Реликтомант - Аристарх Риддер

Между тем, я принёс аптечку вместе с бутыльком спирта для промывки раны. Эффект от воды, конечно, выглядел хорошо. Но всё-таки градусу в этом вопросе я пока доверял больше.

Миша повёл носом и буквально выхватил бутылёк у меня из рук.

— О, — сказал он с чувством. — Никифор. Да вы настоящий воевода! Знаете, что нужно воину, когда тот ранен!

И хлебнул прямо из горла. Глотка три разом. Даже не поморщившись.

В комнате стало очень тихо. Глафира замерла с полотенцем, а Оскар на всякий случай отступил к двери.

— Там девяносто шесть, — сказал я в наступившей тишине.

— Чего девяносто шесть? — благодушно спросил Миша.

Объяснить про градусы я не успел.

— О-о, добрый шнапс, — сообщил он куда-то в потолок, и голос у него сделался мягкий и очень довольный. — Когда я с нашим герцогом в походы ходил, на севере, лекари нам давали редкую дрянь. А этот прям… этот прям…

И отрубился.

Но похоже совершенно без вреда для жизни.

Изольда, к моему удивлению, даже не занервничала.

— Весь в деда, — даже с какой-то гордостью сказала она. — Тот тоже пил всё, что попадалось под руку и засыпал на середине слова.

А я вспомнил, что дурман, который вывел его отца из строя почти на три дня, с Мишей не справился и на пару часов.

Похоже, его и впрямь ничем не проймёшь.

Ну и хорошо. Помощь оказана, больной спит, опасности нет. Я собрал аптечку и вышел на воздух.

Вовремя. Прямо в мою сторону бежала Эля.

— Она опять ушла в лес, — сказала она тихо, чтобы не слышали в доме. — Сначала плакала дома, а потом рванула так, словно за ней кто-то гонится.

Я кивнул, и не теряя времени, мы побежали куда указала Элеонора

Далеко Соня скрыться не успела. Мы догнали её шагах в тридцати от опушки, и я успел увидеть, чем она там занималась.

Сначала она просто стояла, словно не могла решиться на что-то. А затем резко размахнулась и швырнула в темноту между деревьями какую-то вещь.

А потом посмотрела на свои руки, словно не веря в то, что сделала и разрыдалась.

Эля бросилась к ней. Соня сначала вздрогнула, а потом её прорвало. Она уткнулась сестре в плечо и начала повторять одно и то же, в истерике глотая половину слов: это всё она, это из-за неё, Мишу чуть не убили, и лучше бы она вообще ничего не находила.

Я слушал вполуха и уже шёл туда, куда полетел тот загадочный предмет, подсвечивая фонарём под ноги.

Нашёл я его быстро, потому как это был единственный предмет в округе, кроме моего фонаря, который светился сам по себе.

Похожий на гусиное яйцо, тёмный и гладкий он лежал во мху, шагах в десяти от меня.

Я взял его в руки. Тёплый.

Оценка выдала мне карточку короче некуда:

'Семя Великого Хранителя.

Качество: не распознано.

Состояние: живое. Спит.'

Я вернулся к девочкам и раскрыл ладонь.

— Что это такое? Семя Великого Хранителя.

— Семя? — переспросила Эля. — Великого Хранителя?

Она смотрела и не верила. Даже наклонилась ближе и вгляделась ещё раз.

— Этого не может быть, — сказала она. — Лорд Никифор, это просто невозможно! Хранителей осталось лишь несколько десятков на весь свет, и они не дают семян уже четыреста лет. Ни семян, ни саженцев. Черенками они тоже не размножаются.

— А что они хранят-то? — ещё раз уточнил я.

— Города, — ответила Эля и начала быстро пояснять, — демоны не заходят в круг Хранителя. Мелкие не появляются вовсе, крупные доходят до границы и уходят. И рядом с деревом лучше слушается магия, это все знают.

Соня рванула вперёд и попыталась выхватить семечко у меня из руки.

Я поднял ладонь выше.

— От него одни беды! — выкрикнула она. — Оно их зовёт! Они из-за него приходят, все, каждый раз!

— Да уж понял, — хмыкнул я.

— Я молчала, потому что боялась, что вы его отнимете и выбросите! Вы всё равно мне не поверили, а потом демоны… Я сама хотела посадить! А теперь пусть его вообще не будет! Если Миша…

Она рвалась ещё какое-то время, потом обмякла у сестры на руках и просто плакала.

Что до её посыпания головы пеплом, оно меня в тот момент не занимало вовсе. Ребёнок испугался за брата и повёл себя ровно так, как можно было ожидать.

Обвинила во всём и себя, и свою находку.

Но меня занимало другое. К нам в руки попала вещь, которой в этом мире не видели четыреста лет. И, прежде чем швырять её в кусты, надо хорошо взвесить все за и против.

Что твари её чуют, никаких сомнений. Все наши демонические гости шли к деревне по прямой, и преимущественно в сторону Сони.

Только вот почему они идут? Вариант напрашивается один. Они чуют то, что вырастет, и хотят убрать это заранее, пока оно помещается в детском кулаке.

А раз так, то возникает вопрос поинтереснее. Что случится, когда семя окажется в земле?

Может статься, оно и дальше будет их звать. А может, начнёт гнать прочь, и тогда все наши беды кончатся разом. Проверяется это ровно одним способом, и способ этот у нас в руках.

Плюс простая арифметика. Чем раньше посадим, тем раньше вырастет. Слишком хорошая перспектива, чтобы не рискнуть.

В деревню мы вернулись втроём, и там я коротко объяснил всем, что произошло, и что я об этом думаю.

На удивление, спорить никто не стал.

Я, признаться, готовился к возражениям, потому что решение выглядело диким: закопать под боком у деревни приманку для демонов, зная, что это приманка. Но мне хватило одного взгляда на их лица, чтобы всё понять.

Каждый из них знал, сколько живут на Порченых Землях. Мягко говоря, недолго и не очень хорошо.

Каждый только что видел, что приходило к нам сегодня, и понимал, что следующий может оказаться крупнее.

А тут им предлагали надежду. Крайне рискованную, но надежду.

Молчание нарушил Оскар и по своему обыкновению начал логически рассуждать:

— Положим, отобьёмся, — сказал он, уставившись в землю. — И от таких, как сегодняшний, отобьёмся, дайте срок и железо. Может и от целого набега таких как он. А потом придёт Мор, и всё это