Эпоха Опустошителя. Том XII. Часть III - Вел Павлов

ТЕБЯ С ПЕРВОГО РАЗА! ПРАВДА, ЧТО БЫ ТЫ ТАМ НИ ВЯКНУЛ, ВДОГОНКУ МОГУ СКАЗАТЬ, ЧТО КРУТИЛ Я ТЕБЯ! ТВОЮ АРХЕЮ! ВЕСЬ ВАШ СБРОД! И ТВОЮ МАТЬ КРОВАВЫХ МИРОВ НА ШПИЛЯХ ХРАМА СОПРИКОСНОВЕНИЯ…

* * *

Где-то на просторах необъятного Астрала…

Уже долгое время обе судьи не сходили с места. Всё их внимание было приковано к столу правителей, а если быть точнее, то к масштабной проекции над ним. Впервые за очень долгое время многие дела в необъятной Вселенной замерли. Замерли из-за того, что творилось в одном из отдалённых миров.

— ПОВТОРИ-КА ЕЩЕ РАЗ, ЧТО ТЫ ТАМ ВЫСРАЛ⁈ ПОВТОРИ, А ТО Я НЕ РАССЛЫШАЛ ТЕБЯ С ПЕРВОГО РАЗА! ПРАВДА, ЧТО БЫ ТЫ ТАМ НИ ВЯКНУЛ, ВДОГОНКУ МОГУ СКАЗАТЬ, ЧТО КРУТИЛ Я ТЕБЯ! ТВОЮ АРХЕЮ! ВЕСЬ ВАШ СБРОД! И ТВОЮ МАТЬ КРОВАВЫХ МИРОВ НА ШПИЛЯХ ХРАМА СОПРИКОСНОВЕНИЯ…

Знал бы черноволосый юноша на проекции, кому сейчас грубил и о ком столь нелестно отзывался, возможно, он был бы более осторожен в выражениях. Вот только Опустошитель миров даже не думал сдерживаться.

Смерть не хотела того признавать, но слова мальчишки нашли некий отклик в глубинах её естества. А ведь после пережитых тысячелетий эмоции и чувства для судей стали роскошью. Можно сказать, что они лишились их очень и очень давно. Практически всегда подобные ей опирались только на голый расчёт и стратегию. Однако среди них имелась та, кто не желала отказываться от величайшего дара смертных.

Мелодичный и заливистый смех звонким ручьём разнёсся по залу правителей.

— Превосходно, малыш. Просто превосходно, — чарующе смеялась Жизнь. — Ох, Архея, я надеюсь, ты это слышишь. Нет, ты обязана это слышать. Да-да, — злорадно добавила судья. — Смотри и слушай, Кровавая порча.

— Весь в своего отца-жизнененавистника, — хмыкнула серьёзно Смерть. — Столь же остёр на язык.

— Весь, да не весь, — загадочно обронила Жизнь, глаза которой в этот миг сияли от восторга. — Давай же, малыш, покажи ей и её регенту, что собой представляет Опустошитель миров и Безграничный. Яви Вечному Ристалищу силу Рассвета нашей Вселенной…

* * *

Из-за навалившегося на бродяжку ужаса и чудовищного страха она потеряла сознание почти сразу после уничтожения Арены Соприкосновения. Вот только кандидат судьи Пламени не могла позволить себе такого удовольствия.

Императрица видела всё от начала и до конца. Видела кровавую порчу Археи. Видела предательство с обеих сторон. Видела смерть оберегов. Она наблюдала за возникшей резней. Наблюдала за падением порождения регента в лице Аббадона. А затем явился и он сам. Их кратковременная стычка с юношей поставила крест на всех смелых догадках императрицы, ведь Опустошитель миров проиграл и… погиб. Погиб после одного движения регента.

— Всё-таки он. Наихудший регент из возможных. Урмейр.

На протяжении нескольких секунд с отсутствующим видом девушка взирала на происходящее. Но затем она разочарованно покачала головой и, отступив на несколько шагов, бережно уложила беспризорницу на землю и укрыла её всевозможными барьерами и щитами.

— Спи, смертное недоразумение, — тихо произнесла та. — А когда проснёшься, то ты застанешь абсолютно иной мир.

Пару мгновений девушка со слабой улыбкой смотрела на сироту, а после, тепло усмехнувшись, резко повернулась к полю боя.

