Инженер. Система против монстров 13 - Сергей Шиленко

Я перешёл в модуль инвентаря. В воздухе над кроватью материализовался плотно свёрнутый старинный пергамент. Взял его в руки и с шелестом развернул.

По пергаменту тут же разлился мягкий свет. Проступили линии и знаки на неизвестном языке, но быстро перестроились в кириллицу. Свечение притухло, оставив после себя какую-то сложную, вычурную конструкцию. Десятки резервуаров, лопасти, магнитные контуры и трубки.

Аня окончательно проснулась. Она приподнялась на локте, нахмурилась, разглядывая свиток, и потёрла глаза.

— Что это за гравицапа? — подозрительно спросила она. — Опять какого-нибудь терминатора собирать будешь?

Перед глазами всплыло системное уведомление:

Создан новый чертёж: «Центрифуга гидрогенизации органических липидов» (Эпоха: Межзвёздная экспансия, Раса: Зул'Тари).

Описание: Автоматизированный комплекс для сепарации и уплотнения органических жиров из питательных смесей биологического происхождения с использованием гравитационных полей.

Чертёж добавлен в вашу базу данных.

Получено опыта: 1000 × 3 = 3000

— Это… — я тяжело вздохнул, глядя на сложнейшую инопланетную конструкцию. — Это инопланетная маслобойка.

Искра замерла на секунду, переваривая услышанное. А затем хрюкнула. Уткнулась лицом мне в плечо и засмеялась в голос, сотрясая кровать.

— Маслобойка! — простонала она сквозь смех. — Повелитель нежити повержен, Москва в руинах, а великий Инженер будет взбивать маслице! Лёша, я требую блинчиков!

— Смейся-смейся, — я смахнул голограмму, и комната снова погрузилась во тьму. — Эта штука работает на чистом рандоме, вообще без учёта моего уровня или земных технологий. Мне мог выпасть чертёж каменного топора неандертальцев, а мог — плазменный двигатель от звездолёта.

— А выпала высокотехнологичная хреновина, чтобы делать сливочное масло из молока каких-нибудь шестиногих коров с Альфы Центавра.

Я обнял Искру, прижимая её к себе, и закрыл глаза.

— Всё. Лут собран. Теперь точно спать. И если мне приснится корова в скафандре — я потребую от Системы компенсацию.

Крепче прижал Искру к себе, чувствуя, как расслабляется её тело. Она уютно засопела, окончательно устраиваясь под боком. Я уткнулся носом в её рыжую макушку. От непослушных прядей пахло чем-то домашним, тёплым.

Мозг окончательно перешёл в энергосберегающий режим, отрубая лишние процессы. Перед тем как сознание провалилось в спасительную темноту, на периферии зрения мигнуло последнее, уже не требующее ответа системное уведомление:

Получен эффект: «Глубокий сон».

Скорость восстановления энергии и маны увеличена на 200 %.

* * *

Ветер с Москвы-реки дул пронизывающий, злой, неся с собой мелкую ледяную крошку и запах стылой воды. Поздняя осень окончательно вступила в права, выкрасив разрушенный город в пятьдесят оттенков серого. Вдоль самого берега образовалась белая ледяная корочка.

Гринпис сидел на потрескавшемся бетонном парапете набережной, обхватив колени руками, и тихо плакал.

Слёзы катились по его покрасневшим от холода щекам и замерзали на подбородке, превращаясь в колючие льдинки. Тонкая куртка, совершенно не предназначенная для постапокалиптических заморозков, не грела, но друид упрямо отказывался возвращаться в лагерь.

Он шмыгнул носом и вытер лицо грязным рукавом. Никто его не понимает. Абсолютно никто. Эта Рейн с её вечно холодным взглядом и кровавой магией — просто садистка. Сильвер — параноик, который сначала ставит ловушку, а потом разбирается, кто в неё попал. А Полкан? Гринпис содрогнулся, вспоминая, как штурмовик пятнадцать минут назад всадил полмагазина из своего АЕК-971 в хромую, облезлую трёхногую собаку-мутанта.

