Рецепт выживания - Виктор Викторович Зайцев

А где ты взял паспорта, на которые открывал кооперативы? И как на тебя оформили нотариальные доверенности? — Нина понимала, тут не пройдёт версия о найденных паспортах. При оформлении доверенности нотариусы внимательно сверяют паспорт с его владельцем. Мне пришлось ответить ей практически правду, но, как я привык, не всю.

— С этими людьми я познакомился после Беловежской Пущи, когда меня чуть не убили собственные работодатели. При случае дам послушать аудиозапись, которой я подстраховался в последнюю минуту. Кстати, если погибну, можешь распоряжаться этой записью как угодно. Спрячу в известном нам обоим тайнике. Так вот, после того, как я чудом выжил, бежал из Москвы и вообще из страны, боялся всего. Поэтому уехал в Киев, где меня точно никто искать не будет. Там случайно встретил группу украинских охранников, которые также убегали от своего начальства. Может, это была общая идея высшего начальства — избавиться от свидетелей, не знаю. После недели проживания в Киеве, я уговорил украинцев приехать в Свердловск, чтобы пожить тут месяц. Мол, тут их украинское начальство не найдёт точно.

— Пока мы жили, я занялся открытием кооператива, парни от скуки решили примкнуть ко мне с такой идеей. Мол, ты управляй кооперативом, если разбогатеешь, если мы останемся в живых, через пару лет приедем в гости. Поделишься, коли будет чем. А не разбогатеешь, мы ничего не теряем. Долги российской налоговой инспекции на Украине не взыщут. Так мы и сделали. — Я замолчал, потом решил закончить своё бравурное выступление на минорной ноте.

— Несколько раз я пытался созвониться с ними по контрольным телефонам. Никто не ответил. Есть вероятность их смерти или они имитировали свою гибель, чтобы уехать за границу ещё дальше. В Европу, например. Вот такая фантастическая история с доверенностями. Это не полностью правда, часть я не могу рассказать. Поэтому стараюсь не рассказывать тебе лишнего. Как говорится, меньше знаешь, крепче спишь.

— Хочу прямо сейчас прослушать твою кассету, где тебя якобы хотят убить. — Явно сомневаясь в моей действительно фантастической истории, потребовала жена.

Мы вернулись в квартиру за двухкассетником. Вместе вышли из дома, и дошли к моему тайнику. В нём, кроме кассеты, лежали деньги, о которых я давно забыл. Тысяч тридцать долларов и сколько-то рублей.

— Вот видишь, я даже про деньги забыл, — усмехнулся я и включил воспроизведение кассеты. Негромко, чтобы прохожие не слышали. Ещё полчаса я гулял, как гопник, с магнитофоном на плече. А Нина всё внимательно слушала. Потом молчала, пока я не позвал её домой, замёрз. При подходе к подъезду жена спохватилась.

— Игорь — кто это?

— Мой куратор от начальника охраны Ельцина, Александра Васильевича Коржакова. Ты его видела на моих фотографиях у Белого дома и в Беловежской Пуще. Правда, Игоря нет на фотографиях. А сейчас мы положим кассету и деньги обратно в тайник. Вдруг со мной что случится, найдёшь способ использовать запись и деньги.

Замёрз я страшно на этой прогулке «с пристрастием». Нина наверняка тоже, так что утром пришлось её подлечить своими методами.

— Как ты это делаешь? — Утром проснулась совершенно здоровая жена.

— Ты разве не заметила, что за полгода замужества ни разу не болела, даже простудой? И Таня твоя не болела, а мои сотрудники тоже не болеют годами. Только потому, что я каждое утро с ними здороваюсь и желаю здоровья. Теперь понимаешь, почему меня так легко переводили в медицинские вузы? Потому, что проректоры об этом отлично знают. Поэтому меня и на интернатуре оставили в моём массажном кабинете. Чтобы чаще меня встречать и вызывать при необходимости, да реже болеть.

Продолжение разговора было уже на улице, потому что машина отказалась заводиться, и мы поехали на работу троллейбусом. Вот там, на остановке, я предложил Нине оформить на неё и Таню, если есть желание, хоть десяток квартир или другую недвижимость, чтобы они просто получали арендную плату от пользователей, и могли жить, как рантье во Франции. Жена обещала подумать и посоветоваться с Таней. Я согласился, лишний мозг в наших махинациях не помешает. В случае, если придётся просить у Тани помощи, она хоть не обидится, что её держали в неведении. Единственное, я попросил об истории с записью на кассете никому не говорить, даже Тане. Тут она ни в чём не поможет, а опасность навлечь на неё мы рискуем.

На работе мы пытались выполнять негласное указание губернатора, высказанное так косноязычно. Бухгалтерия затягивала выплату налогов и сборов максимально, юристы контролировали каждую платёжку, проверяя перспективы арбитражных судов по судебной практике. Мы якобы накапливали деньги таким методом для губернаторской администрации. А я ждал контрольного вызова в областную администрацию. Даже небольшую сумму наличными для этого скопил. Как раз по размерам задержанных платежей. Получилось вполне круглая сумма, я сам не ожидал такого. Больше десяти миллионов рублей мы платили за два месяца налогов и сборов во второй половине девяносто второго года.

Это ежемесячных, без квартальных и годовых выплат. Практически одних подоходных налогов и примыкающих к ним выплат. С этими деньгами в портфеле я ждал следующий вызов в администрацию со дня на день. Но вместо секретаря администрации позвонил Олег.

— Привет, Фёдор, тут у нас вопросы появились, помоги разрешить? Машина у твоего офиса ждёт, Лёха на ней.

Я собрался и вышел к машине конкурентов из ЧОПа «Защита», ну это формально конкурентов, а фактически мы с парнями дружим и нигде не пересекаемся по работе. А разговаривать на серьёзные темы по телефону я их отучил года три назад, если не раньше.

— Такое дело, Васильевич, — рассказал Алексей по пути, — какие-то уголовники устроили налёт на наши ларьки одновременно в трёх местах. Пока мы ловили одних, две другие группы здорово напакостили. Не столько украли, сколько побили, да продавщицам накостыляли. Двоих мы взяли, да молчат. А бить Олег не позволяет. После этого либо мы будем вынуждены их в землю закапывать, либо они на нас заявление напишут. Ни того, ни другого не хочется из-за каких-то ларьков.

— Организуйте мне отдельную комнату без свидетелей, да приведите туда одного из них. А я сразу в маске к вам зайду. Старые помнят, а молодым меня знать ни к чему, — вынес я своё заключение, пока ехали в офис ЧОПа.

Подрулил Лёха к чёрному входу и сам туда зашёл, чтоб всё приготовить. Я остался в машине, за это время раскатал вязаную шапочку на лицо и вывернул свою куртку наизнанку. Достаточно