Фантастика 2026-151 - Сергей Тамбовский

— Ясно, мистер Вачовски, — вежливо ответил я, — допрос на первое, разговоры на второе.

— Умный мальчик, — усмехнулся он, усаживаясь на стул, я присел на свободную койку. — Спрашивать буду сразу всех, для экономии времени, — добавил он, открывая блокнот, — а отвечать они по порядку будут, сначала этот, потом те (по очереди он ткнул в Сергея, Ираклия и Виталия). Поехали.

Процедура эта была длинной, втрое дольше, чем со мной одним, и занудной, но за час примерно мы управились. Ничего особенно нового Питер не узнал… заинтересовался он только местом работы Виталика, когда услышал про золотой прииск. А во всем остальном были казенно-дежурные вопросы и ответы. А по окончании допроса Питер встал, размял затекшие ноги и сообщил нам всем:

— Остаетесь на своих местах и ждете обмена. А ты (он указал на меня) идёшь со мной, свои обещания я выполняю.

Взгляды у трех моих подельников были вопросительными, но озвучить их так никто и не решился. Поэтому через пять секунд мы уже были в коридоре и целенаправленно двигались куда-то вдаль в правую сторону.

— А куда мы идём? — спросил я, чтобы не молчать.

— В кают-компанию, — бросил мне Питер, — телевизоры у нас только там стоят.

— А где мы сейчас находимся? — продолжил свои вопросы я, — в смысле места в океане?

— Восточнее ваших Курил где-то на пятьсот миль, — рассеянно бросил он мне, явно не собираясь продолжать эту тему.

— И куда мы плывем… то есть двигаемся? — все же задал последний вопрос я.

— В точку, заданную в маршрутном листе, — совсем уже на от…бись ответил он.

Я все понял и больше не приставал к нему… а нам пришлось еще и на лифте подняться на пару ярусов — лифты тут были огромные и новенькие, вот не меньше полусотни народу вмещали.

— Ну вот, — сказал Питер, открывая дверь очередного помещения на этом ярусе, — кают-компания, а вон телевизор, держи пульт — включай и смотри, у тебя полчаса. А я пока зайду тут кое-куда, — и он очистил помещение от своего присутствия.

А я начал разбираться с пультом и с телевизором — это конечно не ЖК было устройство и не плазма, до них еще дожить следовало. Обычная ЭЛТ-трубка, здоровенная правда, все 30 дюймов. Панасоник, модель ТС-2961ЕЕ. Что-то я про эту марку слышал… вытащил из памяти, что на заре видеомагнитофонной эры примерно такие девайсы были стандартом де-факто, все за ними гонялись. Ладно, хватит воспоминаний — включаем…

Опа, он еще и нагревается долго, совсем забыл я про это, чуть не полминуты горела красная лампочка внизу, и только после этого появилось изображение со звуком. По умолчанию он был настроен на какой-то развлекательный канал — там шел типичный ситком с разговорами на, вокруг и около дивана. Диван, можно сказать, и был главным действующим лицом во всех этих ситкомах, по моему скромному мнению. И еще закадровое «гы-гы» каждые пятнадцать секунд.

Переключаем дальше… музыка, АС/ДС кажется, Хайвей то хелл… душевно, но мимо. Едем дальше, видим мост… ээээ… то есть что-то японское, говорящие головы — ну это совсем уже не в… и не в Красную Армию. Корейского ничего не обнаружил, зато напоролся в итоге своих блужданий по кнопкам на старое доброе АБС, Америкен Бродкастинг Компани. Вот его и послушаем…

Пока там шел «Звездный крейсер Галактика», но, сколько я помнил его содержание, дело близилось к финалу. Граф Балтар уже разболтал сайлонам про местоположение флота землян, и сайлоны раздумывают оставить его жить или все же прикончить… блин, смотрели же ведь такое в далеких восьмидесятых…

Финал оставили открытым — сами мол догадайтесь, что там с этим графом будет, и пошла заставка ABC World News Tonight, Нью-Йорк с птичьего полета, с зависанием возле статуи Свободы.

— Добрый день, — растянула губы в дежурной улыбке дикторша, судя по титрам внизу, звали ее Барбара Уолтерс. — Сегодня 10 сентября и мы начинаем, как и всегда, ровно в семь часов по североамериканскому восточному времени. Вкратце о содержании выпуска.

И экран сменился нарезкой сюжетов, кои сейчас должны были осветиться более подробно. В Эмиратах взрыв бомбы в Боинге-737, 117 человек погибло. На островах Сент-Китс и Нэвис провозглашена независимость, первым президентом стал какой-то Кеннеди Симмонс. В Судане запрещены алкогольные напитки и азартные игры. Первой мисс Америка африканского происхождения стала Ванесса Уильямс. Авария при старте советского космического корабля Союз. А сейчас эти и другие новости в подробном изложении, вернулась на экран цветущая Барбара.

Вот так вот — про корейский Боинг ни полслова… подумал я, вникая в заковыристые обороты ведущей новостей АБС. Вот и думай, что хочешь.

Питер вернулся еще до окончания этого Тунайта, но мне в принципе все уже стало ясно и так.

— Ну что, насмотрелся? Пойдем, провожу тебя в твой отсек, — сказал он, выключив Панасоник.

— Мистер Вачовски, — вспомнил я еще про один пункт, — вы кажется сказали, что здесь есть еще одна женщина из нашей кампании…

— Точно, есть такая, — он наморщил лоб, вспоминая ее имя, и все-таки вспомнил, — Льюдмилла ее, кажется, зовут.

— А можно с ней пообщаться? — закинул я такую удочку.

— А почему нет? Пошли — провожу… — и он вывел меня из этой кают-компании, и мы опять через лифт очутились на том же этаже, где был мой отсек, но в другой части корабля.

— Вон там она лежит, — показал он на очередную дверь без конкретной надписи, а только с номером.

— А почему меня отдельно от моих товарищей положили? — пришла вдруг мне в голову такая мысль.

— Не знаю, — рассеянно отвечал Питер, открывая дверь, — возможно у нашего руководства какие-то соображения на этот счет имелись. А вот и Льюдмилла, правильно? — спросил он у девушки, лежавшей на койке справа, больше никого в этом отсеке не имелось.

Люда, а это была именно она, хотя и сильно замотанная бинтами, повернула голову, увидела меня и произнесла неожиданную фразу:

— Это все ты во всем виноват, — и она протянула свой измазанный йодом указательный палец в мою сторону, чтоб уж никаких сомнений не было, про кого это она.

— Что она говорит? — забеспокоился Вачовски.

— Говорит, что во всем виноват я, — честно перевел я ее фразу, а потом обратился к ней, — а почему я-то и в чем я виноват?

На это она отвернулась к стенке и окончательно замолчала… вот и поговорили по душам, подумал я.

— Пойдем, — вздохнул Питер, — тебе здесь больше делать нечего.

А по дороге к моему помещению он все же позволил себе поинтересоваться — в чем же я виноват по мнению Льюдмиллы?

— Женщины, — ответил