Линия иной судьбы 4 - Дмитрий Соловей

официальный печатный орган. Заплатив по тарифу, сдал в начале мая короткое объявление для публикации на последней полосе «Советской Кубани»: «Куплю жилой дом в Геленджикском районе, желательно в Голубой бухте. Обращаться: Краснодар…»

Написало мне из Голубой бухты всего два человека, предлагая какие-то саманные хатки. Вроде и недорого: одно строение за пять тысяч, второе — за три. Можно было их снести и отстроить нечто приличное. Но мне не хотелось возиться. Да и когда?

Тут сессия скоро, которую я должен сдать, как у нас сейчас говорят, с перевыполнением плана. Потом летняя производственная практика и всего месяц каникул.

В течение учебного года куда-то вырваться я не смогу. Рассчитываю, что с осени 1957-го выйду на последний курс и защиту диплома. А деньги нужно тратить, и срочно.

В общем, решил, что если сам не смогу, то попрошу бабушку и маму помочь. Маме я категорически запретил брать в школе большую нагрузку. Зачем? Я вполне могу обеспечить семью, чтобы она не сидела по полночи над тетрадями. Мы даже поругались на эту тему. Спасибо, что баба Лиза встала на мою сторону.

Бабушку я основательно настропалил, предложив им вдвоём, когда у мамы будет отпуск, поехать в тот же Геленджик. На машине я их отвезу, снимем у частника дом недели на две, а то и дольше. Когда соберутся обратно, дадут телеграмму, и я приеду.

— Валя, а кто же тебе будет готовить? — не захотела бабушка оставлять нас с Васькой одних.

— В ресторан буду ходить! — рыкнул я на неё. — Всё, тема закрыта. Вы едете с июля отдыхать и знать ничего не желаю!

А бабушка расплакалась. И не потому, что я накричал. Как раз напротив — из-за заботы. Забыла она, когда в последний раз бездельничала, и была рада, что я уже вырос.

С ресторанами я, конечно, погорячился — советский общепит и в лучшие годы не баловал изысками, а уж с новыми веяниями в экономике обедать там скоро станет совсем грустно. Никита Сергеевич как раз в эти дни устроил стране очередное грандиозное потрясение.

Помните его известное высказывание про «догоним и перегоним Америку»? Кто вспомнит, когда именно он это сказал? Никто?

Вот и я раньше не знал, что лозунг Никиты Хрущёва «Догнать и перегнать Америку» прозвучал 22 мая 1957 года на зональном совещании работников сельского хозяйства в Ленинграде Полная фраза звучала так: «Догнать и перегнать Америку по производству мяса, молока и масла на душу населения».

На комсомольском собрании наш комсорг с умным видом донёс до студентов, что саму формулу «догнать и перегнать» придумал вовсе не Хрущёв. Ещё в сентябре 1917 года Владимир Ленин в работе «Грозящая катастрофа и как с ней бороться» написал знаменитую фразу: «Либо погибнуть, либо догнать передовые страны и перегнать их также и экономически».

В сталинский период этот лозунг использовался применительно к тяжелой промышленности и технике. Никита Хрущёв сузил эту глобальную задачу до конкретных аграрных показателей, стремясь быстро поднять уровень жизни советских граждан и доказать превосходство социалистической системы.

Народ у нас в стране смышлёный. Речь Хрущёва почитали в газетах или послушали по радио, и тут же в народном фольклоре появилась другая вариация на эту тему: «Догнать Америку мы сможем, а вот перегонять не надо — иначе они увидят нашу голую задницу».

Параллельно с экономической реформой в мае начался масштабный процесс изменения карты региона: взялись ликвидировать и укрупнять мелкие сельские районы Кубани, передавая их земли под управление набиравшего силу Краснодара и другим крупным центрам. Процесс сопровождался массовым переименованием колхозов и населенных пунктов с целью стереть имена сталинских соратников.

Ещё у нас в Краснодаре вовсю строили телецентр. Регулярное вещание должно было начаться только к осени, но я уже подумывал: не взять ли телевизор заранее? Только где его у нас купишь? Дефицит. За каким-нибудь «КВН» или новейшим «Рекордом» нужно лично в Москву ехать и штурмовать столичные магазины.

Кстати, Борька обрадовал тем, что его сборник стихов наконец-то поставили в план «Молодой гвардии» на конец июня — теперь напечатают обязательно, и можно будет пробовать пробиться в Союз писателей.

Автомобиль он тоже купил, как я и рекомендовал. Взял двух парней с курса, и сходили они вместе. Приобрёл он в комиссионном магазине шикарную «Победу» в идеальном состоянии за тридцать тысяч рублей. Сумма огромная, но машина стоила каждого рубля. Модификация была из свежих, где переднее сиденье легким движением руки раскладывалось назад, превращая салон в ровный и просторный двуспальный диван.

Конечно, слухи по институту пошли сразу. Борис ещё и прихвастнуть решил — приехал на машине на занятия. Ну и сразу отгрёб от комсомольской организации курса за «чуждое советскому студенту пижонство» и «перерождение». Больше он на ней к институту не подкатывал, но девушки всё равно стали оказывать ему повышенно внимание.

Раньше он говорил, что прописан в Подмосковье у дяди. Дядя суровый, гостей не любит. Но наличие машины всё равно склонило стрелку весов в пользу Бориса. Он и так-то был популярным на курсе из-за съёмок в «Карнавальной ночи», а тут ещё автомобиль!

Тему того, как нужно себя вести в подобных ситуациях я с Борисом обсуждал. Он не дурак, сам сообразит. Но если, конечно, девушка приглянётся, то стоит жениться. Вроде бы друг с этом делом не спешит, да и я застращал его, рассказывая всякие историю. Про то как может окрутить, как может заставить жениться «по залёты» и прочие жизненные ситуации поведал.

— Особо ушлые не побрезгуют классической схемой: «Ой, Боря, я, кажется, беременна». И всё, пиши пропало. Либо ЗАГС, либо комсомольское взыскание и прощай карьера. Так что держи ухо востро и думай не только сердцем, — предостерегал я друга.

Впрочем, барышни — это была лишь половина беды. До открытия VI Всемирного фестиваля молодежи и студентов оставалось всего ничего. Скоро в Москву хлынут тысячи иностранцев — невиданное дело для сталинского СССР.

Я как раз вспомнил, что КГБ начнёт активно привлекать студентов, особенно из престижных вузов, для «общественной работы» в период фестиваля. Борису наверняка предложат стать гидом или просто «активистом» в интерклубе.

— К тебе сто процентов подкатят вежливые люди в штатском, — наставлял я его. — Предложат «помочь органам» присмотреть за иностранными гостями. Петь будут красиво. Отказать наотрез нельзя, сочтут неблагонадежным. Но и лезть в это болото с головой не вздумай. Соглашайся на официальную роль комсомольца-активиста, улыбайся, кивай, но никаких инициативных доносов и двусмысленных заданий. Запомни: для них ты будешь просто