— Она же просто кушать хотела, — прошептал Гринпис, глядя на свинцовую гладь реки. — У неё, может, щенки где-то плакали… Подумаешь, рычала и слюной капала. Это же защитная реакция! Животные напуганы. Бесформенный изменил их, им страшно. Им нужна ласка, а не пули калибра пять-сорок-пять!

И сам апокалипсис — это не конец света, а просто суровый метод лечения планеты. Заслуженный, между прочим! Человечество слишком долго отравляло Землю выхлопными газами, пластиком и ненавистью. Теперь природа очищается. Да, болезненно. Да, с мутациями. Но ведь это всё равно жизнь! Просто приспособившаяся…

Гринпис закрыл глаза и попытался применить свою магию. Потянулся сознанием к земле под бетоном, к холодным водам реки, пытаясь нащупать пульс природы, слиться с ним в гармонии.

— Я здесь, — тихо пропел он, покачиваясь из стороны в сторону. — Я друг. Я не причиню вреда.

Вода у подножия парапета вдруг булькнула.

Гринпис открыл глаза и подался вперёд, с надеждой вглядываясь в мутную глубину. По поверхности пошли концентрические круги. Там, под слоем маслянистой плёнки и плавающего мусора, что-то двигалось. Что-то живое.

Сердце друида радостно забилось. Вот оно! Отклик! Природа услышала его зов! Наверное, это какая-нибудь мутировавшая выдра или крупная рыба. Бедняжка, должно быть, замёрзла или поранилась о ржавую арматуру на дне. Ей нужна помощь ветеринара.

— Выплывай, малыш, — ласково позвал Гринпис, свешиваясь с парапета и протягивая руку к воде. — Не бойся. Я Гринпис. Я тебя вылечу.

Вода вскипела.

Из свинцовой глубины с хлюпаньем вырвалось нечто. Оно совершенно не походило на выдру. Толстый, толщиной с пожарный рукав, склизкий стебель с торчащими во все стороны мутовками игольчатых листьев. Светло-зелёный, с гнилостными фиолетовыми прожилками.

Стебель взметнулся вверх, как атакующая кобра, и с влажным шлепком обвился вокруг лодыжки Гринписа.

— Ой! — только и успел пискнуть друид.

Рывок был такой силы, что Гринпис слетел с парапета и больно ударился подбородком о бетонный край, едва не рухнув в ледяную воду. Пушистый стебель дёрнул снова, подтаскивая добычу ближе к реке.

Система услужливо сообщила:

Мутировавший Речной Роголистник — Уровень 8

— Тише, тише, хорошенький мой! — в панике залепетал Гринпис, вцепляясь побелевшими пальцами в арматурину, торчащую из бетона. — Тебе просто не хватает азота в почве, да? Я понимаю! Мы можем это обсудить!

Стебель не хотел ничего обсуждать. Он хотел кушать, а потому дёрнул сильнее.

— А-а-а! — закричал пацифист, суча свободной ногой. — Отпусти! Больно же! Я ветеринар! Я свой!

Из воды показался второй росток. Он слепо пошарил в воздухе, словно принюхиваясь, и устремился к шее друида.

В этот момент до Гринписа, сквозь боль, слёзы и идеалистический туман в голове, начала доходить жестокая истина нового мира. Природа действительно очистилась. И теперь эта самая природа, в лице плотоядного салата восьмого уровня, собирается очистить набережную от одного наивного друида, пустив его на удобрения.

— Помогите! — истошно завопил Гринпис. — Рейн! Сильвер! Полкан! Пристрелите этот чёртов сорняк!!!

Глава 15

Завтрак с пришельцем

Зуур-Таллан вздохнул так, будто на его плечи взвалили все четыре луны его родной планеты. Он с нескрываемым отвращением к процессу передвинул чёрную шашку верхней правой рукой. Верхняя левая подпирала узкую скуластую голову. Нижняя правая вяло ковыряла ложкой перловую кашу в алюминиевой миске. Четвёртая рука безвольно висела вдоль туловища.

— … а я