Повелитель чудовищ - Сергей Александрович Плотников

— Если бы я знал, я бы попросил мэтра Карсена задержаться! Да он бы и сам… Так, спокойно, спокойно… — парень явно бормотал это себе. Потом уже обратился к нам: — Прошу меня простить, у нас тут очень мало стихийных магов, только мэтр Карсен, мэтр Нелин и уважаемые мэтры Воздуха, я несколько… Видите ли, мы довольно далеко от города! Почти две мили по дороге, чуть меньше по прямой, но все-таки… И в городе не так чтобы много жилья! У нас есть только гостиница для приезжих, но ее основные клиенты — ученые некроманты, там… ну, не совсем те условия, которые подходят… Нет, есть номера для живых, с окнами и прочим! — заверил он. — Но все равно…

— Гостиница подойдет, — хмыкнула Ройга. — Мэтрессы не придирчивы. И экипаж подойдет любой, если вы предоставляете их приезжим.

— Да, в найм. Но они самые простые! И тот, что с рессорами, сейчас в ремонте!

Я хотел было сказать, что мы в любом случае доберемся и не надо этой суеты, но мысленно заткнул себе рот: опять, блин, сяду в лужу со своим рабочим мышлением из постиндустриального постсословного общества! Здесь статус — это все, и люди, которые подчеркнуто отказываются вести себя в соответствии с ним, даже если могут себе это позволить, вызывают очень, очень сильные подозрения. Ну или на них смотрят как на глупых детей — так, по-моему, воспринимали Игнис столичные маги фронтирного мира!

Сбоку раздался тихий кашель. Мы обернулись: к дежурному магу подошел работник Имперской Канцелярии в сером, но, судя по бляхе на шее, покрою и качеству одежды, не из простых чиновников.

— Магистр Эриксен, прошу прощения, что встреваю, — мягким тоном проговорил он, очень дружелюбно улыбаясь нам. — Рад приветствовать вновь прибывших, я старший канцелярист Остердаль.

Мы раскланялись, затем Остердаль вновь обратился к дежурному, Эриксену:

— Позвольте напомнить вам, что у нас в конюшне стоит личный экипаж мэтра Карсена с немертвыми лошадьми, с тех пор, как он у нас его позабыл недели две назад. Думаю, достопочтенный Глава Круга не сочтет нарушением, если вы предоставите его карету уважаемой мэтрессе Воды! Более того, он может крайне расстроиться, если мы этого не сделаем!

Из чего я сделал вывод, что Карсен, местный маг Огня (а Нелин, значит, единственный маг Воды), куда демократичнее Фроссен. Наверное. Во всяком случае, я не мог бы представить Дагмар Фроссен, оставляющую свой экипаж в какой-нибудь общественной конюшне и забывающую о нем! Хотя бы потому, что у нее были слуги, которые об этом позаботились бы. А Карсен, что, сам правил каретой?

— Что же касается гостиницы, я предлагаю отвезти уважаемых мэтресс Воды и Воздуха на Полигон, — так же гладко продолжил чиновник. — Там ведь есть апартаменты для особых гостей? Кажется, даже Императорские покои?

— Точно! — Эриксен просиял, сразу помолодев лет на десять. — Спасибо, Остердаль, вы гений! И они почти всегда свободны, а сейчас точно свободны, потому что у нас давно никого не было! Коллеги, пожалуйста, попросите достопочтенных мэтресс обождать буквально пять минут — сейчас все сделаем!

И Эриксен ушел быстрым шагом.

Мы с Ройгой переглянулись, синхронно пожали плечами и вернулись к нашим, которые вчетвером ожидали посреди зала.

— Из-за чего заминка? — спросил Элсин.

В этот раз ему было не по чину самому разбираться: мы с Ройгой, как ученик и «младшая научная сотрудница», должны были утрясти все детали.

Мы объяснили. Тея чуть нахмурилась.

— Надо же, сколько суеты! Что ж, ожидаемо.

— А раз ожидаемо, то чего ты расстроилась? — спросила Игнис.

Тея дернула плечиком.

— Я надеялась, раз тут всем заправляют некроманты, может быть, в отношении стихийников не будет столько пиетета… Я этого дома наелась!

— Я тоже, — хмыкнула Игнис. — Но рецепт один — сбежать туда, где условия такие тяжелые, что это вообще никого не колышет!

— Так тут, вроде, тоже тяжелые… И потом, мне кажется, что все равно всегда найдутся люди, которым это не безразлично… — Тея поглядела на Оллу, которая отошла чуть в сторону и разглядывала витражи.

На лице любимой отразилась нешуточная грусть, и я понимал, почему: последнее время они с ее ближайшей подругой несколько отдалились друг от друга — тут и суета подготовки к отбытию, и организация проекта «Ктулху на службе народного хозяйства», и тайна, которую Тея пока Олле не открывала (я попросил сделать это уже после перехода). Но… черт побери, правда, нельзя же приставить человеку свою голову! Услышав кое-что от Теи и от самой Оллы, я понимал, почему моя бывшая так сильно держится за сословные рамки и разделения: она привыкла выживать, и ей кажется, что стоит раз оступиться — тут-то и погибнешь. Не с моим опытом ее осуждать. Но все равно такое поведение изрядно раздражало. Тея ведь прямым текстом просила звать ее по имени наедине, не так уж это трудно — вон, ни Элсин, ни Игнис, ни Ройга, ни сама Тея со мной ни разу не оговорились, не спутали «Влада» с «Эриком»! А она по-прежнему ни в какую.

Похоже, сословное разделение для нее действительно важно! В смысле, не «неудобная фигня, которую приходится терпеть и учитывать» — а нечто, что вошло в плоть и кровь.

Тем временем вернулся, слегка запыхавшись, Эриксен — точно, живое тело, я был прав. Впрочем, это было видно еще и по тому, как он чуть раньше утратил самообладание. Немертвые обычно куда лучше владеют собой и куда хуже поддаются панике, хотя бывает и с ними, разумеется.

— Прошу прощения за задержку, мэтресса Нейгарт, мэтресса Бьер, — он поклонился девушкам. — Магистр Бьер, спасибо за ожидание! Ваш экипаж и дополнительная телега для умертвий и груза ждут снаружи!

О, отлично, не придется ехать с черепашьей скоростью, чтобы умертвия успевали следом бежать! Хотя, в принципе, тут все транспортные средства передвигаются неторопливо.

Наконец-то мы вышли из здания портала, ждать обещанный экипаж, — и охренели. То есть я охренел.

Да, Элсин передавал нам слова своего информатора о том, чего ожидать. А Тея через Дагмар Фроссен имела доступ к каталогам обитаемых миров Империи, так что мы проверили в них описание Гробницы во избежание неприятных сюрпризов, пусть даже описания там были самые скупые. Но, пусть даже мы как бы были готовы к тому, что увидим, все равно окружение… производило впечатление.

Что за пределами портального замка сумерки, было ясно еще тогда, когда мы стояли внутри и разглядывали витражи: свет через них сочился совсем слабый, ярко горели лампы. Но снаружи ситуация сделалась сюрреалистической. Не