Фантастика 2026-32 - Евгений Александрович Белогорский

они, не покладая рук, ворочали веслами лодок, останавливаясь только для ночлега на берегу реки. Эврилох  каждый раз не забывал выставлять стражу, так как движение негритянских лодок вниз по течению было довольно значительным.

  Моряки с любопытством смотрели, как проплывают мимо них юркие лодчонки, из которых на них с не меньшим любопытством смотрели аборигены, а некоторые даже приветливо махали руками. Все они были одеты в легкие набедренные повязки, сплетенные из травы. В некоторых из лодок опытный глаз Эврилоха заметил длинные копья с острыми металлическими наконечниками, что говорило об успехах туземцев в военном деле.

  Наутро четвертого дня, обычный речной пейзаж с многочисленными зарослями вдоль воды резко изменился. Русло реки делало основательный поворот в сторону гор, чьи высокие пики стали быстро приближаться к плывущим разведчикам. Ближе к полудню на передней шлюпке закричали, что видят пристань на южном берегу реки.

  Это открытие сильно взбудоражило моряков и, позабыв про усталость, они дружно налегли на весла. Скоро их глазам действительно предстала сильно просевшая от времени каменная пристань, явно не творение рук местных жителей. Об этом говорили бронзовые кольца, предназначенные для швартовки больших грузовых судов. Над ними безжалостно поработало время, но сквозь обильную патину еще можно было разглядеть выбитый знак скарабея. Перед Эврилохом действительно был легендарный Офир некогда поставлявший на север золото.

  Местные жители с интересом и вместе с тем с опаской смотрели, как белокожие люди привычно привязывали свои дивные лодки к бронзовым кольцам и высаживались на землю. Всего их было девяносто два человека, все как один имевшие оружие и маленькие щиты. Несмотря на миролюбивость африканцев, Неарх настоял на том, что бы Эврилох взял с собой полный комплект оружия, посчитав, что береженного бог бережет.

  Новое подтверждение открытия разведчиками Офира было обнаружение останков речных складов, полностью сгнивших о времени и дороги вымощенной каменными плитами ведущих прямо к горам. Плиты основательно заросли травой, но камень хорошо проглядывал сквозь травянистый покров. Сами местные жители регулярно пользовались заброшенной дорогой, протоптав широкую просеку на зеленом газоне.

  Эврилох недолго раздумывал; оставив, возле лодок двадцать пять человек он уверенным шагом повел свой отряд к горам, где по предположению Неарха должны были быть золотые рудники. Таинственные горы казалось, находились на близком расстоянии от берега Лимпопо, но это было лишь обманом зрения. Час за часом проходили моряки по заброшенной дороге, но цель их не становилась ближе.

  Только к вечеру они, наконец, сдвинулись с места и придвинулись к разведчикам. Обливающиеся потом люди с огромной радостью бросились в тень небольшой кучки пальм дарящих блаженную тень и прохладу измученным изнурительным походом людей. Другим райским подарком для них был родник у корней одной из пальм, припасть губами к воде которого устремился весь отряд Эврилоха. С большим трудом командиру удалось навести порядок и не дать затоптать творение природы.

  Когда же жажда была утолена, и солнечный зной уже не так донимал людей, в их душах проснулось любопытство, и они принялись рассматривать местность. Перед ними были открытые разработки золотоносной руды коренные породы, которой в этом месте выходили наружу. Первооткрыватели Офира первоначально основательно дробили добытую горную породу с помощью ручных приспособлений, а затем отвозили ее на берег моря, где грузили на корабли.

  Затем  египтяне видимо решили расширить свои производственные мощности, и стали сооружать плавильные печи. Их остатки Эврилох сразу выделил среди огромного плаца обильно усыпанного битой скальной  щебенкой и прочими отвалами горных пород.

Египтяне успели соорудить две печи, но дальше не успели развернуться. Об этом свидетельствовало не только страшное запустение среди приисковых построек, но и человеческие останки, лежащие не погребенные среди этих руин.

  Хотя Неарх говорил, что находившихся на приисках египтян скосил страшный мор, но на некоторых черепах людей Эврилох заметил явные следы проломы от оружия. Как бы подтверждением этого открытия стало появление на плацу большой группы чернокожих воинов с длинными копьями и большими деревянными щитами. На голове у каждого из зулусов, как выяснил позже Неарх, так они себя называли, находился богатый убор из перьев птиц и плетеный из трав нагрудник. Гортанно переговариваясь между собой, они стали осторожно обходить чужестранцев подобно тому, как трусливые шакалы обходят стороной одинокого льва.

  Зулусы были явно недружелюбно настроены к пришельцам но, несмотря на свое численное превосходство над гостями, они держали себя очень настороженно, поскольку впервые видели людей с белым цветом кожи. Так продолжалось несколько минут, но когда Эврилох решил приблизиться к неграм, то те испуганно отскочили прочь явно, выставив вперед острые копья. Потерпев неудачу, Эврилох решил на время отодвинуть в сторону дипломатию и заняться разведкой выработки.

  Вместе с несколькими матросами он подошел к открытым выработкам и, взяв, лежащий поблизости небольшой молот, стал отбивать образцы золотоносной породы. Подобное действие вызвало гнев со стороны зулусов и в моряков незамедлительно полетело длинное копье, которое упало рядом с ногой Эврилоха, окатив моряка градом мелкого щебня.

  Отскочив в сторону, македонец яростно погрозил кулаком в сторону негров, которые радостно закричали, потрясая над головой своим оружием. Еще не утихли крика, как последовал взмах мощной руки воина зулуса и новый подарок устремился в сторону моряка. Теперь бросок был точен, острое жало наконечника летело точно в голову Эврилоха и тот, был вынужден прикрыться щитом. Глухо звякнуло железная пластинка щита от столкновения с копьем зулуса, которая с честью выдержала экзамен, но сила удара была такова, что Эврилох был сбит с ног и упал на землю, подняв при этом клуб пыли.

  Его падение вызвало новую бурю восторгов стражи прииска видимо посчитавших, что Эврилох если не убит, то серьезно ранен. Не дожидаясь, чей либо команда, лучник Эпей моментально вскинул свой тугой критский лук и выпустил свою стрелу в сторону обидчика. Зулусы не подозревали, что оружие чужаков  может бить столь далеко и поэтому, не пытались закрыться от стрелы.

  Пляшущий на месте от радости воин зулу  неожиданно поперхнулся своим гортанным криком; стрела Эпея попала точно в шею обидчику Эврилоха, щедро окрасив алой кровью его плетеный нагрудник. Раненый зулус моментально выдернул из своей раны стрелу вражеского лучника и громко вскрикнул, поскольку зазубренные края наконечника обильно разорвали его плоть. Вслед за стрелою из тела воина вылетел мощный фонтан крови, который немедленно стал бить пульсирующими толчками. Несчастный зулус попытался зажать смертельную рану руками, но все было напрасно, кровь неудержимо покидало его тело, обрекая  воина на скорую смерть.

  Тонко и пронзительно