Рассвет русского царства. Книга 5 - Тимофей Грехов

Ярослав макнул перо в чернильницу и размашистым почерком вывел внизу листа.

«Своими глазами видел стрельбу из пяти орудий сих. Орудия рабочие, бой зело лютый и точный. Подтверждаю. Княжич Ярослав Андреевич Бледный».

Он посыпал чернила песком, подул и довольно улыбнулся.

— Вот так. Чтобы у батюшки моего и дядьки твоего сомнений не осталось. А то мало ли что там этот… — он не стал называть имя Алексея, но мы поняли, — наплести может. Моё-то слово тоже вес имеет.

Прошёл месяц. Время пролетело незаметно. Снег сошёл, хотя дороги всё ещё напоминали жидкую кашу, непроходимую для тяжёлых обозов.

Все мои мысли занимала подготовка к смотру, но и про хозяйство я не забывал. Межевание земель для новых дружинников прошло на удивление гладко. Я думал будет грызня, споры за каждый аршин, но этого не было и, как мне казалось, все новенькие остались довольны.

Пока я занимался земельными вопросами, в литейной тоже не сидели сложа руки. Доброслав работал как проклятый. За этот месяц он выдал ещё три годных орудия, и я платил ему серебром и не малым. Насколько я знал, по лету он собирается расширять свой дом и прикупить себе холопов в помощь по хозяйству. К слову, Доброслав очень быстро адаптировался к новым обстоятельствам.

Стену старой крепости на южной стороне, как и планировалось, разобрали. Теперь там кипела работа — расширяли площадку под большую пороховую мастерскую. Я туда особо не лез, придерживаясь своего принципа: пусть Майко с Меньшиковым сами возятся с «адским зельем». Строят, ругаются, считают сметы, мне главное результат.

Но была у меня и своя отдушина.

Моя старая сабля ушла к Богдану, и мне нужен был новый клинок. И мы работали втроём: я, Артём и Доброслав, который прибегал помочь в свободную минуту к нам.

Что же до Артёма, то я решил, что пора делиться секретами, потому как сам не успеваю развивать это направление заработка.

— Смотри, Артём, — объяснял я, показывая, как складывать пакет стали. — Здесь мягкое железо, здесь твёрдое. Мы их перекрутим, прокуём, и снова сложим.

Артём смотрел внимательно и запоминал.

— И что, оно не лопнет? — сомневался он, глядя на раскалённую заготовку.

— Не лопнет, если всё правильно сделать, — ответил я. — Главное — температуру чувствовать.

Мы ковали долго, но результат того стоил. Новый клинок вышел легче и злее предыдущего. И я планировал не только вооружить такими клинками лучших бойцов дружины, но и наладить продажу. Оружие, товар вечный, спрос на него будет всегда, пока люди не научатся жить в мире. А судя по тому, что я знал, не научатся никогда.

В перерывах между делами до меня долетали обрывки разговоров и сплетен. Курмыш был маленьким, и я даже удивлялся тому, что инцидент с Шуйским не гулял по селению.

Однако, фигурантом нового слуха снова стала Олена.

— Слышал, дьяк-то наш, Юрий Михайлович, к Олене сватался? — шепнула мне как-то Алёна перед сном, утыкаясь носом мне в плечо.

— Да ты что? — удивился я, хотя, если подумать, ничего удивительного. Олена была красивой, а Майко мужик холостой, да при деньгах. — И что?

— Отказала, — хихикнула жена. — Наотрез.

— Прямо так и отказала?

— Ага. Артём с женой её уговаривали, мол, партия выгодная, человек при должности, в достатке жить будет. В Москве, глядишь, осядут. А она ни в какую. «Не люб он мне», говорит, и всё тут.

Я промолчал, глядя в потолок. Почему отказала, догадаться было нетрудно.

А ещё было непонятно, зачем мне об этом сообщила Алёна. На задворках памяти что-то царапало меня, но я не мог понять, что меня тревожит.

Тем не менее время шло, земля подсыхала, и настала пора собираться в путь. Сборы заняли всего три дня.

Я решил не рисковать и везти орудия разобранными. Пять телег под пушки. Колёса мы усилили дополнительными железными ободами, а оси смазали дёгтем.

— Может, на лафетах потащим? — предлагал Богдан. — Так быстрее и вид внушительнее.

— Нет, — отрезал я. — Дороги наши знаешь? Одна яма, и ось полетит. Встанем посреди леса, будем куковать. Везём на возах, в сене. Приедем — соберём. Главное довезти.

К тому же я был уверен почти на сто процентов, что назад я эти пушки не повезу. Великий князь Иван Васильевич, увидев их в деле, вцепится в них мёртвой хваткой. Оставит в Москве для защиты Кремля, так что тащить их на лафетах смысла не было.

Также, кроме пушек, я снарядил ещё десять телег. Фактически пустых. Их я брал с собой, чтобы новенькие перевезли родню с вещами в их новый дом.

В последнюю ночь перед отъездом я не спал. Вернее, спать мне не дали. И причиной была тому Алёна. Честно, я хотел, чтобы мы немного пожили для себя, поэтому при занятии любовью делал, всё чтобы Алена не забеременела. Но в этот раз Алёна специально прижалась ко мне не давая отстраниться.

— Ну и зачем? — спросил я через несколько минут.

— Потому что хочу ребёночка, — ответила она.

— Но мы же договаривались…

— Нет, — перебила меня Алёна, — это ты считал, что мы договорились. Я же в тот момент мало что соображала. К тому же, — сделала она паузу, — не тебе ребёнка вынашивать. Так что, если у нас всё получилось, от дел почти не оторвёт.

Мне только оставалось пожать плечами и принять как данность положение дел.

А рано утром, плотно позавтракав, я был уже в седле. Во дворе собралась дружина, назначенная в поход. И когда мы уже готовы были трогать, вышел Варлаам.

— Благослови, Господи, воинов сих на путь ратный и возвращение скорое! — разнёсся бас игумена над площадью. — Огради их от стрелы летящей, от клинка секущего, от человека лихого! — после чего окропил нас святой водой.

— С Богом! — воскликнул я, поднимая руку и в этот момент ударил колокол.

Люди высыпали на улицы провожать нас. Бабы махали платками, мальчишки бежали следом за конями, мужики снимали шапки.

— Удачи, Дмитрий Григорьевич!

— Храни вас Бог!

Если бы я знал, как этот поход изменит мою жизнь, ни в жизнь бы не поехал.

Глава 17

До Владимира мы добрались, не торопясь, всего за пять дней. Спешить нам