ног тело планеты.

Я – вырвусь отсюда, слышишь!

Вернусь к звёздам! К мирам, лежащим словно на ладони! Я – пилот! И моё место – там! Вверху! Слышишь?!

Ещё одна струя расплывается над землёй, и я криво улыбаюсь – терпи! Раз я здесь, то и играть мы будем по моим правилам, как бы ты не старалась!

– Кзе! Кхе! – Кашель, раздавшийся сбоку, заставил меня вздрогнуть. Что, кто ещё тут?!

– Дымишь? – Из темноты выдвинулась крупная фигура, отчего я облегченно выдохнул:

– Фууух! Кабан! Чёрт здоровенный! Напугал!

– Извини, – присел он было рядом, но тотчас поднялся на ноги отодвигаясь:

– Извини, терпеть не могу, когда курят, – он виновато развёл руками и повторил: – Извини.

Да… При всех своих габаритах Кабан, как и большинство крупных людей, был чрезмерно добр, подсознательно считая себя виноватым в неудобствах, причиняемых им обычным людям.

– А ты чего не на шоу? – Пуская дым в сторону, тычу сигаретой наверх: – Я ж тебя в зале видел. Не понравилось?

– Что ты! Твой Бродяга – супер! Давно так не смеялся!

– Да не мой он. Сам по себе. Теперь. Ну а ушёл-то что? Если нравилось?

– Ярко там, – Кабан поднял голову вверх, к ночному небу, с которого начали падать первые капли тёплого летнего дождя:

– Ярко, шумно и дышать нечем. То ли дело в шахте – темно, тепло, воздух хороший и не капает, – поёжившись, он запахнул на груди куртку толстой кожи:

– Слу-ушай… А пошли со мной? Раз уж ты свободен?

– С тобой? – Впечатываю окурок в землю:

– Это куда? В шахту что ли? Не, Кабан. Под землёй ползать – это не моё. Я летать рождён.

– Все мы не тем занимаемся, – поднявшись на ноги, отмахивается он от моих слов: – А занимаемся сам чем видишь. Пошли. Тебе полезно будет, да и денег заработаешь. Точно говорю.

Если его слова о полезности спорны – ну чего полезного в лазанье под землёй, то вот касательно денег он попадает в точку. Сейчас на моём балансе было чуть менее пятнадцати тысяч, а автомат, что я себе присмотрел, стоил сами помните – тридцатник, что делало обладание им таким же нереалистичным, как и пешая прогулка до Камадхены, где на орбитальной станции ждал моего возвращения брат Тодд. А ведь ещё и броня приличная потребуется, и патроны, аптечки, и… И много чего ещё.

М-да…

Тут Кабан в точку попал – деньги мне ой как нужны. Да и мысли привести в порядок надо – слишком много информации. Обдумать всё, разложить по полочкам, постараться связи разглядеть – а всё это требует спокойствия, и лучше, когда руки чем-то заняты. Думается