Шесть оттенков одержимости - Амалия Мо

Снова оказавшись на ногах, я сжала кулаки и взглянула на брата с решимостью.

— Мы полетим домой вместе, ясно?

— Калеб меня убьёт, — застонал Демиан и, развернувшись, скрылся за углом.

Я смотрела на пустой проём и не могла поверить в то, что всё случилось так просто — никаких уговоров и весомых аргументов. Очевидно, брат понимал, что в конце концов я всё равно сделаю по-своему. Не сейчас с ними, так чуть позже, но сяду в самолёт, и тогда они будут вынуждены импровизировать.

— И меня… — прошептала Каяна.

— Полагаю, моё имя тоже будет в списке смертей, — чмокнув подругу, я уверенно отправилась в спальню собирать вещи.

Времени было немного, но и вещей у меня оказалось ничтожно мало. В основном одежда и принадлежности Габриэлы. Каяна помогала, складывая вещи в чемодан. Демиан качал на руках малышку, словно не хотел расставаться с ней ни на секунду. Амель предпочла остаться в гостиной за игрой в телефоне.

Появившийся импульс сложно было удержать, я боялась, что стоит остановиться и задуматься над идеей — передумаю из-за страха. Сомнения только ждали мгновения, когда я окажусь уязвимой. Но я больше не была намерена прятаться.

Не знаю, что так сильно повлияло на моё решение… Возможно, встреча с Риэлем и то, что страх, так долго державший, вдруг рассеялся. Он больше не был призраком, способным прийти и разрушить всё щелчком пальцев.

Я столько лет строила планы, исходя из тени, а тень оказалась просто человеком. Наверное, именно в тот момент я поняла: страх разрастался только в темноте. Пока я обходила его стороной, он казался огромным. Но стоило повернуться к нему лицом — и он уменьшился до размеров реальности.

— Кажется, тут всё, — Каяна сдула прядь волос со лба и попыталась застегнуть чемодан.

— Я взял билеты, — добавил Демиан, — Калебу пока говорить ничего не стал.

— Мы со всем разберёмся, до этого можете поселиться у нас…

— Почему у вас? У нас с Розой довольно большой дом, — перебил брат, нахмурив брови.

— Я хотела бы отправиться к Венере.

— Уверена?

Нет, уверенности не было, и я не представляла, что скажу матери.

— Мы будем рядом, — Дем боднул меня лбом в плечо, выражая поддержку.

Нехотя кивнув, я выдавила улыбку. Поддержка — это хорошо, но разговор с Венерой предстояло пройти в одиночестве.

Габи проснулась и закряхтела, пришлось отвлечься, чтобы покормить её. Демиан вышел, чтобы не мешать, а Каяна осталась со мной в комнате. Я видела трепет на её лице и то, как глаза заблестели.

Формально она была приёмной матерью и любила своих детей, но я понимала, что ей хотелось ощутить всё иначе.

— Каково это? — шёпотом поинтересовалась Кая, опустив глаза в пол.

Я поняла, о чём она спрашивает, ещё до того, как она договорила. Хотелось прижать подругу, сказать, что у них с Калебом обязательно получится, что она ещё очень молода и всё впереди, но уверена, Кая и так это знала.

— Это странно, — призналась я, поглаживая спину дочери. — Ты не становишься матерью в один момент, а постепенно входишь в это. Сначала боишься, потом привыкаешь к мысли, потом начинаешь разговаривать с животом, просить не пинаться по ночам… И когда ребёнок появляется, ты уже знаешь его.

— До сих пор не могу уложить в голове, что ты прошла через всё это в одиночку.

— Мне правда было одиноко, но не прошло и месяца после моего уезда, как я узнала про Габи. С тех пор я уже не была одна.

Оторвавшись от груди, малышка провалилась в сон.

— Она снова уснула?

— Ага, сон и еда — это сейчас её главные потребности, — переложив дочь в кроватку, я оглядела комнату.

— Будешь скучать? — ненавязчиво поинтересовалась Кая, но я мотнула головой.

— Не думаю. Я почему-то всегда думала об этом доме, как о временной точке.

С местом меня не связывало ничего, но здесь была Ивет. Она стала единственным близким человеком, которому я доверяла несмотря на то, что помощница толком ничего обо мне не знала.

Вытащив мобильный, я собиралась с духом, но в конце концов позвонила ей. Прощаться не хотелось, поэтому я просто предупредила, что на какое-то время уеду повидаться с родственниками. Ивет восприняла эту новость с радостью, удивившись, что у меня вообще были родственники. До этого я всегда уходила от этой темы.

Следом пришлось отправить письмо на почту Верховного Авраама, чтобы предупредить, что уеду из Валлении.

Я отложила телефон и некоторое время просто стояла, глядя в экран, будто ожидала, что кто-то перезвонит и скажет: «Стой. Не делай этого». Но мир не пытался меня остановить.

Спустя пару часов, я закрыла дверь в дом, спустилась на крыльцо и оглянулась на прощание.

Слово «побег» внезапно перестало звучать героически. Это не было спасением. Это был перерыв. Передышка, которую я выпросила. Если бы не Валления, не этот дом, не Ивет, я бы никогда не решилась вернуться обратно.

Здесь были крохи от моей прежней жизни, но всё же были…

— Готова? — Кая встала рядом, рассматривая дом вместе со мной.

— Угу.

Демиан арендовал машину и уже устраивал кресло Габи на заднем сиденье. Амель забралась назад, не отрывалась от мобильного, в котором переписывалась с подружками со школы. И это заставило меня улыбнуться.

Я уезжала в панике, но возвращалась в ясности. Разница оказалась больше, чем я ожидала.

По пути в аэропорт я написала Пьеру, чтобы предупредить, что возьму пару дней выходных. Ответ прилетел незамедлительно.

«Всё в порядке?»

Вроде «в порядке», но впереди столько всего, что я не была уверена…

«Да», — напечатала я, решив позже позвонить, чтобы рассказать подробности.

Пьер прочитал, но больше ничего не написал, что, с одной стороны, вызывало облегчение, а с другой — вину.

Решив не впадать в мысленное пережёвывание событий, я отвлеклась на непринуждённую беседу о Валлении. Демиан сокрушался, что здесь просто отвратительная погода, да и сам город будто безжизненный.

— Роза вообще ничего не потеряла, — фыркнул брат.

— Вряд ли она собиралась оценить город, — заметила Кая, и в голосе послышался лёгкий упрёк.

— Только не говори, что ты запретил ей лететь с тобой?

Демиан встретился со мной взглядом в зеркале заднего вида. Он нахмурился, готовый в привычной манере ответить, но будто задумался. Тяжело