Мэри Лонгшир - дочь магната. - Эва Гринерс

- Прикажите подать автомобиль, - сказала я Бернсу, когда он появился в дверях. – Я поеду к детям.

Он лишь коротко кивнул, как будто заранее ожидал, что день не закончится в кабинете.

Через полчаса машина уже выезжала за ворота.

Чем дальше оставался Лондон, тем легче становилось дышать. Город постепенно растворился в пригородной дымке, дорога пошла между влажными зелёными полями, где трава уже поднялась густо и ярко, а воздух пах молодой землёй, прогретой солнцем. Май всегда приносил с собой особую мягкость - ещё не лето, но уже почти обещание лета, и в этом было что-то успокаивающее.

Я ехала молча, откинувшись на спинку сиденья и глядя в окно, пока мысли сами собой выстраивались в цепочку. Каролина явно говорила не только от себя. Джон оказался слишком быстро упомянут в разговоре, чтобы считать это случайностью. А если чужое внимание уже начинает двигаться вокруг него, значит, кто-то действует осторожно, но последовательно.

Тем сильнее хотелось увидеть детей - хотя бы на несколько часов оказаться в месте, где ещё сохранялась нормальная, простая жизнь без постоянной необходимости угадывать скрытый смысл в каждом слове.

Старые липы у подъездной аллеи уже полностью оделись листвой, от дороги поднимался сухой тёплый запах, а белёсый фасад дома казался особенно светлым на фоне густой зелени сада. Несколько окон второго этажа были распахнуты, и лёгкие занавески колыхались от ветра.

Едва автомобиль остановился, как на крыльце появилась Шарлотта.

- Мэри! - Она спустилась навстречу быстрее, чем обычно позволяла себе. – Почему без предупреждения? Я хотя бы распорядилась накрыть чай в саду.

- Именно поэтому и без предупреждения, - ответила я, поднимаясь по ступеням.

Она внимательно посмотрела на меня.

- Что-то случилось?

- Пока нет. Но дома сегодня слишком много разговоров, которые не хочется продолжать.

Шарлотта понимающе кивнула и сразу повела меня в дом.

Там пахло свежей выпечкой, сиренью и чем-то молочным - запах спокойного, хорошо устроенного дня, где всё идёт по привычному порядку.

- Дети в саду? - спросила я, снимая перчатки.

- Да. С гувернанткой. Фредерика с утра спорит, что щенок, найденный у конюшни,обязан остаться здесь навсегда. Фред уже придумал ему имя, а Грэта делает вид, что ко всему этому не имеет отношения, хотя именно она принесла ему молоко.

Я невольно улыбнулась.

- Значит, жизнь идёт бурно.

Но Шарлотта, прежде чем ответить, чуть помедлила.

- В целом да. Хотя вчера был один странный визит.

Я остановилась у окна гостиной.

- Какой визит?

- Приезжал человек из Лондона. Во всяком случае, так он сказал.

Теперь уже вся легкость разговора исчезла.

От детей пахло солнцем, травой и весной; у Фредерики в волосах запутался мелкий лепесток, у Фреда на рукаве виднелось зелёное пятно от травы, а у Грэты на манжете осталась полоска земли - видимо, кто-то опять помогал в саду не совсем так, как предполагалось.

И от этого почему-то особенно сильно сжалось сердце.

Потому что в этих голосах, в этом беспорядочном восторге, в том, как никто из них даже не подумал скрывать радость, было нечто такое простое и настоящее, чего в последние дни так не хватало.

Настоящая семья.

Не по названию, не по обязанностям, а по этому мгновенному чувству, когда тебя ждут не потому, что нужно, а потому что рады.

- Мы нашли щенка, - сразу объявила Фредерика, словно это было главным событием дня.

- Не нашли, а он сам пришёл, - поправил Фред.

- И пока Шарлотта делает вид, что ещё думает, можно ли оставить его, - добавила Грота уже с лёгкой улыбкой, - Фред успел назвать его Адмиралом.

- Потому что у него серьёзный вид!

- У него один глаз закрывается медленнее другого, - заметила Грэта.

Это не мешает быть адмиралом, - твёрдо ответил Фред.

Я рассмеялась, и именно в этот момент Грэта, словно вспомнив что-то важное, чуть посерьёзнела.

- Кстати, Мэри... вчера сюда приезжал какой-то человек.

Шарлотта у двери едва заметно взглянула на неё, но не перебила.

- Какой человек? - спросила я уже внимательнее.

- Он долго стоял у ворот и всё время смотрел на окна, - спокойно продолжила Грота. - Сначала разговаривал с тётей Шарлоттой, потом, когда думал, что его никто не видит, ещё раз оглянулся на дом.

- Ты его хорошо рассмотрела?

- Достаточно, - ответила она.

Фред немедленно вмешался:

- Ион спрашивал, кто здесь живёт.

- Ты подслушивал? - спросила Шарлотта.

- Я просто был рядом.

- За кустами, - уточнила Грэта.

Это стратегическая позиция, - с достоинством пояснил Фред.

- Он ещё спросил про мистера Бланта, - добавила Грэта уже без улыбки. – Я слышала имя.

Вот это уже прозвучало совсем иначе.

На мгновение даже детский шум вокруг словно отступил.

Но Фредерика, ничего не чувствуя в перемене тона, уже снова тянула меня за руку:

- Пойдём скорее смотреть щенка, пока Фред не решил обучать его командам.

- Я уже начал, - возразил он.

- И безуспешно, - спокойно заметила Грэта.

Шарлотта рассмеялась и обняла их.Я пошла с ними в сад, чувствуя, как три голоса снова перекрывают друг друга, как Фред спорит, Фредерика смеётся, а Грэта иногда вставляет одну короткую фразу, после которой оба младших почему-то сразу начинают говорить тише.

И впервые за весь день мне стало по-настоящему спокойно.

Глава 34.

За окном по-прежнему слышались голоса детей: Фредерика что-то горячо доказывала Фреду, тот возражал с привычной для себя убеждённостью, не желая уступать ни в чём, а Грэта время от времени делала замечания - спокойные, точные, и потому звучавшие почти убедительнее их обоих.

Через открытое окно тянуло свежей травой, нагретой землёй и лёгким запахом яблоневого цвета: сад уже полностью проснулся под майским солнцем, и эта ясная майская тишина странно не сочеталась с выражением лица Шарлотты. Она стояла у небольшого стола у окна, сама наливая кофе из серебряного кофейника в тонкие чашки, и даже её движения сегодня казались чуть более медленными, чем обычно.

- Тётушка, расскажите мне ещё раз и по порядку. Я поняла, что вы не знаете человека, который приезжал сюда. Давайте разбираться, кто это мог быть.

Шарлотта помедлила.

- Он будто приехал не спрашивать, а проверять то, что уже знает, - сказала она задумчиво, ставя передо