Лишь одна Звезда - Роман Евгеньевич Суржиков

Джоакин велел ему молчать. Встретил взгляд лейтенанта.

— Сир Хамфри, такое дело… Я не рыцарь, а Берк — не сквайр. Мы — просто два парня с оружием.

— И что? Ваши клинки нужны герцогине. Готовы служить?

— Так точно, сир, — ответил Джоакин.

Глава 6. Перо

1–3 сентября 1774 г. от Сошествия

Эльфорт (Южный Путь), пансион Елены-у-Озера (Ориджин)

В Эльфорте, что на севере Южного Пути, не доезжая двадцати миль до впадения Мудрой реки в Нижнюю Близняшку, двое мужчин сошли с дилижанса. Они накинули капюшоны плащей, поскольку моросил дождь, и поскорее убрались от станции, ища места, где можно согреться и перекусить. Однако ни первая, ни вторая, ни даже третья таверна не смогла соблазнить путников аппетитными запахами копченостей и заманчивыми пивными кружками на вывесках. Двое мужчин в плащах уходили все дальше от станции, пока не затерялись в лабиринте кривых, кособоких переулков. Достигнув самой глубины Эльфортской утробы, путники нырнули в мрачный погребок без окон. На обруче под потолком чадили три свечных огарка, в углах заведения царила могильная тень. Путников это полностью устраивало.

Они сделали заказ, дождались, пока хозяин принесет пару мисок бобов с телятиной и кувшин эля, и лишь после скинули капюшоны. Предосторожность была излишня: в радиусе ста миль не было ни единого человека, кто смог бы узнать в лицо бывшего начальника протекции или бывшего имперского секретаря.

— Мне думается, пришло время обсудить кое-что, — сказал Ворон Короны.

— Я с… согласен, чиф.

— Мое имя — Марк Фрида Стенли, — сказал Ворон. — Стенли — так звали моего отца в те давно забытые годы, когда он еще был жив. Как звали мою бабку по матери — понятия не имею. Мама ее боялась, как огня, и никогда не поминала всуе, словно повелителя тьмы. Вышла замуж, лишь бы сбежать от нее.

— К чему вы это?

— К тому, приятель, что я — не дворянин. В высшей степени не дворянин, если можно так выразиться. Учти это, когда будешь слушать мое предложение. А предлагаю вот что: сейчас мы доедим, выйдем отсюда и свернем за угол: ты — направо, я — налево. Я поеду в Первую Зиму, а ты… куда угодно, но не туда, где правит Янмэй или Агата. Можешь в Нортвуд или на острова. Если хватит денег, сядь на корабль, что идет в Шиммери… И главное — не говори мне о том, куда собираешься. Просто уходи.

— А… а вы, чиф?

Марк ухмыльнулся:

— Устарел титул. Забудь о нем.

— Да, п… постараюсь… Так что же будет с вами? Вы тоже с… скроетесь?

— У меня есть дела на Севере, как ты знаешь. Я направлюсь туда. Но ты не обязан. Ты мне больше не подчиненный, и уж тем более — не вассал. У твоей дворянской чести нет ни единой зацепки, чтобы заставить тебя сунуть голову в петлю.

— П… приказ его величества, — ответил Итан.

— Владыка — человек результата. Ему важно, чтобы мятежник умер. И неважно, сколько из нас последуют за Ориджином на Звезду. А твое присутствие все равно не добавит мне шансов.

Итан покачал головой.

— Я давно вас знаю, сударь. У в… вас имеется для меня какая-то роль. Будь я так б… бесполезен, вы бы отослали меня без вопросов.

— Я даю тебе полное право убраться подальше и жить долго и счастливо, — сказал Марк. — Но если вдруг решишь остаться, то есть одно маленькое дельце… Ты можешь мне пригодиться в качестве знатока.

— Знатока ч… чего?

— Леди Глории Нортвуд, конечно. Ведь ты эксперт в данном вопросе?

— О-о-о…

Итан поперхнулся. Марк стукнул его по спине:

— Ну-ну, спокойно. Я направляюсь в Первую Зиму… но не сказал, что сразу. Пансион Елены-у-Озера лежит в предгорьях Кристальных — считай, по пути. Наша милая дама проучилась там три года… из четырех необходимых. Хочу узнать, почему.

— Л… леди Сибил забрала дочь из пансиона в год императорской свадьбы…

— Да. А зачем? Чтобы Глория совала нос куда только можно, притягивала внимание протекции, сверкала при дворе, очаровывала императора и портила сватовство Минерве из Стагфорта? Что из этого на руку Медведице?..

— Н… ну, она могла не ожидать…

— От Глории? Помилуй, это же ее дочь! Медведица знала, чего ждать от девушки, и все же привезла в столицу. Понять бы логику этого поступка.

— И вы направляетесь в пансион Елены?

— Там полно народу, кто хорошо знаком с Глорией. Возможно, она откровенничала с кем-то. Может быть, что-то говорила о матери.

— Сударь, а з… зачем вам это? Вы считаете, это личные дела Нортвудов… так не все ли равно, почему да как?..

— Я намерен кое-что кое-кому доказать, — ответил Марк. — Дело чести, знаешь ли.

— Я с вами!

Ворон поскреб столешницу ножом, издав противный скрип.

— Видишь ли, какое дело. Елене-у-Озера покровительствуют Ориджины. Традиционно управительница пансиона на короткой ноге с герцогом. Мы ступим на порог, Эрвин узнает об этом через час — столько летит голубь до Первой Зимы. Может статься, пути обратно для нас не будет. Так что если в твоей голове осталась хоть унция мозгов — последуй моему совету: беги, куда глаза глядят. Сейчас.

— Н… нет, сударь. Я с вами.

— Ты же понимаешь, что Глория Нортвуд не оценит твоей жертвы? Просто потому, что никогда не узнает о ней.

— Понимаю, сударь.

— Что ж, дело твое.

Марк отнял нож от дерева. На столешнице осталось вырезанным вороново перо.

• • •

Они заночевали в Эльфорте, а следующим утром сели в другой дилижанс. За день проделали двадцать миль, пересекли бойкую речушку — нижнюю из двух Близняшек, задержлись на пограничной станции. Забавное место… или тревожное — как посмотреть. Не остров, а лоскут суши между двух речек всего шагов пятьсот шириной. На севере искрится Верхняя Близняшка, на юге плещется Нижняя. Обе видны, как на ладони, обе перепоясаны бревенчатыми мостами. Мост, ведущий в Южный Путь, охраняет массивный форт: полощутся флаги, маячат на стенах стрелки, торчат мачтами в небо рычаги требушетов. Мост, ведущий в Ориджин, не охраняет никто. За Верхней Близняшкой — открытая дорога, что уходит в холмы. Где-то вдали белеют среди зелени крестьянские избушки, пасутся овечки. Идиллия: въезжай, любуйся… Ориджины не стерегут границу —