Цвет ночи. Глубокий красный - Лера Виннер

Каир по сей день славился своей атмосферой, располагающей людей и нелюдей к тому, чтобы потеряться, бесследно раствориться в песках на какое угодно время. Она так давно там не была, что, может быть, и пришла пора…

Закончить эту мысль она не успел.

Зейн дернулся всем телом, не просыпаясь, будто получил удар током. На плотно сжатых губах выступила кровь.

Дэнни проснулся мгновенно, сонно и недовольно зашипел, запутавшись в одеяле, но тут же пришел в себя, кидаясь к нему, чтобы удержать.

— Полотенце принеси, — Эрика отдала команду, не сомневаясь, что он исполнит, и не задумываясь о том, что выгадывает для него таким образом еще минуту до окончательного возвращения в реальность.

А в реальности, тем временем, самые мрачные перспективы реализовывались быстрее, чем она предполагала.

Глава 38

Остаток ночи они провели в суете и крови, и когда в окне замаячило серое безликое утро, Эрика чувствовала себя так, будто прикончила шесть десятков гримолков в одиночку.

Она успела потерять счёт времени и окровавленным полотенцами, отправленным в мусорный пакет. Дэнни над ухом загнанно и хрипло дышал, то и дело вытирая выступавший на лбу и висках пот, но держался для своего нынешнего состояния отменно — действовал быстро и сосредоточенно, без лишних движений и паники.

Зейн успокоился только под утро, застыл как ничего и не было. Это спокойствие гипнотизировало, заставляло сидеть над ним неподвижно и смотреть, не моргая, в ожидании малейшего движения или намёка на него. Хоть чего-то, что выдало бы в нём ещё теплящуюся жизнь.

Вампирская регенерация всё ещё работала, рана на шее не открылась, как того опасалась Эрика, но закровоточили несколько порезов на теле, подтверждая, что оно отказывалось принимать не только чужую, но и собственную кровь.

Скупой кивок Дэна, выданный в ответ на распоряжение поспать, поменявшись с кем-то из Мердоков, она даже не приняла всерьёз. Пацан был достаточно упертым, чтобы рано или поздно разбить себе на этом упорстве лоб, и не стоило обманываться, ожидая, что он и правда ляжет.

Стоя под холодным душем, Эрика слышала, как встали Мердоки, — убийственно рано для людей, — но в кухне обнаружила только Лив.

— Привет.

Та подняла взгляд от телефона и тут же поставила на стол чашку с кофе, которую держала во второй руке.

— Что произошло?

— Первый припадок, — заговаривать ей зубы не имело смысла, да и не хотелось. — Дэна накормила. Ты… Сможешь позаботиться об этом?

— Разумеется, не говори ерунды, — она отмахнулась от вопроса так, словно Эрика мешала ей думать, побарабанила пальцами по столу. — Значит, при естественном течение процесса у нас осталось дня три. Своими силами я смогу растянуть его на неделю и уменьшить судороги. Джон сейчас поднимает старые семейные связи в Туманных Землях. Слухи всё равно идут, но есть слабая надежда, что кто-то поможет просто в качестве эксперимента. Мне нужно на работу на пару часов, там что-то срочное, он закончит и займётся. Ты сегодня в «Александрии»?

— Да. Но заеду, привезу кровь.

Эрика осталась стоять, наблюдая за тем, как она размышляет вслух, а после поднимается, допив кофе одним глотком.

— О крови тоже не беспокойся, Мердок позаботится.

Лив будто и не спала, под глазами залегли глубокие тени, и сказать ей, что всё напрасно, наверное, было бы подлостью.

Миссис Мердок тем временем притормозила, проходя мимо, задержала на ней долгий внимательный взгляд, как будто прочитала мысли.

— Даже думать об этом не смей. Я за него ещё поборюсь, мне просто нужно ещё немного времени. Совсем чуть-чуть.

В первый раз в её тоне мелькнуло нечто, похожее на неуверенность, но Эрика кивнула, не желая спорить. Собственные ресурсы она исчерпала, но о ресурсах Мердоков и её личных ничего не знала наверняка.

— Лив! — она спохватилась только когда та уже почти прошла гостиную, направляясь к лестнице. — Скинь мне реквизиты, я переведу денег. Это всё… затратно и хлопотно. Особенно с учётом волка.

Лив развернулась так, будто вопрос заставил ее споткнуться, и Эрика подошла поближе, чтобы не вынуждать её повышать голос.

— Как ты думаешь, — Лив облизнула губы и заправила за ухо прядь, подбирая слова. — Если я сейчас тебя за это ударю, смогу войти в историю как человек, успевший врезать сразу двум Смотрящим над Нью-Йорком?

Поводов для веселья было мало, и всё же Эрика хмыкнула, разглядывая её с какими-то новым интересом.

Неким непостижимым образом она, вероятно, поняла и это, потому что вернулась, подняла голову так, чтобы заглянуть в лицо.

— Просто выспись и сделай так, чтобы вечернее собрание не перешло в резню.

Глава 39

Как ни странно, в «Александрии» всё и правда обошлось в прямом и переносном смысле малой кровью.

Слухи действительно ползли и удивительным образом соответствовали действительности, как будто кто-то намеренно поделился с не уважаемым Обществом подробностями случившегося, да ещё и пустил в ход все доступное ему красноречие. Эрика точно знала, что это не была ни она сама, ни кто-то из Мердоков, но развивать эту мысль не желала.

Тем не менее собравшимся и справедливо интересующимся пришлось говорить правду, и правда эта здорово сбила спесь и боевой настрой с тех, у кого он ещё был.

Они боялись и злились, пытались побороть сковавшую умы и тела оторопь, и, наблюдая за ними, она вяло размышляла о том, что это может быть полезно. В таком состоянии можно согласиться на многое, в том числе и на то, чтобы вспомнить, кто они есть по сути своей.

После, когда все разошлись, она ещё долго сидела за барной стойкой, цедила разбавленный и пригодный для употребления вампиром виски. Всё время простоявшая за стойкой Джина расположилась рядом, и, в отличие от нее, допивала уже второй стакан.

— Как? Блядь! Просто… Как?

Эрика хмыкнула, давая понять, что и сама не отказался бы получить ответ на этот вопрос.

— Останешься?

— Не знаю… Разве что ты прибавишь мне зарплату. Теперь ведь ты будешь моим боссом?

— В три раза тебя устроит? — Эрика улыбнулась чуть приятнее, но разглядывать содержимое своего стакана не перестала.

— Ух ты… Вау! — Джина рассмеялась в ответ коротко и непривычно низко. — Я-то думала, Зейна с его предложением стабильной выходной неделей раз в месяц никто не переплюнет. Тебе почти удалось.

Дерево стойки красиво просвечивалось через толстое стекло и