Султан Эфир - Сильвия Лайм

Зато я умела звать вентусов.

Перед мысленным взором мелькнул рисунок, который показывал мне Эфир. И в тот же миг дивные существа наполнили все вокруг, глядя на меня полупрозрачными хитрыми глазами.

«Помогите», — умоляла я их одним взглядом, потому что из горла уже не доносилось ничего.

Они помогли.

В этот момент клешни Церра сами собой разжались, когда два дымкообразных духа схватились за них и растянули в стороны.

— Что происх?.. — В удивленно распахнутых глазах монстра мелькнул страх.

Еще один вентус облаками пара обхватил грудную клетку мужчины и отбросил его в сторону. Лезвие кинжала бесполезно улетело в траву и белые цветы, что качались на дорожке возле храма так, словно ничего необычного не происходит. Словно мир никак не изменится, если погибну я. Если исчезнет с лица земли последний белый грифон.

— Ты не пользовалась магией крови! — возмутился Церр. — Но что ты сделала⁈

С каждым мгновением он все больше багровел, сидя на пятой точке в десятке шагов от меня. Там, где его бросил вентус. Он сидел и не понимал, как мне это удалось.

Вентусов он не видел. Этому его никто не учил.

— Немедленно скажи мне, что ты сделала!!! — ревел он медведем, сжимая судорожными пальцами траву.

— Назови имя главы ордена, — проговорила я, стараясь выглядеть уверенно. Но рука, зажимающая рану на шее, дрожала. Сквозь пальцы текла кровь.

Церр открыл было искаженный злобой рот и вдруг замер. Затем на его лицо медленно наползла злая улыбка, и он покачал головой. Перевел взгляд на небо, туда, где все ближе были большие темные птицы, а затем снова на меня.

Моя кровавая магия внутри него разрушилась, как и его — внутри меня.

— Еще увидимся, Александра Колдунова, — процедил он, облизнув склизкие влажные губы.

Положил два пальца в рот и свистнул. В тот же миг из-за моей спины выпрыгнул огромный машейр, идя на зов своего захватчика.

Долю секунды я думала, что он прыгает, чтобы отгрызть мне голову. Но он шел к Церру. Едва они поравнялись, Эдуард махнул на могучую спину песчаного кота, и тот понес его вдаль с такой скоростью, что было трудно поверить в происходящее.

Я осталась одна.

Но едва Церр исчез в прибрежном подлеске, как я забыла о нем, ринувшись к неподвижному телу султана, надеясь лишь на то, что не опоздала.

Что смогу помочь…

Глава 9

Штиль

Это было трудно. Он лежал на белых камнях и почти не дышал.

Все в крови.

Огромное багровое пятно блестело на солнце, еще сильнее оттеняя бледность умирающего султана.

Да, он умирал. Я чувствовала это по току жидкости в его теле. По замедлению стихии, которую ощущала инстинктивно благодаря тому, что когда-то слила воедино свою силу с силой Тирреса Неро. Вода теперь была частью моей сущности, и она незримо шептала на том малопонятном бессознательном языке, которым единственно обладала.

Белоснежная тога Эфира насквозь промокла, став красной, липкой и тяжелой.

Я положила руку на огромную рану возле шеи султана, аккуратно распахнув полу одежды, и мысленно представила, как кровь останавливается, рана затягивается, а чары воды наполняют жизнью этот почти полностью опустевший сосуд.

Пальцы дрожали. По щекам невидимо лились слезы, становясь зримыми лишь в тот момент, когда отрывались от моей кожи и устремлялись вниз, смешиваясь с кровью.

Однажды я уже спасла Тирреса. И я смогу спасти и Эфира.

Иначе не стоит и думать.

В последний момент перед тем, как зажмуриться, я увидела на грудной клетке султана неподвижную татуировку грифона. Белую и блеклую. Его тело не шевелилось, красивая кольчуга перьев не сверкала золотом, а глаза… глаза могучего крылатого зверя были закрыты.

Сердце больно сжалось, стремясь разорваться, как тонкий шарик, в который вонзили иглу.

Но мои пальцы засветились, и я опустила веки, выпуская всю силу, которую имела.

Одна минута утекала вслед за другой. И когда я вновь открыла глаза, надеясь, что все не зря, оказалось, что ничего не изменилось.

Я не могла поверить, что уже поздно. Это не могло быть правдой!

— Ты будешь жить, ясно тебе? — прошипела, захлебываясь чем-то мокрым и стараясь колдовать сильнее.

Эфир говорил, что есть первый уровень магии — инстинктивный. Это то, чем пользовалась сейчас я. И второй — магия формул. То, чему мне еще учиться и учиться.

Но однажды я сумела вызвать вентусов с помощью одного-единственного символа открытого глаза. Возможно, способность лечить увеличилась бы, если бы я сумела нарисовать правильный и подходящий для этого знак?

Но такого знака я не знала!

Паника начала захлестывать. Ток крови в теле Эфира стал казаться катастрофически слабым. Нужно было попробовать хоть что-то!

В моем мире символом врачевателей была змея, оплетающая чашу, что бы это ни значило на самом деле. Но это первое, что мне пришло в голову.

А потому я представила красивую зеленую змею на ножке бокала и расположила этот знак над раной султана.

— Лечись! — выдохнула, снова призывая водяные чары, и… что-то начало происходить!!!

Желтый свет от моих пальцев стал десятикратно сильнее и теперь впитывался в рану значительно эффективнее. Я заметила, как кровь остановилась, и некоторое время даже создавалось впечатление, что она впитывается обратно в порез.

Сердце в груди султана стало биться чуть громче, а грифон на его груди пошевелил крылом.

Конвульсивно, страшно. Но это было уже что-то!

Я боялась предположить, что на этом все. Но кольцо и браслет Венинумары у меня на руке вдруг нагрелись и дернулись. А я вспомнила, что их помощь прямо сейчас будет как нельзя кстати!

— Давайте, начинайте уже помогать, — прошипела сквозь зубы, глядя, как черненое серебро драгоценностей начинает сверкать, а каменные глаза с красными радужками-рубинами моргают, глядя на меня сотней взглядов. — Быстрее!

Кольцо с браслетом вспыхнули, а на меня накатила такая адская усталость, что сразу стало ясно: магия работает! Желтый свет сделался золотым, ослепляющим, кровь толчками входила обратно в тело султана, а грифон на его груди все сильнее шевелился. Он переворачивался с боку на бок, вытягивал лапы и вертелся, словно в лихорадке.

— Очнись уже, наглая твоя султанская физиономия, — прошептала я, трясущимися руками сжимая рану. — Очнись…

Но он не слышал. А затем рана полностью закрылась, и свет из моих рук вдруг взял и исчез. Браслет и кольцо Венинумары моргнули всеми своими глазами и… остыли, перестав светиться.

Вся магия замерла, и ток крови внутри Эфира словно бы полностью восстановился. Ничто, кроме пятен крови на тоге, не напоминало больше о случившемся,