— ВО ИМЯ АРХЕИ! ВО ИМЯ МАТЕРИ КРОВАВЫХ МИРОВ! ВСЕМ СЛОЖИТЬ ОРУЖИЕ! ПРЕКРАТИТЬ СОПРОТИВЛЕНИЕ! ТЕ, КТО ПРОДОЛЖИТ УПОРСТВОВАТЬ — УМРУТ! ВАС, ХРАНИТЕЛИ, — ЭТО КАСАЕТСЯ В ПЕРВУЮ ОЧЕРЕДЬ…

— Видимо, пора приниматься за дело.

Сила.

Нет, СИЛА!

СИЛА забурлила в теле уроженки Эосара. Алое пламя заструилось по жилам. Силуэт кандидата начал медленно воспламеняться, обращаясь в огненную плазму. Там, где ступала её нога, оставался лишь пепел.

И когда та вознамерилась полностью обратиться, спокойный и тихий голос заставил её оторопеть.

Отец возвратился.

Отец всё видел.

Он наблюдал за происходящим так же, как и она.

Нет. Не вмешивайся. Жди.

— Ждать? — опешила девушка, а вопрос сам вырвался из её рта. — Чего именно ждать, о великий? Опустошитель мёртв. Хранители вряд ли сумеют совладать с регентом на чужой земле. Если я не вмешаюсь, то он захватит власть и…

Жди! — голос судьи прозвучал громче, твёрже и на порядок суровее. — Сейчас сама всё увидишь. Неужели ты считаешь, что ОНИ обратили бы свой взор на обычную сущность? Как бы я к нему ни относился, но он заслуживает уважения уже за то, что держался так долго.

— Что? — кандидат вновь опешила. — Вы хотите сказать, что он жив и…

Договорить она не успела. Место, где был погребен Опустошитель миров, пришло в неистовое движение. Краем глаза императрица даже сумела рассмотреть странную женщину, что бросилась ему на помощь. Вот только помощь парню не требовалась.

— ПОВТОРИ-КА ЕЩЕ РАЗ, ЧТО ТЫ ТАМ ВЫСРАЛ⁈ ПОВТОРИ, А ТО Я НЕ РАССЛЫШАЛ ТЕБЯ С ПЕРВОГО РАЗА! ПРАВДА, ЧТО БЫ ТЫ ТАМ НИ ВЯКНУЛ, ВДОГОНКУ МОГУ СКАЗАТЬ, ЧТО КРУТИЛ Я ТЕБЯ! ТВОЮ АРХЕЮ! ВЕСЬ ВАШ СБРОД! И ТВОЮ МАТЬ КРОВАВЫХ МИРОВ НА ШПИЛЯХ ХРАМА СОПРИКОСНОВЕНИЯ…

От неожиданности императрица выпучила глаза, брови её устремились вверх, и та чуть не поперхнулась. Трансформация её тотчас сошла на нет и пламя на теле погасло. Впервые на своей памяти она увидела и услышала, как кто-то оскорбляет регента и Матерь Кровавых Миров в столь безалаберной и беспощадной манере.

Даже кандидаты судей не позволяли себе так отзываться об Архее, потому как мощь владык Раздора в какой-то мере была сравнима с силой правителей Рассвета. Так что именно сейчас девушка не могла поверить собственным ушам.

— Искры Эосара! — выдохнула она, а после уважительно опустилась на колено перед эфемерной тенью судьи Пламени. — Простите меня, о великий отец, я была слепа. Более такого не повторится.

Об этом я и говорил. Жди, Иссария! Ты поймёшь, когда потребуется твоё вмешательство…

* * *

— ПОВТОРИ-КА ЕЩЕ РАЗ, ЧТО ТЫ ТАМ ВЫСРАЛ⁈ — заорал я во всё горло, даже не думая сдерживать клокочущие в груди гнев и ярость, а мой голос оглушительным эхом разнесся по пространству. — ПОВТОРИ, А ТО Я НЕ РАССЛЫШАЛ ТЕБЯ С ПЕРВОГО РАЗА! ПРАВДА, ЧТО БЫ ТЫ ТАМ НИ ВЯКНУЛ, ВДОГОНКУ МОГУ СКАЗАТЬ, ЧТО КРУТИЛ Я ТЕБЯ! ТВОЮ АРХЕЮ! ВЕСЬ ВАШ СБРОД! И ТВОЮ МАТЬ КРОВАВЫХ МИРОВ НА ШПИЛЯХ ХРАМА СОПРИКОСНОВЕНИЯ…

— Сынок! — со спины раздался взволнованный голос Бездны. — Ты…

— Ты совсем с ума, что ли, сошла? Или тебе жить надоело⁈ Где Матвей? Как ты вообще здесь очутилась? Забыла,