Псевдоним «Испанец» 1-9 - Евгений Юллем

с прохладной водой его уже ублажила шалава из местных, отработала натурой налог на свой передок, точнее на его использование. Свободна, трудодень тебе зачтен. А теперь пошла вон, спать я буду один.

За окном заполошно завыли кошки, как будто их свежевали наживую. Юсиф вскочил, схватил кинжал и… рухнул навзничь. Он уже не видел, как в окно влезло то, что могло быть только порождением ночных кошмаров, схватило его тело и опять скрылось через открытое окно второго этажа.

А вот пробуждение не задалось. Юсиф разлепил глаза, решил потянуться, вот только это не получилось. Он скосил глаза и увидел, что крепко-накрепко привязан к креслу. Причем, как можно было видеть, сделано все со знанием дела. И он был совершенно голый.

Он обвел взглядом комнату. Какая-то саманная халупа, полуразвалившаяся, почти без крыши. Вряд ли его похитители будут здесь держать, а значит… Вот тут у него пробежал холодок по спине.

— Ну что, как себя чувствовать в неловком положении? — спросил смутно знакомый голос из-за спины.

— Покажись, падла. Очко порву!

— Не давай обещания, которые можно исполнить, — сказал голос, и перед ним появился тот, кого он и не ожидал увидеть.

— Ты живой?

— А почему мне не быть живым? — сказал Арман, и осмотрел себя с ног до головы. — Как видишь.

— Но тебя же схватили мусора!

— Как схватили — так и выпустили.

— Ссучился, — с чувством сказал Глухой. — Мусорам продался.

— Да я как-то и не продавался вроде…

— Стой! — дошло до Глухого. — Ты не Арман!

— Если про того, про кого ты думаешь — да, — подтвердил ему выходец с того света.

— Ты джинн! — со страхом сказал Глухой. — А-а-а…

— Да подожди ты орать, — сморщился Арман, который не-тот-Арман. — Я человек. Вот.

Он больно ткнул пальцем в кадык Глухого.

— Чувствуешь? Только я действительно Арман. Настоящий Арман. А не та нежить, которую ты привел в Ат-Балай и поставил на часть района. А меня вот интересует, кто тебе его подогнал и заставил взять на побегушки, шакалить на лавочниках.

— Да иди ты, — рассмеялся Юсиф. — Сдохни, мусор поганый.

— Это неправильный ответ, — сказал я.

Юсиф только усмехнулся.

— Зря усмехаешься, — сказал Арман. — Сейчас я тебя кое-с кем познакомлю.

И тут опять из-за спины вышла красивая женщина, и встала рядом с Арманом.

— Обработать его? — спросила она.

— Ага, — кивнул тот.

— Правое или левое? Выбирай! — сказала она Юсифу.

— Что правое или левое? — в ужасе спросил он.

— Яйцо, какой ты непонятливый, — нетерпеливо пояснила красавица. — Или оба?

Вот тут Юсиф пустил струйку под себя, глядя, как лицо красавицы на глазах превращается в морду чудовища из ночных кошмаров, а руки превращаются в лапы.

— Вввыбирррааай!

Красавица обернулась монстром и ее лапа с когтем потянулась к причиндалам Юсифа. Тот заорал, пытаясь пошевелиться, но чудовище никуда не делось.

— Я скажу, все скажу. Только уберите ее от меня!

— Ну так говори, помедленнее и поразборчивей, — Арман сел на старую засыпанную грязью лавочку. — Я слушаю!

И Юсиф начал говорить, скороговоркой сбиваясь с пятого на десятое. И с ужасом косясь на монстра, который стоял за спиной Армана и внимательно слушал неудачливого бандита.

Глава 12

Ведь не соврал Юсиф, не соврал… Как я узнал? Как обычно — влез ему в голову. А что?

Помимо того, что я узнал много нового и интересного, я же должен был обеспечить ему достойный уход, в смысле — за грань? Он слишком много знал, видел наши лица и не только, понял чем мы интересуемся, и уж точно вломил бы нас при первой возможности. Рефлексия? Ноль. Одним бандюком больше, одним меньше. Тем более, он был этого достоин.

Так что тело Юсифа теперь покоилось в яме посреди степи. А передо мной встали новые проблемы. Вот и всплыло в разговоре с Глухим одно из тех имен, которые не к ночи будь помянуты. В полном смысле. Надо теперь вспомнить все байки про новый хвост, за который надо дернуть.

Ханума? Кто о ней не слышал в айзанском криминальном мире? Этакая мадам Вонг местного разлива с поправкой на восточный колорит. Откуда она взялась — никто не знает. А кто знал, тот уже никому ничего не скажет, отправившись за Грань.

Итак, лет этак двадцать с хвостиком назад появилась в Ат-Балае молодая девица, весьма хороша собой и умеющая убивать. Профессионально и хорошо. За Грань она отправляла направо и налево, как любым оружием и голыми руками, без малейшего сожаления и рефлексии.

Этот талант присмотрел себе в команду Ночной Хан, прошлый в смысле. А прошлым он стал после того, как Ханума взбрыкнула и решила, что станет играть по своим правилам. Не понравилось девице местное патриархально-религиозное общество, где она считалась нечистым животным и была обречена сидеть в гареме и целовать повелителю ноги. И на трон преступного мира взошел новый Ночной Хан. Может быть, она и сама бы хотела занять его место, но вот как уже было сказано, женщины тут стояли на низшей ступени социальной лестницы, даже на приступочке. Но зато Ханума не осталась без дел и создала свою организацию.

Как правило, Ночной Хан, да и остальные не столь криминальные личности пользовались услугами Гильдии Убийц, которая в неизменном виде существовала полулегально во всех городах и весях. То есть вроде как ее и нет, чтобы не портить отчетность всем видам Стражи, жрущим королевскую пайку, но при большой нужде и с большими деньгами на нее можно было выйти и уладить вопрос к не всеобщему удовлетворению. Было так и в Ат-Балае… до определенной поры, закончившийся двадцать лет назад. Пока Ханума не решила подмять дело под се6я.

Вопрос она решила просто, и несогласные с ней были на радость воронам и прочим падальщикам вывалены в канавы по частям. Причем, опять же, по слухам, с некоторыми разбиралась лично Ханума, не боясь замарать рук. Если так, то она была великим бойцом уровня «бог» и нечеловеческой выучки — как бы люди из Гильдии Убийц тоже рядом с обычными вояками рядом не стояли. И она устроила массовую резню.

Так что Гильдия Убийц в Ат-Балае и вообще в Айзанском ханстве закрылись по причине постоянно открытых вакансий без желающих их занять. Теперь те, кому нужно было удовлетворить попранное самолюбие, но кишка была тонка вызвать обидчика на поединок, шли к ней. Точнее, к ней направляли люди Ночной Гильдии, которых, в отличие от ее, было куда ни плюнь — шпана-то есть везде.

И вот Глухой — мир его праху, кости шакалам — уверял, что