Bраг Империи - Максим Шторм

— Никто из вас, чародеев, даже не понял, что она стоит за этим чертовым деревом! — фыркнул Леонид. — Со всем уважением к вам и вашим коллегам, Ваше Магичество.

Воронцов возмущённо засопел, но крыть ему было нечем. Природа иномирной магии Верховной Ведьмы простиралась далеко за пределы их понимания.

— Сегодня же отправляемся обратно в Новоград, — помассировав виски, произнёс Император. — Немедля и не задерживаясь в Кромлехе более ни часу. Отправить срочное сообщение по магической почте Светлому Князю. Пусть созывает Большой Совет всех Великих Дворянских домов.

Леонид, настороженно переглянувшись с Воронцовым, громко переспросил:

— Большой Совет, Ваше Величество? Что тут обсуждать? И о чем голосовать? Своей монаршей волей…

— Именно! — неожиданно резко и грубо рыкнул Константин. — Именно своей монаршей волей, Леонид, я приказываю собрать Большой Совет. Грядут большие перемены. А времени у нас, как выяснилось, ещё меньше, чем мы думали. Ковен первым начал форсировать события. И я более не собираюсь скрывать состоявшуюся встречу с Вальпургией. Наши Великие дома обязаны обо всем знать. И мы сообща решим, как поступить. Не все так просто, не все…

Рокоссовский обескураженно поджал губы и проглотил готовые сорваться слова. Неужели Император всерьёз рассматривает возможность вынесения на голосование чудовищного предложения Вальпургии? Неужели опасается, что им не выстоять в возможной Второй войне⁈.

* * *

— Роман, у них мой старший сын! Мой наследник! И ты всерьёз считаешь, что я это так оставлю⁈. Ты что, будешь оправдывать бунтовщиков и изменников⁈ Когда о случившемся узнает Император…

Ничем не выдавая своего раздражения, хотя от громких воплей главы дома Рыковых у престарелого князя уже шумело в ушах, Рокоссовский спокойно сказал:

— Император уже на пути в Столицу. И превым же делом будет уведомлен о том, что произошло в Лютограде. Меня более волнует другое… Как ты узнал про арест своего сына едва ли не раньше меня, Дмитрий?

Выдохнув, Дмитрий Рыков, глава семьи и один из двенадцати Великих аристократов Империи разгневанно покосился на молчаливо стоящего возле окна княжеского рабочего кабинета графа Властимира Перумова и, понизив тон, пророкотал:

— У тебя свои способы, у меня свои, Роман. Птичка на хвосте принесла. Горячие новости, они, знаешь ли, обжигают руки и разносятся быстро. Если ты ничего не хочешь делать или как-то повлиять на этих зарвавшихся северян во главе с вконец озверевшим и потерявшим всякий разум Кречетом, я лично добьюсь аудиенции Императора! Но положу конец этому преступному произволу!.. Что вообще происходит? Буквально в течение суток я слышу одну противоречивую информацию за другой. Сначала нам сообщают, что расплодившиеся в Цитадели Тринадцатой Стражи изменники убили графа Кулагина, затем, буквально на следующий день, происходит вообще непонятная чертовщина и звучит совсем другая версия! Согласно которой предателями оказываются так же убитый магистр Врочек и мой сын! Мой сын, Роман!..

Рокоссовский, спрятав зловещую улыбку, участливо проговорил:

— Как отец я тебя прекрасно понимаю. Но против твоего сына выдвинуты чересчур серьёзные обвинения. Во всем следует разобраться. И не переживай, у тебя появится возможность высказать все и даже больше. Я получил срочную депешу о созыве Большого дворянского Совета.

Рыков, высокий, представительного вида мужчина с баронской цепью на шее, одетый в длиннополый камзол, с ёжиком коротких седых волос на голове, но вместе с тем отлично выглядящий для своих пятидесяти лет, недоуменно спросил:

— Большой Совет? Государю уже известно о бунте в Лютограде?

Отвернувшись от окна, Перумов, на пару с Рыковым пришедший десять минут назад в качестве дружеской поддержки в кабинет Рокоссовского, с едва промелькнувшими в глазах странными искорками, досадливо поморщился:

— Дмитрий, не городи ерунды! Разумеется, нашему властителю пока ничего не известно о, как ты выразился, бунте на Северном Фронтире. Бунт… Чересчур громкое слово. Лучше прибеги его для личного разговора с царем. Думаю, что государь хочет обсудить нечто гораздо более важное, чем арест твоего сына. Я прав, Роман?

Задохнувшись от негодования, Рыков, тем не менее, счел за лучшее замолчать и с любопытством уставился на князя, ожидая пояснений.

Рокоссовский обвел своих незваных ранних гостей глазами цвета холодного осеннего неба. Замерший подле двери неподвижной статуей верный Валентин, казалось, безучастно смотрел куда-то вдаль.

— Я получил письмо из Кромлеха еще вчера вечером. Как только Государь с Верховным Магистром вернутся в Столицу, сразу же будет открыт Большой Совет. Придя ко мне, вы несколько опередили события. Я не знаю точных причин, но уверен в одном. От всех нас потребуются самые взвешенные и трезвые решения.

Барон Дмитрий Рыков, хмыкнув, демонстративно изогнул бровь. Перумов же, пользуясь тем, что Светлый Князь вступил в зрительную дуэль с Рыковым, позволил себе скупую довольную улыбку. Разумеется, ему было прекрасно известно, что будет стоять на повестке этого внезапного заседания…

Глава 23

Приграничная лесная полоса погрузилась в зловещую зыбкую тишину. Ночь камнем упала на поникшие деревья. Густые тени превратили траву и кустарники в сплошное чернильное покрывало. Ветер стих. Как стихли и все звуки. Лес замер, опасливо поглядывая на выкатившуюся в эту невероятно ясную звёздную ночь надкушенную горбушку серебристой луны.

На несколько миль вокруг ни один лесной зверь ни рисковал высунуть нос ради традиционной ночной прогулки из своей норы, а полуночные птахи и летучие мыши настороженно замерли в гнёздах и дуплах. Все живое почуяло, что в лес пришло зло. Страшное, неумолимое, не имеющее никакого отношения к этому миру.

Вальпургия, распрощавшись с императорской делегацией, вовсе не помчалась обратно по заброшенному тракту в сторону погибшего Старограда. Конечно нет. Верховная Ведьма Ковена ещё не завершила все насущные дела на грешной земле людей. И она никуда не торопилась.

Оставшись в лесу, углубившись в сумрачную чащобу, она заняла заранее оговорённое место и стала ждать. Безразличные ко всему живому, мерцающие высоко в иссиня-чёрном небе бездушные мёртвые звёзды показывали ей время. Верховная не спешила.

Ведьма, неслышно плывя над густой, мокрой от ночной росы, травой, остановившись в центре небольшой прогалины, опустилась босыми ногами на землю. Тонкие изящные ступни погрузились в холодную влажную траву. Ведьма одним движением сбросила плащ.

Лунное марево обняло ее роскошную, порожающую воображение фигуру. Высокая, стройная, с длинными сильными ногами и осинной талией Вальпургия приковала бы восхищённые мужские взгяды на любом балу. Обнажённая атласная кожа купалась в свете звёзд и луны. Широкие округлые бёдра, упругие пышные ягодицы, большая, налитая грудь с крупными темными сосками, моментально затвердевшими на холодном воздухе. Грива длинных волнистых черных волос упала на спину.

Лицо Вальпургии казалось выточенным из самого дорогого, не имеющего изъяна мрамора. Бледное, с идеальными чертами