Алхимия секретов - Стефани Гарбер

Адам произнес слово «выкручиваться» так, как кто-то другой сказал бы «едва сводить концы с концами», но у Холланд возникло ощущение, что в версии Адама это означало гораздо больше.

– Я не был уверен в том, что произойдет, но Мейсон сказал, что не хочет конкурировать. Он мечтал, чтобы у нас обоих были способности, поэтому предложил работать вместе. У него появилась идея о том, чем нам стоило бы заняться. – Улыбка Адама вернулась, но теперь была горькой.

– И что за идея появилась у твоего брата? – спросила Холланд, не уверенная, что действительно хочет знать ответ.

– Он сказал, что вместе мы могли бы стать дьяволом.

У Холланд живот скрутило от страха.

– Ты должна понять, я боготворил своего старшего брата больше, чем отца. – Голос Адама стал мягким, умоляющим. Холланд напомнила себе, что он и раньше обманывал ее, но на этот раз не было похоже, чтобы он притворялся. Адам выглядел так, словно обнажал уязвимые места. Его голос звучал все резче, и каждый раз, когда он смотрел ей в глаза, в его взгляде просматривалась неукротимость. – Мейсон обещал, что никто не пострадает. Он сказал, что на самом деле мы не станем дьяволами, не станем злыми. Мы просто используем его имя, чтобы построить империю.

– Как? – спросила Холланд.

– Все слышали о дьяволе, – заметил Адам. – Но большинство людей не смогли бы сказать, как он выглядит, где живет или какой у него любимый напиток. Так что Мейсону пришла в голову идея создать серию мифов о дьяволе; серию мифов, которые привели бы к нам.

– Как, например, «Сайдкар»?

– Верно. Но это была не первая история, которую мы выдумали. Мы начали с Натальи Уэст. Я спросил бы, помнишь ли ты ее, но знаю, что помнишь, ведь ты написала о ней в своей диссертации. – Мгновение он выглядел впечатленным. – Между прочим, мы с братом никогда не заключали с ней сделку. Но утверждали обратное. Мы пустили слух, что Наталья Уэст прославилась благодаря сделке с дьяволом, а затем пустили другой – что ее загадочная смерть произошла из-за невыполненных условий.

Я помню, что, впервые предложив это, мой брат улыбнулся, как будто все это было просто веселой игрой. И я поверил ему. Мейсон сказал, что нам не придется никого убивать. – Адам опустил взгляд на свои руки, и у Холланд сложилось впечатление, что он жалеет, что в них нет выпивки. – Мейсон сказал, что, если люди поверят, что дьявол живет в Лос-Анджелесе и наделен силой делать людей знаменитыми, они придут к нам. Так и произошло.

После распространения слухов о дьяволе мой брат нанял людей из семей с меньшими способностями. Так мы начали собирать сделки. Мейсон использовал способности других, чтобы провести обычных людей через двери, которые сами они открыть не могли. Как только это было сделано, все они оказывались перед дьяволом в долгу.

– И какова была твоя роль? – спросила Холланд, хотя это был не единственный из возникших у нее вопросов. От всей этой истории у нее кружилась голова. За все время исследований ей никогда не приходило в голову, что дьяволом может быть простой человек – или двое, – использующий дьявола для прикрытия. Когда Адам упомянул Наталью Уэст, Холланд почувствовала торжество оттого, что докопалась до истины, но теперь ощущала себя так, словно ее, как и всех остальных, обвели вокруг пальца.

– Сначала я распространял слухи и назначал встречи. Ездил по Лос-Анджелесу, знакомился с симпатичными, но недостаточно красивыми девушками. Разговаривал с умными мужчинами, которым не хватало навыков общения, или с отличными актерами, которым не повезло с внешностью. Я говорил им, что могу все изменить. Сначала мы заключали сделки лишь с актерами. Но потом мой брат захотел, чтобы у нас в долгу оказались люди, обладающие еще большей властью. Он всегда хотел большего. И получал, пока… наш отец обо всем не узнал.

– Подожди, я думала, вы делали это ради отца?

– Так и было. Только вот на него это не произвело впечатления. Я впервые увидел, как он разочаровался в Мейсоне. Отец сказал, что мы ничем не лучше мелких гангстеров и что он найдет себе другого наследника. На следующее утро отец умер, а Мейсон унаследовал все его способности. – Адам покачал головой, как будто все еще не мог в это поверить. – Хуже всего то, что я не сразу сообразил, в чем дело. Я решил, что причиной смерти стало то, что мы разбили ему сердце. Однако всему виной был Мейсон.

– Ты уверен?

Адам кивнул, и его гнев сменился болью.

– Мой брат убил отца, прежде чем тот смог найти нового наследника. Он знал, что по умолчанию все способности нашего отца перейдут к его старшему сыну. Тогда-то я попытался положить всему этому конец. Сказал брату, что мы должны остановиться. Я не хотел никого убивать. Не хотел причинять кому-либо боль, – продолжил Адам, но то, как грубо он произнес «причинять боль», заставило Холланд подумать, что он точно принимал в этом участие.

Холланд внезапно осознала, что, если останется, он причинит боль и ей. Эта история была самым тревожным из возможных сигналом, и все же Холланд обнаружила, что ей все меньше хочется уходить. Если Адам говорил правду, то ее врагом был не он, а его брат.

– Это стало причиной разлада между вами? – спросила она.

– Нет. Мейсон был счастлив использовать имя дьявола в одиночку. А у меня не было и частички магии нашего отца, так что я не представлял угрозы. До тех пор, пока не попытался лишить Мейсона способностей.

– Что произошло потом?

– Все прошло не очень хорошо. – Адам окинул взглядом гостиничный номер, чтобы убедиться, что они по-прежнему одни. – Возможно, занимаясь своим исследованием, ты заметила, что в последнее время никто не заключал сделок с дьяволом.

Вообще-то Холланд этого не заметила. Она была настолько зациклена на прошлом, что не обращала внимания на настоящее. Но Адам был прав. Холланд не могла припомнить ни одной недавней смерти знаменитости, которую получилось бы приписать дьяволу. И до вчерашнего вечера она ни разу не видела его брата в «Рузвельте».

– У моего брата все еще есть способности, но он не в состоянии их использовать… Пока что.

– Почему он не может их использовать? – уточнила Холланд.

– Украсть способность практически невозможно. Лучшее, что я мог сделать, – это заблокировать магию брата. Но все изменится, если он получит Сердце Алхимика.

– Думаешь, он его ищет?

– Да. Мейсон хотел заполучить его еще до того, как я лишил его возможности использовать способности. Он всегда его хотел. Как думаешь,