Охотник. Лавка - Гоблин MeXXanik

— Почти готово, мастер Вельянов, — сказал старший из них. Он вынул из кармана кусок ветоши и принялся вытирать руки. — Осталось нам только закрепить пару последних хомутов, да тягу проверить.

Он подал знак своему напарнику и они сноровисто подкрутили отвертками в нужных местах.

— Теперь можно? — уточнил я, увидев, как рабочие убрали инструменты в широкий ремень на поясе.

Он что-то пробормотал, кивнул, подошёл к тумблеру, который был установлен рядом с дверью в лабораторию. Невидимый вентилятор где-то на крыше равномерно загудел. Я поднёс руку к решётке, воздух сильно потянуло вверх.

— Работает, — сказал я, чувствуя, как прохладный поток обдувает ладонь. — Отлично. Именно так и должно быть.

— Теперь что касается шумоизоляции, — добавил Лактионов, кивая в сторону стены, которой они занимались вчера. — Мы проложили каменной ватой и добавили дополнительный слой звукоизоляции. Теперь, даже если у вас, не приведи Творец, в лаборатории этой что-то и взорвётся, то соседи продолжат крепко спать и ничегошеньки не услышат. Толщина вот этой стены увеличилась почти на пятнадцать сантиметров. Но помещение большое, этой потери будет совсем незаметно.

Я подошёл к стене и аккуратно постучал костяшками пальцев. Звук был настолько глухим, каким он бывает, когда стучишь по толстому бревну.

— Хорошо, — согласно кивнул я, разворачиваясь к артельщику. — Надеюсь, что это именно то, чего от нас и требовала комиссия. Они в прошлый раз во время осмотра так к этой стене придирались, будто мы в центре города напротив Синода собираемся кузницу открывать.

Лактионов покачал головой:

— Первый раз такое вижу. Я в этой артели, почитай двадцать лет уже тружусь, мастер Вельянов. И никогда раньше не слышал, чтобы синодники требовали какой-то особенной шумоизоляции для простой лавки травников. Мы всегда возводили стандартную перегородку, и никто никогда не жаловался. А тут… будто вы не травы продавать здесь собираетесь, а развесной порох.

— Время сейчас такое, нелегкое, — ответил я, вспомнив слова Вержбицкого. — Наверное, какие-то новые требования, поди знай.

— Ну-ну, — усмехнулся он, чуть качнув головой. — Вам, знамо дело, виднее. Главное, что теперь точно готово. Всё, что от нас зависело, мы сделали на совесть.

Артельщики закончили, придирчиво осмотрели ещё раз вытяжку, убрали инструменты в металлические ящики. Я выдал им остаток денег за выполненные работы, и они попрощались и вышли, аккуратно прикрыв за собой входную дверь. Оставшись один, прошёлся по помещению, осматривая полки, стойку, лабораторию. На мой взгляд, все выглядело почти идеально.

Я закрыл дверь на ключ, проверил, хорошо ли защёлкнулся замок и вышел к машине. Пришло время посетить ещё одно заведение…

Глава 23

Все мы в одной лодке

Мы вышли из лавки и подошли к авто.

— Куда дальше? — уточнила Агафья.

Я только вздохнул и открыл дверь. Сел на водительское сиденье, задумчиво побарабанил пальцами по рулевому колесу. Предстоял ещё один разговор, которого я ждал примерно с таким же энтузиазмом, как визита к зубному лекарю.

— Крейцер? — догадалась травница, и я кивнул:

— Он самый.

— Может быть, я поеду с тобой? — предложила девушка.

Я пожал плечами:

— Но предупреждаю сразу: зрелище будет не самое увлекательное.

Агафья улыбнулась:

— Вдвоём искать подвохи проще.

С этим аргументом спорить было сложно. Я кивнул, завёл двигатель, вырулил с парковки и направился к центру.

Контора Крейцера располагалась в одном из домов старого фонда.

Я припарковался через дорогу, осматривая строение. Это было пятиэтажное, облицованное темным гранитом здание из серого камня, которое стояло чуть в стороне от основной улицы. Первый этаж здания арендовали различные конторы. Под крышей сохранилась старая лепнина: львиные морды и совершенно неуместные пухлые ангелочки.

Перед входом была припаркована пара дорогих автомобилей, а у тротуара стоял пожилой мужчина в хорошем костюме, то и дело поглядывая на папку с документами в руках. Чуть поодаль молодая женщина что-то раздражённо объясняла своему спутнику, показывая на окна второго этажа.

— Уютное место, — заметила Агафья. — Я представляла его контору иначе.

Я с интересом взглянул на нее:

— Как?

Травница пожала плечами:

— Не знаю. Мрачнее. Решётки на окнах, ростовщики в чёрных балахонах, черепа должников.

— Черепа плохо сочетаются с деловой репутацией, — буркнул я и открыл дверь.

— Зато сразу понятно, что будет, если не заплатишь.

Я усмехнулся и вышел из машины.

Вблизи дом производил ещё более солидное впечатление. А массивная дубовая дверь конторы была такой тяжёлой, что, казалось, могла выдержать небольшой таран. Латунные ручки блестели, словно их натирали каждый час, а под козырьком висел совсем незаметный защитный амулет, на котором я задержал взгляд. Плетение было простым, но добротным. И играло одновременно роль проверки на оружие и сигнализации.

— «Шелагин и партнеры» хорошо охраняют свои деньги, — пробормотал я и потянул дверь на себя.

Внутри нас встретила прохладная тишина. Холл был отделан куда богаче фасада. Пол из светлого камня, тёмные деревянные панели на стенах, мягкий ковёр от входа до широкой лестницы. Справа располагалась стойка секретаря, слева был небольшой зал ожидания с кожаными креслами и столиком, на котором аккуратно лежали сегодняшние газеты.

А еще, в помещении царила тишина. И именно это почему-то настораживало сильнее любой показной роскоши.

За стойкой сидел молодой мужчина в безупречно выглаженной серой рубашке. Увидев меня, он сразу поднялся.

— Добрый день, — начал было он.

— Добрый, — ответил я, поравнявшись с ним. — У меня назначена встреча с мастером Крейцером…

Мужчина кивнул и улыбнулся ровно настолько, насколько требовала вежливость.

— Вас уже ожидают. Прошу за мной.

С этими словами он направился вглубь помещения, вдоль дверей, из-за которых слышались приглушенные голоса. Мы переглянулись и последовали за ним.

— Теперь черепа над дверью мне нравились бы больше, — едва слышно произнесла Агафья. — Это было бы честнее.

Я с трудом сдержал улыбку.

Похоже, предстоящий разговор всё-таки обещал быть чуть интереснее, чем я рассчитывал.

* * *

Секретарь проводил нас до знакомого кабинета. Открыл дверь и посторонился, пропуская нас внутрь.

— Спасибо, — произнес я и шагнул в помещение.

Видимо, Крейцер и правда был в конторе на особом счету. И работал только с самыми сложными долгами. Потому что взыскатель занимал отдельный кабинет. Пусть небольшой, но обставленный со вкусом.

У дальней стены стоял массивный из тёмного дерева письменный стол, на поверхности которого не было ничего лишнего: подставка с