Фантастика 2025-191 - Жорж Бор

Вик бросила на парня косой взгляд — он был готов грудью бросаться на защиту Хогга. Впрочем, она знала — многие убийцы умеют располагать к себе. Хотя это, наверное, не о Хогге.

— Ты изучал его эталон? — уточнила Вик у Алистера, игнорируя пылающего негодованием Смита.

— Нет. Суперинт Арно вчера указал на его эфир у дома суперинта Эша.

Вик вздохнула:

— Тогда надо говорить: эфирные следы напоминают следы, которые нер Арно опознал, как эфирный отпечаток Хогга. Эфирным эталоном не подтверждено. — Она вновь посмотрела на Кевина — огонек ярости угас в его глазах.

Неш кашлянул, привлекая к себе внимание:

— Простите, что отвлекаю, но птичка… Она так и должна себя вести?

Вик повернулась назад — канарейка вела себя забавно. Она прыгала на одном месте, потом перелетала на другое — чуть подальше на ярд, потом снова отлетала еще чуть-чуть, всего пару футов, а потом возвращалась обратно. И так по кругу, как заведенная. Заметив интерес Вик, канарейка подлетела к телу, села на него, а потом вновь понеслась по кругу.

Вик прикрыла глаза — она боялась думать о таком. Пять лет с нападения на Хогг. Четыре прошедших кануна Явления. Одно обнаруженное тело. И три места, на которые снова и снова приземлялась канарейка.

Алистер не понимал, что происходит — он подошел к месту, с которого только что улетела канарейка. Он присел, для верности прикасаясь к жухлой траве:

— Некроэманаций нет.

А канарейка была. И летала по зачарованному кругу.

Вик посмотрела на Алистера:

— Щуп есть?

Ответил ей Неш:

— Щупа нет. Зато лопата есть. И свободные руки. Где копать?

Для Вик это было очевидно:

— Там, где приземляется канарейка.

Неш принес из паромобиля еще лопаты, и Нельсон с Алистером под охраной винтовки Неша принялись копать. Одну лопату сунули в руки Кевину, и он не отказался: угрюмо копал, даже не сняв мундира. Пот тек по его лицу ручьями. Остальным было нелегче. Солнце жарило как проклятое, и первым сдался Алистер: он воткнул лопату в землю, стащил с себя и рубашку, и нижнюю хлопковую сорочку, оголяясь по пояс. Вальян и Нельсон последовали его примеру, вешая одежду на ветки ближайшего дерева. Кевин, косясь на Вик, стащил с себя только мундир и рубашку, оставаясь в нательном комбинезоне. Неш отошел в тень, продолжая баюкать свою винтовку. Пилоток из речного совсем стало не видно — они попрятались под сень деревьев подальше от солнца.

Первое тело закопали совсем неглубоко — всего лишь фута два. Второе — чуть глубже. Третье, совсем скелетированное — совсем глубоко. Видно на тот момент еще был азарт в могилокопании у убийцы. То, что все девушки были убиты, явственно говорили разрушенные, неестественно вывернутые шейные позвонки.

И от двух тел уверенно тянуло тем, что Арно назвал эфиром Хогга. От скелетированного тела не тянуло ничем — слишком долго пролежало в земле. Четыре года. Целых четыре года эту девушку ждали домой, а она не пришла.

Вернер у всех нашел следы вернийки — даже скелеты умеют рассказывать: на костях таза и бедренных костях были видны характерные поражения.

Вик распорядилась:

— Неш, телефонируй в управление. Пусть Мюрай или Эш везут сюда храмовника с эталоном.

Алистер согласно кивнул — сейчас важно соблюсти каждую даже мало-мальскую букву инструкций, чтобы никто не смог оспорить доказательства. Чтобы даже мысли о войне между дивизионами не возникло.

На Кевина было больно смотреть. Он прижух, потемнел лицом и явно переживал кризис веры в Хогга.

— Зачем… — все же вырвалось у него. — Я не понимаю. Зачем…

Вик, осматривая первое откопанное тело — Вернеру пока не до него было, — пояснила:

— Действия мульти-убийц логичны, но их логика запредельна для обычных людей. Возможно, Хогга после смерти сестры съедала ненависть за то, что она легко отделалась и умерла от вернийки, а он продолжает страдать.

Кевин взвился:

— Он не такой. Он никогда не жаловался. Он…

— Именно, — резко становила поток его слов Вик. — Он сливал свою ярость иначе. На этих девушек. — Говорить, что Хогг мог в приступе ярости заказать нападение на сестру, чтобы проучить её за вернийку и собственную близкую смерть, она не стала. Теперь хотя бы ясно, почему показаний Натали в деле не было. Она не стала сдавать полиции своего брата.

— Дрянь дело, — веско охарактеризовал происходящее Неш. Смит промолчал, сжимая в руках уже бесполезную лопату — копать было больше нечего.

Теперь оставалось только ждать. Храмовника. Брока или Грега. Только первым, как на зло, приехал Арно.

Алистер, выбираясь из ямы, пробурчал:

— Проклятье…

Неш удобнее перехватил винтовку и подмигнул Вик. А блондинистые пилотки подтянулись, как на смотре. Кевин же совсем пожух и стал мелкотравчатым. И Вик даже понимала его.

Глава 19

Не боли…

Грег, отправляясь в дореформисткий храм Сокрушителя, где хранились эфирные эталоны, не стал надевать мундир, лишь прихватил его с собой, вешая на сгиб локтя. Слишком жарко даже в сорочке. Подтяжки давили на плечи, пружины, удерживающие рукава сорочки, мешались. Манжеты уже не были безупречно белоснежными, еще и помялись. По-хорошему надо надеть мундир, но тогда останется только свариться в нем заживо — полуденное солнце превратило город в раскаленную сковородку. Даже стойкий ветер с юго-запада не спасал — он лишь сильнее разгонял зной. Хотелось спать где-нибудь в теньке и забыть про этот мир и его проблемы.

Жаме тихо подсказал, выходя из кабинета в коридор:

— Одли… Я ему не говорил. — Кажется, тут уже все управление переживало за Вина. — Ну… Про то, что Неш… Телефонировал…

Грег кивнул:

— Хорошо. — Он был согласен с Жаме: четыре трупа, в убийстве которых подозревается Хогг, не то, что обрадует Одли. Только все равно же рано или поздно узнает. — Предупреди Мюрая, что я уехал по делам.

Жаме ответить не успел — в коридор, погруженный в приятную после раскаленного кабинета прохладу, вышел Брок собственной персоной. Еще и Одли шагнул за ним вслед из кабинета. Оба взъерошенные, потные, с закатанными по локоть рукавами и расстегнутыми воротничками рубашек. Грегу даже обидно стало — он по поводу небезупречности манжет переживает, а они выглядят как последние портовые керы… Точно! Надо тоже взять и расстегнуть сорочку — станет чуть легче.

Одли был мрачен, ведь они с