Пустотник - Данил Коган

Я же, сразу повесив пращу на крючок на поясе, наклонился за боевым молотом. Времени на второй бросок просто не осталось.

Когда я разогнулся, двое бандитов были уже метрах в трёх от меня. Остальные четверо карабкались справа и слева.

Герт же, послав своих людей на убой, сам рванул по дну оврага в сторону. Хитрая тварь.

— Ингвар! Один уходит! — крикнул я.

Ингвар выстрелил с колена, вокруг Герта сверкнул щит. А дальше я не смотрел.

Легко уклонившись, я пропустил лезвие копья мимо лица, сделал шаг вперёд, опасно балансируя на краю оврага, и ткнул молотом прямо перед собой.

Копейный наконечник легко вошёл в грудь бандита с ожерельем из пальцев на шее. Пробив кожаный доспех как бумагу, молот упёрся в него.

Бандит булькнул, соскользнул с острия и покатился вниз.

Меня очень неприятно огребло по левой стороне лица древком копья, которое этот упырь пытался вернуть после выпада на возвратном движении.

И в тот же момент мне в бок ударило копьё второго противника. Скользнуло по набивняку. Спасло меня то, что «дядя Диса» (а это был он) бил из неудобного положения.

Я не стал вести дуэль с противником, чьё оружие длиннее моего, и просто отступил на пару шагов от края.

Слева Шайя, ловко прокрутившись вдоль древка копья, полоснула когтями очередного бандита по лицу.

Справа Шор, уже убравший арбалет, срубил копейный наконечник, неуловимым движением подшагнув к противнику. Ударом корпуса он толкнул обезоруженного бандита на его коллегу. Одновременно, выходя из их зоны действия их оружия полупируэтом, располосовал вертикальным ударом третьего от груди до паха. Да уж. Мне до такой манеры боя, как до Пекина раком. Причём от Рубежного.

Диса наконец выпрыгнул через кромку оврага. Он подлетел в воздух почти на два метра. Хорошо, что я не умею застывать с открытым ртом в горячке боя. Было бы время подумать — я бы так и сделал. Это какой-то сверхчемпионский скачок был!

Диса летел на меня сверху, нацелив копьё в центр груди.

Я, привычно скрутив корпус, совершил оборот вокруг себя и долбанул пролетевшему мимо бандиту молотом в середину спины.

Того отшвырнуло метра на три, он несколько раз безвольно кувыркнулся и затих в высокой траве.

Я бросил взгляд налево. Шайя добивала своего противника его же кинжалом.

Направо. Шор широким взмахом меча отделил голову от туловища последнего из атаковавшей его тройки.

Внизу, лицом вниз свисал с мешков давешний арбалетчик, в спине которого проклюнулись два наконечника стрел. На дне оврага корчились раненые стрелами и болтами члены банды. Поражённый кислотным плевком Морта здоровяк затих. Герта, как и его тела, видно не было.

Бой закончился.

Я сдержал рвотные порывы, подступившие к горлу. После первой бойни с людьми я блевал возле трупов как зайчик. Сейчас просто сглотнул ставшую вязкой слюну со вкусом желчи. Привыкаю к этой жести. Никакие подпольные бои не сравнились бы с этой мясорубкой. Поединки, пусть и за гранью спорта, сильно отличаются от подобных массовых побоищ. Не сказать чтобы я в своей жизни видел много разлетающихся на куски голов или выпавших из человека кишок.

— Ингвар. Герт ушёл?

— С моей стрелой в плече, — недовольно ответил охотник. — Сейчас догоню.

— Не нужно. Шер-рочка и Мор-рт отправились за ним, — Шайя облизнула окровавленное лезвие кинжала. — Они спр-равятся.

Я стоял над кучей изувеченных трупов и матерящимися ранеными и не чувствовал триумфа от победы. Скорее некоторое облегчение от того, что всё уже закончилось. И тревожное чувство неопределённости. Каковы будут последствия?

Я встряхнулся. Прорвёмся. Всё правильно сделали, хоть от этой правильности и несёт трупной требухой.

— Шор. Надо принести тела двоих наблюдателей. Нам же нужно собрать трупы в одном месте, Ингвар? Ты обещал помочь всё скрыть, — Ингвар кивнул.

Шор просто убрал арбалет и трусцой двинулся в сторону ближайшего наблюдательного поста. Без возражений и вопросов. Я мысленно перекинул костяшки на счётах — минус пятнадцать серебра за его участие.

— Шайя, — продолжил я отдавать распоряжения, — мне нужен Герт. Живым. Его надо допросить, если твоя ручная монстрятина его ещё не оприходовала.

— Там же Морт. Глянь в ловец, — ответила она. — Бегу!

Шайя скользнула вглубь оврага, я залюбовался её плавными отточенными движениями. И сразу бросилась по следу, оставленному Гертом. Миг — и она превратилась в серую тень, растворившуюся среди зелёных склонов.

Я же, последовав её совету, посмотрел в ловец. Мне для него в караване сшили чехол из грубой, но толстой кожи. Так что я откинул клапан и скомандовал:

— Планше, покажи мне поток «Забытые_сны».

В зеркале замелькали тающие отпечатки ближайших потоков, затем резко проявилось изображение из волшебного глаза Морта. Герт лежал на животе. В плече торчал обломок древка стрелы. Поставив передние лапы ему на спину и сжимая затылок своими челюстями, над ним нависла Шерочка. Дурацкое прозвище, конечно. Это Шерище, блин, целое. Любая попытка бандита пошевелиться приводила к тому, что зверюга слегка сжимала зубы и издавала горловой звук, нечто среднее между шипением ушатанного водопровода и скрипом железа по стеклу. Вся башка бандита была уже в слюне нашего ручного монстра. Так, здесь всё в порядке.

ПЛЕННИК

— Морт! Он живым нужен. Если что, в ноги ему плюнь. Сейчас Шайя подойдёт.

— Поучи меня ещё, как кислотой плюваться, гля чо. Всё под контролем, бить-резать!

* * *

Я закрыл ловца. Посмотрел вокруг. Меня слегка мутило от того, что предстояло сделать. Но эту бойню устроил и организовал я. Так что мне и заканчивать. Что я имею в виду? Раненых надо добить, вот что. У слов «Свидетелей быть не должно» нет двойного толкования. Я это понимал с абсолютной ясностью. И мог бы попросить это сделать Ингвара или любого из своих спутников. Но это было бы трусливым перекладыванием грязной работы на других. Я считал, что должен сделать это своими руками.

— Ингвар, соберёшь с трупов трофеи, которые будут полезны и безопасны для нас? — скорее спросил, чем приказал я.

— Сейчас займусь, паря.

Сам я подошёл к молодчику, уложенному Шайей. Он истекал кровью и уже впал в беспамятство, но ещё дышал. Немного помедлив, я ткнул копейным наконечником молота в область сердца. При моей силе и, учитывая качество оружия, молот снова погрузился в плоть до упора, почти не заметив доспехов. Бандит вздрогнул, издал поскуливание, словно я собаку пнул, и затих. Меня передёрнуло. Но я не дал себе времени на рефлексию. Дойдя до «дяди Дисы» и обнаружив,