Алхимия секретов - Стефани Гарбер

– Только не в семье Тирни. Они славились способностью отличать правду от лжи. Понятное дело, когда твой отец узнал, что умрет молодым, они решили не делиться с ним способностью.

– Хотите сказать, что родители отреклись от него, потому что ему было предначертано умереть молодым? – Холланд всегда знала, что ее отец отдалился от семьи, просто не понимала почему. Тетя и дядя, которые вырастили ее, на самом деле не были кровными родственниками – лишь старыми друзьями родителей. К тому же они уехали из Лос-Анджелеса сразу после трагедии.

Ее так и подмывало спросить, живы ли еще ее бабушка и дедушка, но Холланд не была уверена, что хотела знать семью, которая отреклась от ее отца, потому что тому предстояло умереть слишком рано.

– Прежде чем вы начнете строго судить о семье вашего отца, вам следует знать, что возраст смерти часто учитывается при принятии решения о том, кто унаследует власть, – сообщил Часовщик. – Если бы ваш отец унаследовал способности, после его смерти они достались бы не вам, а Банку, поскольку существуют правила получения способностей до совершеннолетия. К тому же семья вашего отца понимала, что он не выполнит задание, которое я дал, чтобы продлить ему жизнь. Его задача, совсем как ваша, оказалась невыполнимой. Однако, в отличие от вас, я предостерег вашего отца не делать этого.

– Какое задание вы ему дали? – спросила Холланд.

– Я сказал вашему отцу, что он выиграет время, если найдет Сердце Алхимика и отдаст его одному из дьяволов.

– Что значит «одному из дьяволов»? – встревоженно уточнила Холланд. Не такую историю она слышала раньше. Во всех исследованиях, которые она проводила, дьявол был один. Она бросила взгляд на Адама, чтобы узнать, имеются ли у него какие-либо соображения по этому поводу, но тот, небрежно откинувшись на спинку дивана, как всегда, выглядел расслабленным.

Холланд толкнула его ногой, но он не пошевелился. Неужели уснул?

– Наконец-то, – выдохнул Часовщик. – Я уже испугался, что заварил слишком слабый чай.

– Вы сделали с ним это? – Холланд в ужасе уставилась на чашку Адама.

– Нет времени объяснять. – Часовщик бросил быстрый взгляд на свои часы. – У нас всего несколько минут до того, как мистер Бишоп проснется.

– Но зачем вы его усыпили? – Холланд осмотрела тщательно спланированную сцену: заснувший Адам, внезапно разволновавшийся Часовщик и три чайника, заполненные с расчетливой точностью.

– Как вы узнали, что я приду?

– Ваш отец сказал мне, – отрывисто ответил он.

– Но вы сказали, что семья не наделила его способностями.

– Не наделила.

– Но тогда…

– С вашими вопросами придется подождать, мисс Сент-Джеймс. – Часовщик сунул руку под подушку и вытащил длинный коричневый конверт. – Перед смертью ваш отец дал мне это. Он решил последовать моему совету: сказал, что сила Сердца слишком велика для человека и он не может отдать ее ни одному из дьяволов.

– Подождите, – снова перебила его Холланд, – пожалуйста, объясните, что вы подразумеваете под «ни одному из дьяволов»?

– Дьявола олицетворяют два человека, – тихо сказал он. – Два брата. – Часовщик снова перевел взгляд на Адама, но на этот раз у Холланд возникло неприятное ощущение, что сделал он это не чтобы проверить, спит ли тот.

– Хотите сказать…

– Нет, – прервал ее Часовщик. – Я ничего не говорил. – Но его взгляд снова остановился на Адаме, и Холланд четко осознала, что он имеет в виду.

Лежащий рядом с ней Адам, чьи глаза были закрыты, а золотистые локоны падали на лоб, определенно не был похож на дьявола. Возможно, она подумала так, когда впервые встретила его, но сейчас он казался ей просто красивым и безрассудным молодым человеком.

– Вы уверены? – уточнила Холланд. – Я видела, как в него стреляли. Видела, как он истекал кровью.

– Я не говорил, что он Бог, – разочарованно поджал губы Часовщик. – Так вы хотите тратить время на обсуждение этого вопроса или мне рассказать, что сказал ваш отец?

Холланд замолчала, хотя мысли об Адаме все еще оставались слишком громкими. Насколько хорошо Дженьюэри знала своего напарника?

Ее сестра рассказала Адаму об их родителях. Холланд никогда не доверяла кому-либо настолько, чтобы поделиться этим секретом. Единственная причина, по которой она рассказала об этом Гейбу, заключалась в том, что ее жизнь в буквальном смысле зависела от него. Теперь же Холланд чувствовала, что ее жизнь зависит от того, сможет ли она доверять Адаму и что дальше скажет ей Часовщик.

– Сообщив, что Сердце Алхимика слишком могущественно для любого человека, ваш отец попросил сохранить конверт, который я только что передал, пока не придет день, когда одна из его дочерей нанесет мне визит.

Холланд взглянула на конверт. По весу и размеру он напоминал папку, которая лежала в банковской ячейке. Вначале Холланд была чрезвычайно взволнована охотой за сокровищами, но теперь почувствовала притяжение, которое вернуло ее на землю, когда она представила, как отец перед смертью принес эту вещь Часовщику. То была не просто его последняя охота за сокровищами, а предсмертное желание. Она не могла его подвести.

И все же она не понимала, как ее отец узнал точное время их с Адамом визита. Если только у ее отца не было Сердца Алхимика, которое наделило его способностью заглядывать в будущее – точно так же, как оно наделяло магическими качествами людей, которые наткнулись на него в библиотеке с цепями.

Холланд крепче сжала конверт, словно пыталась защитить его.

– Мой отец обладал способностью видеть будущее?

– Видения могут быть обманчивы, – вздохнул Часовщик. – Не знаю, что видел ваш отец, но знаю, что всякий раз, когда кто-нибудь спрашивает меня, который час, я вижу множество вариантов развития событий. Будущее не становится неизменным, пока не превратится в прошлое. И чего бы это ни стоило… – Полосатый кот мяукнул, и Часовщик взглянул на часы. – У нас почти не остается времени. Поторопитесь, мисс Сент-Джеймс, положите этот конверт в сумку и никому его не показывайте. Поторопитесь, – повторил он. – Мисс Сент-Джеймс, положите этот конверт в сумку и никому его не показывайте.

Холланд в замешательстве посмотрела на него. По лбу Часовщика влажной полоской стекал пот. Или это была кровь? Несколько капель казались темнее остальных.

– С вами все хорошо?

– Поторопитесь, мисс Сент-Джеймс, положите этот конверт в сумку и никому его не показывайте. – Когда по лицу Часовщика скатилась пугающе красная капелька пота, он застыл на месте. Его губы, глаза, руки застыли, ничего не двигалось. Даже капля красного пота так и не упала на столешницу, а осталась висеть в воздухе.

У Холланд так сдавило грудь, что на секунду ей стало трудно дышать, и она решила, что тоже может