Приключения Благородного Дика. Люди и драконы - Елена Владимировна Крыжановская

— Мы немного забылись, — извинился за всех Стэп. — Говори, Дик, что делать?

— Дик? — послышались сразу несколько изумленных голосов.

— Хм, вот ты кто! Я так и думала, — удовлетворенно прищурилась принцесса Джаенн.

— Чего ты хочешь? — холодно спросил надменный принц Востока.

— Чтобы вы успокоились, сели к столу и взглянули на окружающих как на своих товарищей по несчастью. У нас всех общая цель. Если вам угодно ненавидеть, то обратите свою ненависть на причину несчастий, а не на точно таких жертв войны, как вы сами. Никто из вас, и даже из ваших отцов, не хотел того, что творится на Востоке. Вас стравливают специально, чтобы зарабатывать деньги. Так что Моренн права. Всё дело в цене на апельсины. И на многое другое. А мы за это платим кровью. И будем платить, пока не остановимся. И все вы, и ваши отцы, лично виноваты в том, что война продолжается. Ее могли остановить в любой день, но никто не посмел. Продолжать бой иногда проще, чем остановиться. Но не всегда это правильно.

— Ты говорил, что можно выйти между двумя армиями или мне приснилось? — с дрожью в голосе спросил Саренес, тот принц, что испугался Дика. — Но ведь они будут стрелять. Или набросятся и прогонят нас.

— Не посмеют, если дети обеих враждующих сторон будут рядом, — задумчиво проговорил принц Стэп. — Побоятся попасть стрелой в своего или обидеть чужого. Значит, идем на переговоры. Что скажем?

— Примерно то же, что вы говорили мне, скажите своим отцам, всем сразу. Можете обсудить или написать свои требования. Стэп, проследи, чтобы в обращении никого из тех, кто ведет войну, не забыли, и чтобы все поставили свою подпись с полным именем.

Дик ушел, чтобы не мешать королевским детям держать совет. Он попросил приготовить позже легкий обед. Пировать пока преждевременно. Дик прислушивался, не переходит ли спор светские рамки? Пока драки нет, он твердо решил не вмешиваться.

Через два часа его позвала Моренн. Принцы и принцессы передали Дику набело переписанный пергамент с требованием мира и его условиями, на которые согласились все присутствующие.

— Отлично, — Дик просмотрел бесконечный список территорий в разных королевствах. — Напишите ещё один такой же. Передам их совету армий. Союзнической и восточной. Со мной пойдут Смела и Джаенн. Только без капризов! Вы увидите своих отцов, но не сможете пока остаться с ними.

— Ничего, Дик, — вздохнула принцесса Смела. — Мы ведь надеемся скоро увидеть их снова. Дома. Мы будем держать себя в руках. Правда, Джаенн?

— Правда, Смела, — восточная принцесса протянула руку западной. Их пальцы крепко сплелись.

— Вы что идете сейчас, до обеда? — возмутилась Моренн. — Как ты всегда спешишь!

— Мы ненадолго, — Дик взял своих спутниц за руки и вручил каждой по мирному договору. Они переступили порог кухни и пропали, ещё успев услышать изумленные восклицания оставшихся. И сразу очутились в расположении союзнических армий. Далеко впереди возвышался огромный белый шатер с флагом короля Амеля.

— Кто такие, что вам здесь надо? — грубо преградил им путь ближайший стражник.

— Повежливее с дамами, солдат! — одернул его Дик. — Её высочество принцесса Смела желает немедленно видеть своего отца.

— Да! — сурово подтвердила Смела. Стражник опешил и испуганно заморгал.

— Извольте проводить нас к шатру короля! Живо! — вывел его из задумчивости Дик.

— Прошу за мной, ваше высочество. Пожалуйте сюда, здесь будет короче, — засуетился стражник. Оклики и насмешки по пути мгновенно превращались в почтительные приветствия, когда солдаты узнавали Смелу. Рак прав, дочь короля Амеля уважали в союзных армиях.

Пока они дошли до шатра, за ними увязался почетный эскорт, а другие, кто не мог покинуть свой пост, выстраивались в две шеренги, пропуская принцессу и ее спутников.

Разумеется, в королевском шатре вспыхнул скандал. Но Смела не дала ему толком разгореться, быстро поцеловав величественного седого господина, вручив ему официальный документ и попрощавшись, пока он не успел опомниться. Кроме того, при посторонних Амель не стал слишком ругать свою дочь. А дипломатичных упреков она не слушала.

— Ваше величество, — обратился к нему Дик. — Огласите этот документ по всем союзническим армиям. Сегодня. Немедленно. И часам к четырем, к пяти, ждем вас на переговоры прямо на поле боя. Советую объявить перемирие и позаботиться о безопасности гонцов. До встречи.

Выйдя из шатра, в обратный путь до перехода трое гонцов пустились почти бегом. И вовремя.

— Что за безобразие? Смела!! Задержите ее! — загремел за спиной голос короля.

— Солдаты, если вы хотите мира, не слушайте его, — говорила, вертя головой, Смела. Дик держал наготове меч, охраняя принцессу, готовый сразиться с каждым, кто преградит им дорогу. — Спасибо. До свидания. Очень приятно всех повидать, — вежливо повторяла принцесса. — До свида… ой, здравствуйте, — они с Джаенн даже не успели заметить момент, когда очутились лицом к лицу с солдатами в таких же кольчугах, но с другими гербами на фиолетовых дублетах.

— Немедленно позовите сюда моего отца! — воскликнула Джаенн, топнув ножкой. Она решила не слишком удаляться от перехода.

Ждать пришлось около получаса, вокруг Дика и двух принцесс собрался широкий круг. Джаенн вдохновенно говорила о том, что мир возможен и очень скоро, им надо только самим захотеть сложить оружие. Неужели им не надоело сражаться?

— Что за мятежные речи, дочь моя? — раздался совсем близко бархатный голос короля Кармаля.

— Добрый день, отец мой, — изящно поклонилась Джаенн и подала королю свиток пергамента. — Это пока не мятеж и не речи. Всё ещё впереди. Мы вернемся сегодня часам к четырем, к пяти, за ответом.

— Будьте добры, ваше величество, доведите эту грамоту до сведения всех королей и главнокомандующих восточной армии, — с поклоном попросил Дик. — Советую объявить перемирие и готовиться к переговорам. На них будет присутствовать ваша дочь, поэтому позаботьтесь о ее безопасности. Всего доброго…

Они отступили всего на шаг и пропали.

— Ох, тяжкое дело дипломатия, — Дик отпустил руки двоих принцесс в зале трактира. — И это ещё не конец… Обедать! — жестом полководца, зовущего в атаку, он указал на накрытый стол. — Дальше… — он уронил руку с браслетом, словно говоря, будь что будет. Все за столом разделяли его настроение. Кроме «морской принцессы» Моренн, для которой приключение казалось веселым