Майор. Назад в СССР. Книга 16. Часть 1 - Максим Гаусс

— Я-то понял. Но ничего не получится. Они спросят про Горина, — ответил он, тяжело дыша.

— Чушь! — отмахнулся я. — Горин никто, расходный материал, которым Беркутов просто прикрылся. Пилоту по факту все равно, кого эвакуировать. Тем более, твой статус намного выше. Сообщишь, кто Горин погиб, а вам нужна эвакуация, потому что… Ну, скажем, что реактор на объекте нестабилен и может произойти авария.

Свинцов нахмурился.

— Ты сумасшедший, Громов. Всегда ходишь по краю… Они не поверят!

— Возможно, — ответил я. — Но они поверят, просто потому, что ты один из организаторов всего этого. Пойми ты, все просто. Ты либо будешь делать, что я сказал, либо я просто пристрелю тебя здесь и сам выйду сначала на экипаж вертолета, а потом и на Беркутова. Я найду способ, так как всегда добиваюсь своего. Однако заметь, у тебя еще есть шанс остаться живым и выйти из этой истории как нейтральная сторона. Пока еще я на многое могу закрыть глаза, по большому счету. Но времени мало. Думай.

Около сорока секунд он размышлял, взвешивал все за и против. Затем Свинцов все-таки взял рацию, дрожащими пальцами настроил нужную частоту. Нажал кнопку вызова.

— Чайка, я Буревестник. Прием.

Шипение. Потом голос — спокойный, деловой.

— Вас слышу, Буревестник. Это Чайка. Прием.

— Операция завершена. Есть потери, но задание выполнено. Есть угроза взрыва, нужна срочная эвакуация. Поднимайте вертушку и живо сюда!

— Понял вас, Буревестник. Поднимаемся в воздух. Время ожидания — пять-семь минут.

— Принял. Отбой.

Связь оборвалась. Свинцов опустил рацию.

— Они прилетят, — негромко сказал он. — Пилот проинструктирован. Но они доставят нас только на остров Хейдса, дальше машина не полетит.

— Дальше нам и не нужно, — ответил я. — Там экспедиционный корабль, на якоре.

Собрав все необходимое, мы вышли из бункера. Холод ударил в лицо, но ветер то стихал, то возобновлялся снова. Небо было темно-серым, почти черным, хотя на горизонте уже брезжила бледная полоса — полярный день, хотя и короткий, давал о себе знать. Мы двинулись к вертолету, ведя за собой связанного Свинцова. Козырев и врач несли рюкзаки, тяжелый чемодан и помогали ковыляющему рядом Морозову.

Вертолет Ми-8 уже стоял на льду примерно в сотне метрах от бункера на достаточно ровной площадке, защищенной от ветра торосами. Неущий винт еще был в движении, хотя двигателя заглушили. Пилот — молодой парень в утепленном летном комбинезоне — увидел нас, выбрался наружу. Второй пилот остался в салоне.

— Ну, чего встали! Или вам особое приглашение нужно?

Мы быстро добрались до вертушки. Не было тут никакой засады, никто нас не пытался арестовать. Мы погрузили раненого, связанного Свинцова завели последним. Я занял место рядом с ним, держа в поле зрения.

— А что происходит? — спросил второй пилот, глядя на Свинцова. — Вы кто?

— Все в порядке. Я капитан Громов, Вооруженные Силы СССР. Просто этот человек плохо себя вел, пришлось принимать крайние меры. Летим к острову Хейса. Как понял?

— Да без проблем. Мне все равно, куда и с кем.

Взлетели как по инструкции — погода тоже благоволила. Внизу проплывали льды, торосы, черные скалы других островков. Через пару минут справа показалось темно-желтое пятно — второе судно на воздушной подушке, то самое, на котором сбежали Бауманов и Осипов. Оно стояло вмёрзшее в лед, брошенное. Света не было, признаков жизни тоже. Для меня оставалось загадкой, куда же делся напарник Бауманова, Осипов?

Ми-8 пролетел неподалеку от судна на небольшой высоте, метров в двадцать. Я убедился — это то самое судно, судя по характерному желтому цвету. Вот только почему оно здесь, да еще и брошено⁈

Бауманов остался в бункере, теперь уже навсегда. А Осипов мог быть где угодно — узнать о его судьбе было не у кого. Да и какая мне разница? Он, как и те наемники, сам выбрал эту дорогу.

— Летим на остров Хейса, — сказал я пилоту. — Нечего зря время терять. На связь с базой полярников не выходить. Соблюдай режим тишины.

— Хорошо, но нужно сделать небольшой крюк, — ответил он, бросив взгляд на штурманскую карту. — На восток, ближе к морю. Зайти оттуда, так порывы ветра будут меньше. Так безопаснее, да и лишний шум ни к чему.

Прошло минут десять. Вертолет и впрямб сделал небольшой крюк, затем спокойно сел на лед в двухстах метрах от базы полярников. Солнце только-только показалось над горизонтом, светило совсем тускло, но давало достаточно света, чтобы разглядеть строения — несколько домиков, ангары из гофрированного железа, вышку связи, снегоходы, занесенные снегом. Над центральным зданием развевался флаг СССР. На крыше рядом я заметил антенны — мощные, военные. Моя догадка подтвердилась, глушили отсюда. Ага, мы уже ближе к цели. Но кто?

— Много людей на базе? — спросил я у пилота.

— Штат — вроде бы, десять человек. Все полярники, которые зимуют здесь уже не первую неделю. Еще переменный состав. Всего четырнадцать человек, больше не предусмотрено.

— Вооружены?

— Не знаю. Но охотничьи карабины наверняка есть. На тот случай если белый медведь прорвется или решит сделать что-нибудь необдуманное. Боевого оружия там точно нет.

— Хорошо!

Когда двигатели встали, я вышел из вертолета первым. Автомат висел на плече, но я держал его стволом вниз, чтобы никого не провоцировать лишний раз и не создавать нервную обстановку. За мной вышли врач и Козырев. Свинцова пока что оставили внутри под присмотром экипажа и Морозова.

— Держитесь рядом, — сказал я своим, глядя на главный вход. — Не суетитесь. И вообще, держитесь естественно. Идем к начальнику базы, поговорим. Оценим обстановку здесь. Очень велика вероятность, что здесь есть человек Беркутова.

Мы прошли метров сто, пользуйся прокопанными дорожками. Нас уже заметили. Из домика вышли двое в меховых комбинезонах, с карабинами в руках. За ними третий, в красной куртке. Я поднял руку.

— Капитан Громов, ВС СССР. Экспедиция с острова Рудольфа, старшим у нас был Сухов. Случилось непредвиденное. Мне нужно срочно связаться с материком.

Они переглянулись. Один, пожилой, с седой бородой, сделал шаг вперед, навел на меня ствол карабина.

— Это исключено. У нас указание арестовать вас. До выяснения обстоятельств.

— О, как! Это еще почему? — спросил я.

— Мне не сообщили. Просто выполните мое указание и никто не пострадает. Хорошо?

— Громова арестовать! — вдруг послышался голос того, что был в красной куртке. У него тоже был карабин в руках.

Я узнал этого человека — видел его тут раньше, еще когда наша экспедиция только-только покинула остров на двух