Леди озера - Майк Омер

Письмо, мысленно шепчу я лорду. Письмо, которое отправил вам принц Талан. Согласитесь, и все закончится. Вы снова сможете видеть других. Сможете выходить на улицу. Арнеста бросится вам на шею, потому что принц станет к вам благосклонен.

Кахедин в отчаянии и готов на все. Я чувствую, как он тут же сдается. Он согласится с письмом, Талан был прав. В мире снов мой контроль над разумом еще эффективнее. Любая мысль, которую я внедряю в мозг лорда, становится неотъемлемой частью его фантазий, глубоко укореняясь в подсознании. Он не поймет, откуда появилась эта мысль, но не сможет игнорировать растущее желание.

Закончив, я разрываю связь и, учащенно дыша, улыбаюсь Талану. Он вскидывает бровь.

– Пугающе быстро…

Я пожимаю плечами:

– Дело сделано. Давайте убираться отсюда.

– Ладно. Уходим так же, как пришли…

Дворцовая дверь распахивается, и внутрь вваливается толпа голых Арнест, вооруженных пиками. Вместо рыжих волос на их головах извиваются змеи, с острых клыков капает кровь.

– Что вы сделали с моим господином?! – вопит одна из них.

– Черт… – Талан хватает меня за запястье. – Сейчас начнется что-то очень интересное, малышка. Держись поближе ко мне. Я знаю, такие, как ты, очень хрупкие.

У меня перехватывает дыхание.

– Почему? Что происходит?

– Сон стал неустойчивым и превратился в кошмар. И я не знаю, смогу ли его контролировать.

Кошмарные Арнесты врываются в дворцовый зал. Их лица искажены ужасающими гримасами, клыки сверкают. Позади них в воздухе скользят тени и толпятся у двери, загораживая выход. Кахедин у нас за спиной начинает кричать, вся его бравада растворяется, как сахар под дождем.

Талан медленно вздыхает, вид у него слегка встревоженный.

– Вы не можете вытащить нас отсюда? – тихо спрашиваю я.

Он качает головой:

– В кошмаре Кахедина это место – тюрьма. Я могу немного менять логику сновидений, но не нарушать ее. – Его глаза с медными радужками встречаются с моими. – Особенно когда рядом ты…

Змееволосые Арнесты бросаются на нас, Талан закрывает меня собой. Одна из них впивается в принца острыми как бритва ногтями. В его руке появляется меч, и Талан отбивает атаку с плавной непринужденной грацией. Он замахивается и ловко перерезает Арнесте горло. Но на ее месте уже вырастает другая.

Талан переходит в боевой режим, мелькая размытым пятном с невероятной скоростью и неистовой силой. Вращаясь и поворачиваясь, он разит мечом атакующих. В его совершенной, как у всех фейри, пластике есть что-то одновременно зловещее и грациозное.

Позади Арнест извиваются призрачные тени. Их очертания постоянно меняются: то змеи, то чудовища, то громадные хищные птицы.

– Можете дать мне меч? – кричу я Талану.

Я могу помочь, но не могу материализовать собственное оружие.

Принц поворачивается с мрачной улыбкой на губах:

– Моя опасная женушка…

И бросает мне свой меч. Я ловлю его за рукоять и разворачиваюсь, чтобы отразить подбегающую Арнесту. Вонзаю клинок ей в сердце и выдергиваю – с него капает темная кровь. Оборачиваюсь и вижу Талана, который сражается еще с двумя Арнестами. За их спинами маячат тени.

Зал преображается, стены, освещенные факелами, становятся черными как чернила.

Я лихорадочно озираюсь и замечаю другую деревянную дверь. Бегу к ней, дергаю за ручку – она оказывается незапертой.

– Талан, сюда! – зову я.

Он замахивается на одну из теней, рассекает ее пополам, мчится ко мне и захлопывает за нами дверь, оставляя Кахедина и чудовищ с другой стороны.

Мы оказываемся в длинном коридоре. Из-за деревянной двери доносятся вопли Арнест о том, как им нужен Кахедин, и стоны теней.

Принц хватает меня за руку и тащит по освещенному факелами коридору.

– Мне действительно понравилась часть его сна с оргией, хотя это было мрачновато…

Он оборачивается, я тоже: тени преследуют нас. Но, похоже, Талану плевать. Похоже, ему скучно.

– Я думал, они уже поняли…

Его меч превращается в единое стальное пятно. Он разит их, пронзая насквозь.

– Вперед! – кричит он. – Я задержу их. Если успеешь, добежишь до выхода.

– Хотите, чтобы я бросила вас здесь? А если вы попадете в западню?

Мрачный смешок.

– Со мной все будет в порядке. Это мои владения, Ния. А вот насчет тебя не уверен… – Принц отрубает призрачному существу голову, и у монстра вырастают еще две. – Давай, Ния! – командует он.

– Нет. – Я не трогаюсь с места. – Я останусь с вами.

Он сверлит меня своими глазами с медными радужками.

– Ладно. Но ты сейчас ужаснешься, потому что я превращусь в кошмар… – Его голос становится глубже, мрачнее, будто доносится из каких-то древних лесов. Это голос свидетеля смены веков; голос того, кто наблюдал, как времена года и сами годы облетают ему под ноги, словно лепестки боярышника. – Единственный способ выбраться отсюда – стать страшнее, чем сны Кахедина.

– Хорошо, – шепчу я.

Тени дико извиваются вокруг Талана, как разыгравшаяся буря.

Когда он смотрит на меня, его глаза становятся цвета сверкающей меди, и меня охватывает первобытный страх. Смотреть на Талана сейчас – все равно что смотреть на смерть. В мозгу всплывает образ изуродованного тела Вивиан: оно рассыпается в прах, и на его месте вырастают первоцветы с уже увядшими лепестками. В груди поднимается ужас.

Образ Вивиан исчезает. Я снова смотрю на Талана и вся дрожу. И делаю шаг назад. И еще один.

Одежда Талана превращается в рыцарские доспехи в кровавых пятнах. Он словно сошел с картин фейри – забытый бог смерти. Меч удлинился и блестит в тусклом коридорном освещении. Из лезвия вырывается пламя.

– Я принц Талан, Ловец Снов. – В раскатах его голоса слышится низкий резонирующий звук, похожий на карникс[8], от которого все внутри скручивается от ужаса. – Мясник из Бретани, дух мщения, оставляющий за собой только смерть.

Тени пронзительно кричат, охваченные пламенем, клубы дыма стелются по коридору.

– Кахедин! – воркующим голосом зовет Талан. – Ловец Снов пришел за тобой!

Он направляется к двери, я спешу следом. Уцелевшие кошмары бросаются прочь, пытаясь спастись бегством.

Мы возвращаемся в зал, который превратился в темное подземелье. Голая Арнеста размахивает плетью. Когда она бросается на Талана, он пронзает мечом ее грудь, с лезвия стекает кровь и растворяется в воздухе.

Талан медленно поворачивается к вопящему от страха Кахедину и неспешно приближается. Похоже, он наслаждается ужасом лорда, упивается, подпитывается им.

– Где бы ты ни был, я всегда найду тебя, – произносит Талан смертоносным тихим голосом. – Я твой самый страшный кошмар.

– Да… – Кахедин зажмуривается от страха. – Прошу, Ловец Снов… отпустите меня. Я сделаю все,