Киноманьяк 3 - Наиль Эдуардович Выборнов

— Напомню вам, что мисс Питманн на прошлой неделе уволилась. Наверное, потому что вы с сестрой приклеили к полу ее туфли, но не уверен, что между этими двумя явлениями есть связь.

— Мы и твои туфли к полу приклеим!

— Я ходил босиком по джунглям Вьетнама. Уж по Беверли-Хиллз смогу походить.

— Достаточно, — сказала Джейн, и ее голос мгновенно вернулся к обычному тону. — Что ж, Клейтон, роль ваша.

Я посмотрел на нее неверящим взглядом.

— Что, так просто?

— Ее придется немного переписать, конечно, с учетом этой вашей находки, но… Должно получиться хорошо. Сейчас спустимся вниз и подпишем контракт. Пилот начинаем снимать на следующей неделе.

Я стоял несколько секунд и просто молчал, не в силах поверить в происходящее.

— Спасибо… — только и вырвалось у меня.

— Не благодарите, — проговорила Джейн. — Благодарить будете, если сериал протянет хотя бы сезон. А, и еще один момент. Скажите, вы уже вступили в гильдию актеров?

Ну вот, приехали. Почему я заранее об этом не подумал?

— Нет. Это проблема?

— Зависит от того, применялся ли в отношении вас закон Тафта-Хартли.

Между нами повисло неловкое молчание.

— Если честно, я не понимаю, о чем вы говорите, — признался я.

Джейн выдохнула.

— Вы раньше не работали со студиями, не так ли?

— Нет. Я снимался только в независимом кино.

— В общем, наша студия нанимает только тех актеров, которые состоят в гильдии. Но закон позволяет нанять актера вне гильдии. Этим правом вы можете воспользоваться единожды.

— То есть… это не проблема?

— Да, это не проблема. Но нам придется направить письмо в гильдию, а вам — вступить в нее. На это отводится тридцать дней. Время пойдет, как только мы начнем снимать первую серию с вашим участием. Так что советую вам поторопиться.

— А не то что? — спросил я из чистого любопытства.

— Вам лучше не знать…

Глава 17

«Богатые сестрички»

Производство началось почти сразу же, как закончились пробы, буквально на той же неделе. При этом было видно, что бюджет сериала совсем небольшой: ни одного более-менее известного лица в касте я не увидел. Подозреваю, что в моей реальности этот ситком не ушел дальше пилота.

Снимали мы не в особняке, а на студийном павильоне. Туда закупили мебель, которая выглядела дорого, но на самом деле такой вовсе не являлась. Там даже садик небольшой разбили из искусственных растений, куда вела стеклянная стена. Зато съемочная команда оказалась весьма большой, несколько сценаристов, операторы, режиссеры, куча камер и прочего оборудования, правильно выставленный свет и все такое. На площадке у меня моментально возникло ощущение, что я попал в по-настоящему профессиональную среду. Все, чем я занимался до этого, было любительской самодеятельностью, несмотря на все наши старания.

На пилотную серию ушло несколько дней. Играли мы фактически втроем — две молодые девчонки, настоящие сестры, Уитни и Пейдж Андерсон, при этом удивительно непохожие друг на друга. Но между ними на экране была настоящая химия, и это радовало. Как я понял, киношкол они не заканчивали. В сериал сестрички попали из индустрии моды, до этого они снимались в рекламе одежды, выходили на подиумы, фотографировались для глянцевых изданий. И в какой-то момент заинтересовали продюсеров.

Пилотная серия была достаточно забавной. Я вошел в помещение, когда героини Уитни и Пейдж сидели за столом, и одна из них читала модный журнал, а вторая ела грейпфрут, причем ложкой. Они демонстративно меня не заметили.

— Доброе утро, — проговорил я.

— Кофе кончился, — ответила Уитни, даже не подняв взгляд на меня. — Нужно сказать отцу, чтобы купил. Только он в этом городе знает, где достать хороший кофе.

— Мисс Мишель, ваш отец сегодня ночью выехал в Цюрих.

— Хорошо… — лениво ответила она.

Я сделал паузу и продолжил:

— Он уехал насовсем.

— Хорошо, — ответила она, все так же не отрываясь от журнала.

— Сегодня вечером ужин у Ловеттов, — сказала Пейдж и скорчила лицо из-за кислого грейпфрута. — Папа ненавидит Ловеттов. Но, конечно, сбежать от них в Швейцарию… Такого я не ожидала. А когда он вернется?

— Он не вернется, мисс Хиллари.

И только сейчас они обе подняли на меня взгляд.

— Он уехал туда насовсем? — спросила «мисс Хиллари», то есть Пейдж.

— Да.

— А почему?

— Мне не полагается это обсуждать, — я покачал головой и приосанился.

— Но он нам ничего не сказал…

— Пожалуй, он решил, что не стоит отвлекать вас от важных дел.

— Джейк…. — протянула «мисс Мишель», то есть Уитни. — Ну скажите, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста…

Она сложила перед собой ладони и получилось совсем неплохо.

— Нет, — я скрестил руки на груди. — Мне не положено.

— Пожалуйста, пожалуйста!.. — продолжила Уитни.

— Нет.

— Ну пожалуйста, пожалуйста! — присоединилась к сестре Пейдж.

Я закрыл глаза, слушая этот гвалт. Их мольбы продолжались еще секунд пять, и наконец мой герой не выдержал.

— Хорошо, — я выдохнул. — У налогового управления возникли вопросы к тому, как ваш отец платил налоги в семьдесят седьмом, семьдесят восьмом и семьдесят девятом годах.

— Какого рода вопросы? — спросила Пейдж.

— Основной вопрос у налоговой в том, почему ваш отец их не заплатил.

— Ну… Вряд ли он сможет ответить им из Цюриха по телефону. Да и связь дорогая, а он постоянно говорил мне, чтобы я не звонила по межгороду, — проговорила Пейдж.

Я прошел вперед, шлепнул на стол конверт и пододвинул его к ним.

— Здесь письмо от него. Дом записан на траст вашей бабушки, и никто его не тронет. Счет открыт, деньги на нем есть. Мне заплатили за двенадцать месяцев с указанием оставаться при вас.

И дальше по тексту.

Я откровенно говоря кайфовал от процесса. Потому что я работал в Голливуде и снимался в главной роли, пусть и в откровенно говоря проходном сериале. Ну и что? Это же в любом случае Голливуд. И платили мне двести пятьдесят баксов за съемочный день. Это минимальная ставке, которую установила гильдия актеров. А ведь я даже еще не вступил.

Богатые сестрички не опечалились, узнав, что папа их бросил наедине с верзилой-телохранителем. Совсем наоборот.

Дальше сняли сцену в их комнате, где они решили, что теперь свободны и