Код волхва. Книга 4 - Алексей Даньшин

Я тоже усмехнулся и посмотрел на её мужика. Тот только вздохнул и плечами пожал.

— Ой, княже, — замялся он, — баба дура, не слушай ты её. Вот лучше медку моего отведай! Лучшего мёда на всём торге не найти.

Обижать торговца не стал, взял у него глиняную чарку и отпил. Напиток был терпким и душистым, с цветочным послевкусием и приятно щекотал язык.

— Хорош медок, — похвалил я купца. — Да и яблочки хороши, — я подмигнул его жене под улюлюканье и подначки толпы.

Та покраснела, но глаза не опустила. Новгород всегда славился свободой нравов, и прав у баб тут было гораздо больше, чем в том же Киеве.

Я кивнул и махнул рукой Небойше. Тот достал из кошеля мелкое серебро, и купец засуетился, выбирая бочки с мёдом для моей покупки.

— Так, может, княже, я яблочки-то тебе в дом занесу к вечеру? — не унималась торговка.

Но потом уткнулась взглядом в Елену, которая вышла из-за моей спины и встала рядом, положив ладонь на рукоять меча у себя на поясе.

— Ну, нет так нет, — торговка как-то сразу пошла на попятную. — Но, если захочешь яблочек, мы тут завсегда стоим. Храни тя Бог, княже! — проговорила она напоследок и перекрестилась.

Все вокруг повторили за ней. Только Ленка осталась стоять с рукой на мече, пристально глядя на бабу.

Дальнейший поход по торгу был уже спокойнее. Звуковые метки я развешивал на всех встречных, и Ника начала трансляцию с них почти сразу.

Слух про девку-воительницу в свите князя Илии летел впереди нас и обрастал пикантными подробностями с ужасающей скоростью. Ника опять хихикала в голове, пересказывая мне их как анекдоты.

— Говорят, что стоит князю только на какую пригожую девку взгляд кинуть, как тут же появляется эта чернявая и давай всех мечом рубить. Так что девкам-красавицам на князя и глядеть опасно. Да Илия и сам её опасается, не иначе как от шведской невесты к нему та воительница приставлена, дабы князь берёг себя до самой свадьбы. А коли не убережёт — так и свадьбе не бывать. Шведы — они такие! Нехристи, одним словом! А то, что король у них христианин, — так то только видимость одна. Видали мы этих шведов! Все как один Одину с Тором молятся, несмотря на кресты на груди. Вот князь и хочет через ту принцессу их ко Христу привести, как князь Володимир в своё время с Новгородом сделал… А ещё князь яблоки не ест. Надо бы ему груши на пробу предложить.

Слухи Ника мне транслировала непрерывным потоком в режиме закадровой озвучки, когда я не говорил ни с кем и шёл мимо рядов, разглядывая товары. Было забавно, и я почти постоянно улыбался, что окружающий народ принимал на свой счёт и улыбался мне в ответ.

— Брячислав прислал вестового, — сообщила Ника. — Панкрат его принял. Сегодня на закате придёт.

Я взялся за мочку уха.

— Никита! Снимайте наблюдение за домом полоцких. Не надо их пугать раньше времени.

— Сделаем, княже, — откликнулся ведьмак.

— Небойша! — позвал я десятника, прервав разговор с Никитой. — Купи всё, что оговаривали по списку. Вечером ждём гостей.

— Слушаю, княже, — отозвался хорват. — А может, и яблок всё же взять?

И хитро так на меня посмотрел.

— Потерпишь, — отрезал я. — Обойдёшься сегодня без яблок. Бычка лучше выбери помоложе. Глядишь, если договоримся, то и пир закатим сразу. Мёда вон сколько взяли, как раз будет чем мясо запивать.

— Понял, княже, — кивнул он, пожав плечами.

…

Своего дома в Новгороде у меня пока не было, поэтому я и «ютился» в гостях у Ивора.

Купленный же Никитой бывший дом купца Багряты я отвёл для постоя своей дружины. Он был просторным и крепким. На широком подворье было несколько амбаров, подклеть, птичник, даже росли несколько яблонь и стояла отдельная банька.

Два десятка моих парней под командованием Панкрата Глыбы вместе с Никитой и Добрыней разместились в этом доме весьма вольготно. Одно крыло выделили для спанья, установив там двухъярусные лежанки, как я сделал у себя во Вручии. Местные плотники сперва офигели от такого заказа, но Никита хорошо доплатил, и лишних вопросов они не задавали.

Сортир, правда, был во дворе, над выгребной ямой поставили сплетённый из ивняка каркас, продуваемый, но мешающий проникать внутрь дождю. Пока хватало. Но на зиму надо будет нормальный нужник поставить.

Свой колодец в противоположном от нужника углу двора обеспечивал чистой питьевой водой.

Я обошёл все строения и в целом остался доволен. Даже подвал тут был большой и вместительный, где Ивор моё серебро хранил. Тут постоянно дежурили четверо гридней, сменяя друг друга каждые четыре часа.

Осмотрел забор и близлежащую территорию. Дом стоял недалеко от центра города. До детинца было метров триста всего по прямой. И вокруг была достаточно плотная жилая застройка. По улице постоянно ходил народ, и в это время дня было весьма оживлённо. Телеги с живой птицей, тушками кабанчиков и прочей снедью шли к детинцу, а обратно возвращались уже пустыми. Княжий гарнизон надо было хорошо кормить, и Ярослав денег на дружину не жалел.

Но такое расположение дома ещё обеспечивало отсутствие возможности скрытного подхода к воротам. Сотни глаз вокруг, собаки, постоянно лающие на прохожих, периодически делающая обход города стража. Мне даже не нужно было ставить сигнальные артефакты по периметру, чтобы контролировать подходы. Так что я просто поставил защитный контур по забору и запитал его сразу от своей разросшейся за последний месяц сети алтарей.

Купленные на торге пятеро холопов и четверо дворовых девок решали вопрос с обслуживанием дома, готовкой еды на такую ораву и прочими хозяйственными мелочами. А девки ещё за небольшую дополнительную плату обслуживали моих парней по ночам. Никто при этом ни к чему не принуждал. Все были довольны.

Отопление помещений Никита уже сделал с помощью моих горюч-камней, с освещением тоже проблем не было. Готовили на кухне на моих камнях, так что дрова были не нужны.

Все ели под навесом во дворе. Там стоял длинный стол со скамьями, и на двух столбах висели мои светильники. Вечерами Никита или Добрыня их включали и поднимали на верёвке вверх по столбу, как флаг, и они всю ночь освещали подворье. А утром их выключали.

Но для сегодняшнего приёма гостей стол накрыли в самой большой комнате дома, которую пока никак не использовали, но планировали делать там зимнюю столовую. Тут тоже стоял большой дубовый