Фантастика 2026-184 - Игорь Алмазов

— А чего это аткарские отмалчиваются? — с усмешкой спросил один из них, крепкий мужчина в годах. — Боитесь опозориться? Или знаний не хватает?

— Давайте-давайте, выходите, — поддержал второй. — Или у вас в Аткарске только насморк лечить умеют?

Ну вот зачем они так. Я ведь человек скромный, спокойный и добрый. Но и спускать такое не в моих правилах.

— Уговорили, — хмыкнул я и поднялся с места. — Поучаствую. Раз уж аткарскую честь надо защищать.

Квиз вёл бойкий молодой человек с микрофоном. Участников набралось человек десять, расселись полукругом. Правила были простые. Ведущий задаёт вопрос, кто первым нажал на кнопку, тот и отвечает. За правильный ответ балл, за неправильный один балл сгорает.

— Итак, первый вопрос, — объявил ведущий. — Какой препарат является антидотом при передозировке парацетамолом?

Я нажал кнопку первым.

— Ацетилцистеин, — спокойно ответил я.

— Верно! — кивнул ведущий. — Балл Аткарску.

Коллеги из Петровского переглянулись.

— Второй вопрос, — продолжил ведущий. — Назовите максимальную суточную дозу ибупрофена для взрослого пациента.

Снова моя кнопка.

— Тысяча двести миллиграммов при безрецептурном приёме, до двух тысяч четырёхсот под наблюдением врача, — отчеканил я.

— И снова верно, — ведущий уже посматривал на меня с интересом. — Третий, посложнее. С каким препаратом категорически нельзя сочетать ингибиторы МАО из-за риска гипертонического криза и серотонинового синдрома?

И снова моя кнопка.

— С симпатомиметиками и серотонинергическими препаратами, — ответил я. — Например, с теми же триптанами или СИОЗС.

— Абсолютно точно! — ведущий явно удивился.

Дальше всё пошло в таком же духе. Вопросы сыпались один за другим — про взаимодействие варфарина с антибиотиками, про опасность сочетания нитратов с виагрой, про дозировки антикоагулянтов. Я отвечал спокойно, без напряжения. Просто потому, что знал ответы.

Знание препаратов этого мира я подтянул ещё в первые месяцы. Ну а память целителя, который всю жизнь имел дело с самыми разными снадобьями, давала фору любому здешнему фармакологу.

В итоге я оторвался от ближайшего соперника на десять баллов.

— Ну что ж, — подытожил ведущий, когда вопросы закончились. — Победитель определился со значительным отрывом. Представитель из Аткарска, Александр Александрович Агапов! Прошу!

Зал зааплодировал. Коллеги из Петровского района хлопали громче всех, и вид у них был слегка пристыженный.

Мне торжественно вручили сертификат на годовую подписку медицинского журнала и подарочный набор канцелярии с логотипом. Приятно, чего уж.

Я коротко подмигнул петровским коллегам и сел на место.

Был объявлен перерыв, после которого должна была пройти ещё одна лекция. Ко мне внезапно подошёл лектор сегодняшнего мероприятия.

— Ваши знания впечатляют, — улыбнулся он. — Бритвин Павел Семёнович, клинический фармаколог. Я хотел предложить вам…

Он оборвался на полуслове, потому что увидел кого-то за моей спиной.

Я повернулся и увидел ещё одного мужчину, невысокого роста и в очках. На лице у него была странная усмешка.

— Агапов, — протянул он. — И что же тут забыл мой худший студент по клинической фармакологии?

Ну приехали.

Глава 21

Я первый раз в жизни видел этого мужчину. Зато он, кажется, знал предыдущего Саню Агапова. И был его преподавателем, что логично предположить из его фразы.

С учёбой у Сани было всё не так уж и плохо, но фармакология, как оказалось, проседала. Я этого не знал. Хотя, попав в тело Сани, я и сам изучал фармакологию с нуля, но совсем по другим причинам.

— Здравствуйте, — вежливо кивнул я. — Да, я Агапов. Вы меня помните?

— Помню ли я вас? — он нервно усмехнулся. — Молодой человек, вас невозможно забыть. Вы были худшим студентом на моём курсе. Три пересдачи! Вы путали анальгетики с антибиотиками, не могли назвать дозировку аспирина. А теперь мне говорят, что вы выиграли какой-то фармакологический квиз. Этого не может быть, тут явно какая-то ошибка.

В голосе его было столько искреннего недоумения, что мне даже стало смешно. Двоечник, которого он гонял по своему предмету, вдруг утирает нос всей области.

— Это было давно, — спокойно ответил я. — С тех пор много воды утекло. Люди меняются, и я успел за это время подтянуть свои знания по фармакологии.

— Меняются, — он покачал головой. — Но не настолько же! Вы были худшим, Агапов. И вдруг такое.

Неудивительно, что он очень хорошо меня запомнил.

— Хотите проверить? — предложил я. — Спрашивайте любой вопрос по вашему предмету.

Преподаватель прищурился, но отказываться не стал. Немного подумал, явно решил поймать меня на чём-нибудь заковыристом.

— Хорошо, — сказал он. — Механизм действия варфарина. И с чем его опасно сочетать.

— Варфарин — это антагонист витамина К, — спокойно ответил я. — Блокирует синтез факторов свёртывания крови в печени. Его опасно сочетать с НПВС, с некоторыми антибиотиками из группы макролидов и фторхинолонов. Они усиливают его действие и повышают риск кровотечений. При приёме варфарина контроль по МНО обязателен.

Мужчина явно не ожидал такого быстрого и точного ответа.

— Фармакокинетика дигоксина, — попробовал он снова, уже без прежней уверенности.

Я ровным тоном ответил на это и на несколько следующих вопросов. Преподаватель задавал вопросы всё сложнее и многограннее, а я отвечал всё так же спокойно, без единой запинки. И с каждым моим ответом он становился всё более хмурым.

— Невероятно! — наконец, выдохнул он. — Просто невероятно.

И тут в разговор вступил третий. Высокий мужчина в строгом костюме, который, как оказалось, стоял рядом и всё слышал. Это был Бритвин, тот самый лектор, что читал сегодняшнюю лекцию в первой половине конференции.

— Простите, что вмешиваюсь, — сказал Бритвин. — Но я наблюдал за квизом. И вот что скажу: Александр Александрович, по моему скромному наблюдению, один из лучших специалистов, которых я видел за последние годы. Его знания не просто академические, они практические. Он понимает, как препараты работают в реальной жизни, у постели больного. Это редкость, поверьте мне.

Преподаватель перевёл ошарашенный взгляд с меня на Бритвина и обратно.

— Да, — пробормотал он. — Видимо, я ошибался на ваш счёт, Агапов. Признаю.

— Ничего страшного, — ответил я.

Он ещё раз покачал головой и побрёл прочь. А я смотрел ему вслед, и в голове крутились мысли. Ведь я неожиданно вспомнил, как всё было у Сани. Кажется, читал об этом в