Цвет ночи. Глубокий красный - Лера Виннер

Сюрприз с новой Смотрящей был во всех смыслах сомнительным, но обстоятельствам, хотел он того или нет, нужно было соответствовать.

При попытке встать голова закружилась ещё сильнее, а очертания комнаты перед глазам расплылись, так что на всякий случай пришлось нащупать рукой стену.

В коридоре почему-то горел один небольшой бра, и Дэн постоял минуту, прежде чем так же вдоль стены двинуться в сторону спальни Зейна.

За время его отсутствия могло произойти что угодно. Новая судорога, пропущенный час, когда нужно было согреть кровь. Или…

Об «или» он предпочёл не думать вовсе.

Ноги слушались плохо, вероятно, из-за того, чем его накачала Лив.

Очень, черт возьми, не вовремя.

Ещё днём всё было не так плохо, и должно было вот-вот пройти.

Что, по идее, может быть унизительнее, чем свалиться с простудой?

— Рика! — встревоженный голос Кэт раздался откуда-то сбоку, и тут же дверь, до которой он почти дошёл, открылась.

На пороге появилась зачем-то сменившая брюки и рубашку на платье Эрика, а вслед за ней Джон.

— Черт побери, — выругался, кажется, профессор, и было в его тоне нечто, похожее на восхищение.

— Прошу прощения, этого не повторится, — Дэн попытался проскользнуть мимо Смотрящей, но был безжалостно пойман.

— Ты ебнулся? Ты что творишь?

— Я всего на минуту отошла, — Кэт возникла за спиной, но оборачиваться Дэн не стал, потому что голова от вампирского захвата закружилась сильнее.

— Не переживай, Котёнок, я тоже такой прыти от него не ожидала, — она слегка встряхнула Дэна, а потом склонилась ближе, чтобы заглянуть ему в глаза.

Как будто и правда пыталась установить степень вменяемости пациента.

Под этим взглядом того пробрал озноб.

— Сколько я был в отключке? Часа три?

— Три, да. Дня, — Эрика продолжала смотреть, и Дэн забыл, как дышать.

— Сколько?..

От накатившего испуга в груди свернулся холодный ком.

Его взгляд метнулся к кровати.

Зейн лежал всё так же неподвижно, разве что кожа обтянула череп сильнее, делая лицо практически неузнаваемым. Подобное действительно заняло бы несколько дней.

— Но?..

Мгновенно забывать о правилах и рамках, он уставился на Эрику в ответ, но Мердок предусмотрительно не дал ей ответить:

— Пневмония. Которую мы все вместе едва не упустили.

— Я упустила, ты хотел сказать, — Эрика взглянула на него мельком.

Судя по ответной ухмылке Джона, говорили они об этом не в первый раз:

— Да. Ты зло, я должен был это учесть. А тебе нужно лежать.

— Я в норме, — сам Дэн в этом уверен не был, но пространство вариантов было не большим.

Главное не смотреть больше на Эрику.

— Дэн, я не медик, но Лив сказала, что ещё минимум три дня ты должен находиться в постели, — в голосе Джона явственно слышалась усталость, заставлявшая задуматься, что они делали здесь вдвоём, что могли обсуждать.

— Я не могу, — это было самым честным ответом, который он мог придумать. — Мне нужно…

Договорить он не успел, потому что ладонь Эрики легла на затылок, разворачивая к себе.

Дэн ещё успел подумать, что не замечал раньше золотистые искры в ее глазах. Даже когда они стояли очень близко или валяли друг друга по земле.

Сознание подернулось туманом и поплыло, погружая в полную блаженства эйфорию, и свет выключился прежде, чем он успел вспомнить, что должен делать, чтобы это одурманивание прервать.

Глава 42

Дни потянулись медленно и тоскливо настолько, что шанс отлежаться в постели, о котором он ещё недавно мог только мечтать, воспринимался как отбывание наказания.

Разбудившая его на следующее после позорной попытки встать утро Лив оказалась поразительно непреклонна. Озвученную ею угрозу привязать к кровати при попытке нарушить режим вполне стоило воспринимать всерьёз.

Дэн никогда не лечился у ведьм, доверяя исключительно медикаментам и профессионализму работавших на Клан врачей, либо собственным минимально необходимым знаниям в этой области.

Лив же, помимо лекарств, поила его чем-то еще, пахнущим настолько приятно, что можно было согласиться выпить даже без её бдительного присмотра. Что конкретно было в кружке, Дэн не спрашивал, но после каждого сеанса короткого сна становилось ощутимо легче.

Эрика не приходила, даже не заглядывала.

На вопросы о Зейне Мердок отвечали скупо: «Без изменений».

Без изменений быть не могло, но, помимо очевидного целебного эффекта, отвары Лив заставляли расписываться в собственной беспомощности, провоцируя такую слабость в мышцах, что немыслимо было даже попытаться встать.

Тем не менее, проснувшись к вечеру четвёртого дня, Дэн почти с благоговейным удивлением обнаружил, что кашель практически прошёл, а голова оказалась уже непривычно ясной.

Встать ему удалось с первой попытки и, вопреки всем собственным опасениям, в коридор он тоже вышел вполне ровно.

Тело слегка ныло после перенесённой болезни, но мудрый инстинкт подсказывал, что и она уже осталась позади.

Сидевшая на лестнице с телефоном в руках Кэт подняла голову от экрана, с которого что-то увлечённо читала, и встала, махнув ему рукой.

— Рада тебя видеть.

— Спасибо, — ответ вышел неловким, дурацким по сути своей.

Они всё ещё обходили опасную тему, и хотя Кэт не требовала объяснений, он чувствовал себя обязанным их дать.

Любая попытка сделать это прозвучала бы как жалкие потуги оправдаться, а оправдываться Дэн не желал. Некоторые вещи невозможно объяснить словами. Пытаться посвятить в них кого-то бессмысленно, а с тем, что о нём будут думать свои и чужие, — в особенности с учётом того, что никаких «своих» для него больше не было, — он примирился давно.

— Хотел сказать спасибо твоей маме.

— Она внизу. Просила, чтобы мы спустились вместе, когда ты проснешься.

— Но мне нужно… — он не стал договаривать, выразительно кивнув на дверь спальни Зейна.

Что-то в лице Кэт неуловимо изменилось, она словно в один момент осунулась, и Дэну показалось, что пол ушел из-под ног.

— Он, что?..

— Нет, он в норме. Насколько может быть, — слишком поспешно она возразила, слишком нервно. — Я не знаю, что там, меня тоже не пускают. Она даже Эрике велела не входить. Может, что-то придумала, может…

Бесчисленное множество этих «может» пронеслось в голове, и Дэн бросил еще один полный сомнений взгляд на дверь, на ходу решая, какие будут последствия у нарушенного… Распоряжения? Приказа?

Кэт коснулась его руки, привлекая внимание, и только теперь он заметил, что задержал дыхание.

Первый этаж оказался неожиданно ярко