Великий Кузнец - 3 - Анри Олл

на стол передо мной. На пожелтевшей, испещрённой сухими, чёрными буковками странице была нарисована чёрно-белая гравюра. Изображение было схематичным, но узнаваемым: тёмный, бесформенный камень, а внутри него — схематичный взрыв звёздочек и волн, подписанный как «внутренняя люминесценция». Текст под ним гласил:

«Адуларий бездны (лунный камень, слёза сумерек) — минерал, обладающий уникальной способностью аккумулировать и трансформировать свет ночных звёзд, в пассивную магическую энергию, связанную с пространством, сокрытием, иллюзией и тишиной. Отличается абсолютной чёрной окраской в обычном свете, с внутренним, тусклым сине-фиолетовым свечением, проявляющимся при затемнении.»

«Встречался исключительно в руслах рек (преимущественно подземных) и на дне глубоких озёр в осколках и местах, где существенно влияние бездны, в аномальных зонах. Считается, что формируется под воздействием специфических эманаций бездны, фильтрующихся сквозь толщу породы и воды и преобразующихся в материальную форму.»

«Особенности: 1. Капризен в обработке. Механическое воздействие (резка, полировка) высоким риском вызывает полную потерю внутренней структуры и магических свойств, превращая камень в обычный угольный шлак. 2. Нестабилен в чистом виде. Со временем, если не помещён в соответствующий „замкнутый“ артефакт или не находится в условиях постоянного контакта с подходящей магической средой (например, в потоке воды, несущей отголоски бездны), его внутренняя энергия рассеивается, свечение тускнеет, и камень становится инертным. 3. В прошлом высоко ценился мастерами иллюзий, ворами, разведчиками, создателями скрытых убежищ за способность создавать артефакты невидимости, маскировки, бесшумного движения, а также усиливать магию пространства (порталы, карманные измерения). Именно из них делались в древности стабильные пространственные кольца 4. В последние два столетия новые месторождения не обнаружены. Существуют небольшие запасы в коллекциях могущественных магов и королевских сокровищницах. 5. В современности осталось очень мало пространственных магов, что способны работать с этим минералом, не испортив его, кроме того, его добыча в условиях за монолитами крайне опасна…»

Я прочёл текст, чувствуя, как холодная волна понимания разливается по спине.

— Камень, описанный тут, — медленно произнёс я, — почти полностью соответствует тому, что у меня есть. Но у меня есть еще предметы, где он уже вставлен в металл. И… он работает, пускай и не так, как тут описано.

Я размотал бронзовую проволоку с рукояти моего меча, показав старику тот самый камень.

Элиас посмотрел на меня, и в его глазах зажегся тот самый огонь настоящего учёного, смешанный с оттенком… зависти? Нет, скорее, азарта первооткрывателя.

— Работает? — Он едва слышно выдохнул. — Яр, ты понимаешь, что это значит? Если ты смог не только найти, но и стабилизировать его в артефакте, пусть даже самом простом… Это переворачивает все представления о минералогии и, возможно, о взаимодействии с бездной.

— Смог — это громко сказано, — честно признался я. — Я просто нашёл его в реке, и он привлёк моё внимание. И потом, он пускай и не был мной испорчен (хотя и сопротивлялся зачарованную), однако явно выполняет теперь не свои основные функции.

Элиас замер, его мозг явно перемалывал эту информацию.

— Взаимодействие напрямую? Через волю? Без сложных ритуалов стабилизации? — Он провёл рукой по волосам, растрёпывая их ещё сильнее. — Это ещё более удивительно. Значит, либо этот конкретный камень был невероятно стабильным, либо твой метод работы с магией имеет неожиданные ответвления в других школах…

В эту секунду у нас была полная тишина. Даже Сергей на своём посту у двери, казалось, затаил дыхание. Я уж не стал добавлять, что один из этих камней вставлен в рукоять моего огненного меча.

— Яр, — сказал Элиас с необычной для него серьёзностью. — У меня есть к тебе ещё одно предложение, более… личное, чем публикация трактата.

Он подошёл к полке, с которой взял книгу, и ещё раз запустил в неё руку. На этот раз он достал не книгу, а небольшой кожаный чехол, потёртый, но крепкий. Развязал шнурок и высыпал на стол содержимое.

Это были просто камни или то, что от них осталось. Пять-шесть кусочков, не больше ногтя мизинца каждый, неправильной формы, шершавых, тускло-серых, почти чёрных. Но когда я пригляделся, в глубине одного из них, под определённым углом, мелькнул слабый, умирающий отсвет синевы, как последняя искра в потухающем костре.

— Это всё, что осталось от моего… очередного хобби, — сказал Элиас тихо. — Я пытался изучать черный адуларий бездны десятки лет назад, когда был моложе и амбициознее. Мне удалось через посредников найти и купить несколько крошечных обломков. Я пытался их стабилизировать с помощью классических методов: магических кругов, заклинаний сохранения, помещал их в соли магния и лазурита… Всё было тщетно. Они рассыпались в пыль, теряли свечение. Эти — последние. Они уже почти мертвы. Но в них ещё есть слабый отзвук магии.

Он указал на них длинным, костлявым пальцем.

— Возьми их. Это безвозмездно. Я не смог их оживить и применеть. Но ты… ты, возможно, можешь. Это может стать очередным ключом к более глубокому пониманию мира. Если ты сможешь понять, как работает этот камень, возможно, ты сможешь… Ты знал, что скорее всего порталы между мирами-осколками работают благодаря ним или чему-то подобному?

Я смотрел на эти серые крошки на столе. Они выглядели беспомощными и умирающими, но в них всё ещё был отголосок того самого загадочного свечения, что манило меня с первого дня.

— Спасибо Элиас, — сказал я, осторожно собирая осколки обратно в чехол. — Я попробую.

Элиас Зольник кивнул, и в его глазах вновь появилось то, с чего началась наша встреча: усталая, но живая мудрость.

— Так вот, — он вернулся к своему креслу. — Книга по минералогии… «Симфония камней» у тебя уже есть, это лучшее из относительно широкодоступного. Но если нужны именно редкие и забытые минералы, то… да, возьми эту. — Он потянулся к той самой книге, которую только что показывал, «Трактат о нестабильных и забытых минералах». — Это копия, не оригинал. Можешь держать её столько, сколько потребуется. Надеюсь, она поможет. Но помни: с этими камнями шутки плохи. Особое внимание удели разделу о предосторожностях. «Дети ночи» и остальные нестабильные минералы могут преподнести сюрпризы, и далеко не все они будут приятными.

Я бережно взял книгу. Три века знаний о том, что мир почти забыл.

— Большое спасибо. — Повторил я свои слова благодарности ещё раз. — Я буду осторожен.

Он махнул рукой.

— Не за что. Это я должен вас благодарить. Вы вдохнули жизнь в старые кости. Это… взаимовыгодный обмен. Ты даёшь мне надежду на переворот в пиромантии и магии в целом, я даю