Команда Себека - Злата Заборис

Не спать.

– Скоро над Нилом упадет первый луч восходящего солнца, – продолжала я слышать за спиной голос Бастет. – И близ воды появятся два бирюзовых сикомора: древо Жизни и древо Хатхор. Врата, что соединяют мир живых и мир мертвых.

– Там, где стоит «Закат»? – поинтересовалась Анка.

Вопрос ее заставил встрепенуться, разгоняя сон. В фигурах у воды я даже не задумалась распознать служителей «Заката», и теперь глаза вдвойне рьяно вглядывались в их полутемные силуэты.

По мере приближения удалось распознать несколько знакомых лиц. Первым я заметила любителя чужих телефонов Лёху из команды Сета. Затем – поэтессу Аллу из рядов Сешат.

Что же касалось богов, взгляд не сразу приметил, кто есть кто. В первое мгновение мне и вовсе показалось, что явившаяся в Асуан компания состоит только из фантошей. Но затем глаз таки различил богов. Точнее – понял, кого искать, и сумел найти их.

Среди фигур у речной глади определенно не было Сешат и Сета. А значит, теми, кто явился лично, здесь были Птах и Тефнут.

Никого из них мне еще не доводилось видеть в человеческом обличье. Впрочем, как и в божественном: этих двоих я лицезрела лишь во время ночных битв, в процессе симбиоза с их фантошами, когда они пребывали на ладьях в облике своих служителей.

Птах проявился среди людей первым. Невысокий худой мужчина в чрезмерно обтягивающих лосинах, шапочке с отворотом и тоннелями в ушах. Выдала его бородка, вытянутая и сформованная в узкий прямоугольник. Слишком специфичная и слишком ухоженная для подростка. К тому же весьма образно отсылающая к изображениям фараонов на древних фресках.

Отыскать среди служителей «Заката» Тефнут оказалось куда сложнее. Прошло немало времени, прежде чем я узнала ее.

Тефнут оказалась невысокой девочкой-подростком. В свободных спортивных штанах, с хвостиком на макушке и с повязкой на лбу. Наверное, я бы и вовсе не опознала ее в толпе, если бы она не отвесила с размаху подзатыльник Птаху.

Восемь, девять, десять… Десять человек стояли в ожидании нас у берегов Нила.

По двое фантошей на четверых богов и два бога в своих телах. Значит, «Закат» тоже воспользовался оговоркой в правилах и захватил с собой «запасных» людей – компанию с теми, кому они не требовались для симбиоза.

Тем временем мы приблизились к воде. «Мы» – в двойном смысле, так как Себек уже переселился в мое тело. На полпути от автобуса глаза сами собой резко раскрылись. Будто мне внутривенно впрыснули кружку эспрессо или всю кровь заменили на крепкий чай. Сон ушел прочь, ушла и зябкость, а в сознании наконец разлилась бодрость – долгожданная и столь необходимая в ответственный момент. Не радоваться изменениям я не могла.

Рядом в первых рядах шествовала Хатхор в теле Авдотьи. И Бастет – лично. На шаг позади – фантоши.

Расстояние между лагерями сокращалось. Стремительно. Уверенно. Вода становилась ближе. И все отчетливее с каждым шагом я видела их погруженные в полумрак лица.

– Приветствую! – сказал Сет губами паренька. Но не моего старого знакомого, а другого, неизвестного мне фантоша. Более взрослого и выглядящего куда более устрашающе в сравнении с первым.

– Вижу, Гор снова не почтил нас своим присутствием, – выплюнула, едва тот замолк, Тэффи.

Богиня очертила наш ряд придирчивым взглядом. Как львица прочерчивала бы когтем плоть, вскрывая кожу до красноты мяса.

– Не только Гор, – глазами Аллы сощурилась ей в унисон Сешат. – Кажется, наш уговор был таков: четверо богов и двое – лично? Но я вижу только Бастет.

Взгляд богини писцов пробежался по лицам троицы, всматриваясь в них внимательно, с вопросом.

– Себек… Хатхор… – произнесла она, распознавая их, видимо, по цвету глаз. – А где Тот? Где же мой папочка? Почему я его не вижу?..

– Тота нет с нами сегодня, – ответила Хатхор.

Показалось мне или в речи ее мелькнуло волнение?

– Выходит, что договор вы не соблюли? – тотчас оскалилась Тефнут.

– Два бога во плоти, – приподняла бровь Сешат. – Таково было условие.

– И вы его нарушили… – протяжно констатировал Сет.

Сешат недовольно скривила губы Аллы.

– Что толку нам идти вам навстречу и помогать с переписью богов, – заговорила она с пренебрежением, – если вы нарушаете наши условия уже на первом этапе договоренностей?

– Отмена всему – и дело с концами, – сплюнула Тефнут.

А следом за тем склонилась в утвердительном кивке и голова Сета.

– Верно. Конец.

– Стой!

Я даже не услышала – почувствовала, как шевелятся отрывисто губы.

Голос Бека, сорвавшийся с моего языка, был тих.

– Незачем все отменять. – Бог рек говорил торопливо, в непривычной для себя манере. – Мы проделали долгий путь. И вы тоже.

– Мы не виноваты, что Тот ушел из «Восхода», – обронила Бастет. – Это был его выбор. Не наш.

Глаза Сешат распахнулись. «Ушел из Восхода?» – с явным любопытством мелькнуло в них. Казалось, еще секунда – и она спросит об этом вслух.

Но Бек перебил всех и подтвердил:

– С нами нет Тото. Но мы можем прийти к консенсусу.

Голова чуть склонилась, исподлобья смотря на «Закат».

– Я, – было последним, что произнесли мои губы.

– Буду вместо него. Без фантоша, – донеслось до слуха уже сбоку.

Бек Заевич стоял рядом, и свет прибрежного фонаря играл на его лысине.

– Ты в проекции, а не в теле. – Тефнут закатил глаза. – Неравноценно.

Себек согласно кивнул:

– Я откажусь. От использования привилегий проекции. Всех. Не исчезну. Не перемещусь. – Пухлые его пальцы загибались, точно бы считая. Он мотнул головой. – Смотри… Я уязвим сейчас, как ты. Это равноценно.

Бог рек протянул ладонь вперед, к богине, позволяя той коснуться своей смуглой кожи и даже слегка оцарапать ногтем запястье.

Тэффи, помедлив, пожала плечами.

Комментировать это Сет не стал. Лишь бросил на Сешат взгляд, точно вопрошая: «Пойдет?» И получил в ответ медленный кивок.

– Ладно, – согласился с уговором глава «Заката». – Сойдешь за второго бога во плоти.

И два отряда замерли в молчании и томительном ожидании первого луча солнца, что появится над Нилом.

Время тянулось как резина. Шумела за спинами «Заката» катящаяся вода, фонари мерцали на набережной теплым светом. А тьма все не отступала – не хотела выпускать Асуан из своих лап.

Мне начало казаться, что солнце уже не появится никогда, как вдалеке забрезжил рассвет. Небо на востоке окрасилось сначала в розовый, затем просветлело. И там, совсем вдалеке на горизонте, прочертилась тонкая полоса от яркого пятна – восходящего светила.

И едва лучи его простерлись над Асуаном, воздух возле нас точно пришел в движение. Пространство будто разрезалось, вывернуло наружу карман, становясь больше и являя сокрытые в закромах тайны.

Врата появились словно из-за угла. Как будто вышли из