Путь Стратега 3 - Саша Токсик

Пусть не сразу, но Митяй начал понимать мои расценки. Больше всего еды крот получал за куски чистого малахита, следом уже шла руда с примесями, а вот за пустую породу крот получал лишь жалкие крохи. Такие, что мутант быстро смекнул, что они даже не стоят его усилий.

К вечеру крот стал выплевывать кучи малахита мне под ноги, при этом требуя мгновенной оплаты.

Причем делал он это с такой скоростью, что вся горная артель вскоре была вынуждена забросить кирки и перейти исключительно на сортировку руды и перекладывание её в корзины.

За один неполный день Митяй добыл больше, чем вся артель Кузи за трое суток. И это ведь было только начало!

Мужики смотрели на происходящее и не могли поднять челюсти с земли. Они-то и помыслить не могли о столь высокой эффективности труда.

Кроту-рудоеду не нужно было гадать, где могла быть нужная нам жила. Ему не составляло труда и добраться до ее содержимого.

В подтверждение этого на краю оврага уже стояло десять полных корзин. И сколько ещё их будет!

Уже одним только этим походом я окупил все траты на еду для Митяя. И сколько ещё получится заработать…

Представив эту сумму, я едва удержался от того, чтобы не зажмуриться от удовольствия.

Да, Митяй обошёлся моей деревне в копеечку. Но, как говорится, кто не рискует, тот не пьет травяной взвар по вечерам!

* * *

— Низко идёт — значит, к дождю, — заявил я.

— Вы так думаете? — удивился Голубцов.

— Определенно, — хмыкнул я, — но ты продолжай.

— Да, конечно, кхм-кхм, — староста прочистил горло и продолжил чтение своего доклада. — Работа пошла на удивление гладко…

Как только вопрос с Митяем разрешился и Крот-рудоед начал вовсю работать на нашем месторождении, мое внимание переключилось на тему, которую я всё откладывал в долгий ящик.

А конкретно вопрос обороноспособности моего поселения.

В первый месяц мне конкретно было не до того. Хватало более важных вопросов. Но что важнее — в Дальней не было достаточного числа рабочих рук.

Это ведь на словах легко — оградить поселение самым примитивным частоколом. На деле же это десятки и сотни срубленных и обработанных стволов деревьев. Которые, между прочим, будет куда выгоднее продать караванщику, нежели просто вкопать в землю.

Когда же эти самые рабочие руки появились — я всё ещё сосредоточил усилия деревни на новых источниках заработка: рыбная ловля, медь и малахит.

Я был уверен, что другим Стратегам, как и мне, будет несколько не до набегов на соседей и грабежей.

Но сейчас я должен был откорректировать курс развития своего поселения. Сначала Рагнар, затем Щербатов, а вслед за ними и Волков отчётливо дали понять, что вероятность прямого столкновения куда выше, чем я предполагал изначально.

Играть по правилам будут лишь единицы. И потому я должен был укрепить Дальнюю. Тот же Рагнар взял своего соседа одним лихим ночным налетом, пока тот того не ждал. Волков же взял защитников Упахалово в клещи, заслав в стан Меченого своих диверсантов.

Как можно было защититься от всего этого? Самый очевидный ответ — стена.

Будь у Меченого стена, и он бы наверняка смог отбиться от коварной атаки Дементия. Стена для того и создана, чтобы отбиваться от превосходящих сил малым числом защитников.

Вопрос был в следующем — какую стену должен был построить я? Соорудить что-то из камня, из кирпича? Увы, но на это уйдут месяцы, а то и годы.

Тогда снова из дерева? Это был основной сейчас вариант, но объем работы откровенно пугал. Даже когда речь шла о нашем небольшом поселении на сто человек.

И вот тут появление Митяя пришлось как никогда кстати. Вместо того, чтобы поставить один лишь частокол вокруг деревни, я задумал насыпать полноценный земляной вал!

Снаружи деревни любого врага будет встречать ров. Удобно, что рядом с нами находится река. Сразу за рвом будет расположен частокол, к которому изнутри будет подниматься пологий земляной вал. Это позволит защитникам стоять над частоколом и вполне успешно обороняться от атакующих.

Почему я вообще задумал такое усложнение? Не проще ли оградить деревню деревянным забором, и дело с концом? Зачем создавать столь грандиозный фронт работ?

А я вам отвечу… для жителей деревни это бы стало неподъёмным проектом, над которым пришлось бы пахать не меньше месяца.

Но для нашего Крота-рудоеда? Это была воистину плёвая задача.

Вот и сейчас я, слушая доклад Голубцова, смотрел на то, как Тимофей шел вдоль воткнутых в землю жердей и стучал в барабан. А Крот-рудоед неторопливо плыл за ним.

Не под землёй в этот раз, а по самому верху, вспарывая дёрн, как плуг, и уходя вниз ровно настолько, чтобы за ним оставалась траншея. Земля летела из-под лап в обе стороны. За кротом шли мужики с лопатами, по трое с каждой стороны, и кидали её на будущую насыпь, на будущий земляной вал.

Я стоял на пригорке и смотрел на то, как работа, на которую могла уйти целая неделя, выполнялась за неполных пару часов.

Чудеса механизации! Разве что вместо бульдозера, экскаватора и бура у нас один Митяй.

Да и вообще, удивительно, но Крот-рудоед достаточно скоро стал пользоваться такой популярностью у моих руководителей отрядов, что Голубцову пришлось завести на него отдельную бересту с очередью. Очередь соблюдали. Первые два дня. Йорик использовал Митяя для стройки фундамента будущей кузницы, да и для того же частокола. Ростислав забирал крота на смену в нашем овраге, а также в дубраву, где крот помогал выкорчевывать дубовые пни.

Даже Елисей нашел, о чем договориться с Митяем! Он использовал крота для поиска редких корешков, которые росли под землёй. Человеку их отыскать было физически тяжело. Каждый метр леса ведь не перекопаешь. Но того же нельзя было сказать о Митяе. И я даже не знаю, как внук друида смог передать кроту то, чего он от него требовал, но Митяй в последнее время начал приносить нашему травнику какие-то свои находки.

Не те, что были нужны Елисею, но это уже какой-никакой прогресс.

Йорик уже дважды приходил ко мне с жалобой, что Ростислав увёл Митяя в его смену. Ростислав приходил с жалобой на Елисея. Елисей не жаловался, но корешков у него прибавлялось подозрительно быстро.

— Если всё и дальше пойдёт так, то с валом мы справимся дня за четыре, — продолжал меж тем Голубцов свой доклад.

Рабочие как раз взяли перерыв, и Тимофей увел Митяя вглубь деревни. Наконец в Дальней всё было спокойно, и я мог сосредоточиться на