Фантастика 2026-32 - Евгений Александрович Белогорский

знойных песков, они обнаружили только одну дорогу, вымощенную потрескавшимися от времени плитами, о чем было немедленно доложено Неарху. Он долго размышлял над столь неожиданной находкой, однако не рискнул отправить вглубь пустыни людей, боясь потерять время, а с ним и драгоценную воду.

  И вновь безжизненный берег заструился вдоль левого борта его флагмана, принимая на себя жар нескончаемой пустыни, грозившей морякам ужасной смертью от жажды. Неарх со страхом и внутренним содроганием дважды в день измерял запасы воды на корабле, и  каждый вечер, засыпал с надеждой, что завтра им повезет.

  Весь запас провианта составлял из фиников и сухарей, которые моряки тщательно укрывали от морской воды в специальном бочонке. Некоторое подспорье морякам составляли морские обитатели моря, которые в большом количестве обитали в этих водах и подплывали так близко к судам, что предприимчивые мореходы стали бить их баграми и еще живыми затаскивать на корабль. Свежее мясо животных придавало людям бодрость, но только на время, неудержимо снижающиеся запасы воды сводили на нет, все радости морской жизни.

  Однако больше всего измученных моряков потрясло появление в один из жарких дней плавания второго солнца на небе. Оно появилось внезапно, моментально повергнув всех моряков в священный трепет. Гребцы бросили весла, и корабли некоторое время дрейфовали по океанскому простору предоставленные воле волн. Так продолжалось до тех пор, пока не пришедший в себя наварх, гневным голосом призвал боцмана восстановить порядок среди гребцов. Только после сильных  тычков и ударов гребцы пришли в себя и стали грести, с опаской поглядывая через плечо на солнечного двойника, находившегося в противоположной стороне от дневного светила. Многие из моряков готовились к смерти, расценив этот знак, как предупреждение от бессмертных богов и Неарху стоило огромных трудов убедить мореходов в благоприятности этого явления и плыть дальше.

  Судьба вновь улыбнулась путешественникам, когда до полного истощения запаса воды осталось всего два дня. С мачты корабля дозорные увидали большую реку плавно и величаво выносившую свои живительные воды на просторы океана. С огромной радостью моряки сошли на сушу с одним единственным желанием досыта напиться. Здесь они встретили новую расу, сильно отличавшуюся от той, что они встречали ранее. Цвет кожи местных аборигенов был желто бурым, и костистый нос сильно отличался от уже ставшего для моряков привычным приплюснутого носа негров. Волосы на голове были редкими и завивались мелкими колечками подобно шерсти баранов.

  Желтокожие люди издавали щелкающие звуки, что разительно отличалось от речи жителей джунглей возле реки с каменными столбами. Создавалось впечатление, что аборигены заикаются, произнося приветственные слова. В отличие от негров джунглей, они занимались скотоводством, активно разводя буйволов и других животных себе на пропитание. Заики безвозмездно угостили белокожих гостей молоком своего скота, и этот напиток показался для моряков Неарха божественным, после их длительного скитания по морю. Они жили в круглых деревнях и ветхих жилищах обмазанных сверху глиной, что было очень необычным для македонцев.

  Неарх еще бы долго мог наслаждаться гостеприимством заик, но два его корабля требовали скорого ремонта, а в дельте реки не было необходимых условий. Поэтому после трех дней отдыха, наварх решил сниматься с якоря и плыть дальше. Потеря флота сделала  Неарха очень осторожным при контакте с аборигенами, поскольку их численный перевес стал очень ощутимым для македонцев.

  Еще два раза приближались корабли к океанскому побережью и всякий раз они встречали желтокожих заик, которых потрясало явление из моря людей с белым цветом кожи и блеск их железного оружия. Благополучно получив провиант, мореходы в спешке покидали берег и уходили в свое бесконечное плавание.

  Так плывя в видимости береговой линии, моряки открыли ее новый поворот на восток и вместе с этим прекрасную бухту, не только с двух сторон укрытую от океана, но и отгороженную от всего материка большой горой. Вид этой горы был столь необычен, что  он немедленно был приписан деятельности богов. Ведь никто кроме них не мог столь аккуратно срезать верхушку могучей горы, оставив от нее лишь один остов. Он был ровный подобно гигантскому столу или кирпичу, так равен был его верх, прекрасно просматривающийся со стоны моря.

  Именно в этой бухте Неарх смог спокойно провести ремонт своих судов, благо подручного материала было, хоть отбавляй. Все склоны столь удивительной горы были покрыты густыми зарослями леса. Местных жителей здесь было мало и поэтому Неарх, без боязни разрешил почти всей команде съехать на берег и построить временный лагерь. Истосковавшись по суше, моряки с радостью занялись ремонтов своих судов, довольные возможностью вновь побыть на твердой земле. Корабли крепчали от людских забот, обретали вторую молодость и готовились в скорое время отплыть на восток ради исполнения воли великого Александра.

  Сам же великий государь, покоритель Ойкумены и Потрясатель Вселенной плыл строго на север в составе малой эскадры вместе с верным Гегелохом и египтянином. На всем своем пути македонская флотилия не потревожили ужасные бури и ураганы, которые прежде страшным серпом собрали дань великому Посейдону. Численность кораблей царя сильно уменьшилась, поскольку, покидая острова Блаженства, Александр оставил большую часть своих судов стратегу Деметрию, на которого он возложил титул правителя этих мест. Всего пять кораблей оставил себе божественный Александр, решив, что этого числа судов ему вполне хватит, что бы достигнуть устья Ганга, как ему обещали индийские купцы и вездесущий Нефтех.

  Более полно изучая Суматру, царь совершил плавание вдоль всего побережья этого огромного острова. Малайцы не сразу признали над собой новую власть белого человека и поэтому, во время остановки македонского флота в дельте реки Хару царю пришлось с помощью солдат приводить к покорности жителей второго города Суматры Лангасы.

  Когда гоплиты, сойдя с кораблей, только приблизились к стенам города, недовольные появлением незнакомцев малайцы обрушили на них поток гневной брани, а в головы воинов из сбежавшейся толпы полетели всевозможные объедки, камни, палки и прочий мусор включая дохлых кошек. Покоритель Ойкумены решил незамедлительно продемонстрировать жителям Лангасы, что подобное поведение в отношении его воинов недопустимо и чревато последствиями. Монарх, надежно прикрытый щитами своих оруженосцев, громко отдал команду и, воины, обнажив клинки и поддержанные дротиками пельтасков, ринулись на безоружных людей, безжалостно уничтожая любого, кто только оказывался на их пути.

  Более трехсот человек было перебито возле городских ворот ради вразумления малайцев. Напуганная толпа моментально снесла охрану ворот, и македонцы без труда проникли в город. Царь строго настрого запретил гоплитам грабить город, и грозно звеня доспехами, солдаты вышли на главную площадь, где в