Металлический вкус космоса. Пенталогия в одном томе - Юрий Корнеев

и человеком быть перестану, и сполотом не стану. И сколько я тогда проживу? А ведь долгожительство – это главная замануха Содружества. Все эти высокотехнологичные штучки-дрючки – ерунда по сравнению с тем, что и в тридцать лет ты можешь считать себя юношей, а в сто – молодым человеком.

Поднялся из ложемента и пошёл к себе. Разделся и залез в душ. Вроде и не делал ничего, а пропотел, как будто километров пять пробежал в хорошем темпе. Потом прошёл в кают-компанию. Линда уже поджидала меня. В коротенькой рубашке, или это халат? Нет, халат на застёжках, а на ней надета сплошная рубаха. Ух, как аппетитно выглядит! Но, вообще-то, это непорядок. При уходе в гипер, а особенно при выходе из него, все на корабле должны находиться в скафандрах, а она его вообще ни разу не надела. Правда, и скафандры у нас не фонтан – старые технические. Хотя для Линды нормально, она на корабле числится техником, а вот мне не очень удобно. Надо будет потом прикупить себе пилотский. Да и Линде что-нибудь попроличней. Ну а теперь заслуженный обед, а потом – сладкое. Или сначала сладкое? А то потом на полный желудок будет не очень комфортно. Решено, так и поступлю. Я поймал Линду за руку и усадил к себе на колени. Ну и…

Все семь дней прыжка мы, можно сказать, провалялись в постели. Даже на учёбу тратили меньше времени. То есть я тратил меньше времени, Линде-то учить итак было нечего. А от тренажёра она уже шарахалась. Поэтому старалась вовсю, чтобы туда попадать пореже, но мне это только в радость.

Глава 11

Из гипера я выходил без слияния. В рубке со мной в этот раз находилась Линда. Как и положено, в скафандре. Сидела она в кресле пилота. Теперь это именно кресло. Раньше, в ложементе, приходилось находиться полулёжа, но Линда попросила подрегулировать его для неё так, чтобы она могла сидеть, а не лежать. Лёжа, плохо видно происходящее на экранах. Я приказал искину, и он отрегулировал ложемент так, как и хотелось Линде. Я попробовал посидеть, и мне тоже понравилось, так что и себе отрегулировал. Теперь это кресла, и пилотские, и капитанское. А всё, что происходит, мы наблюдали на экранах. Хотя мне это уже было не очень интересно. Обыденно. Вот пошёл отсчёт: минута до выхода. Вот: три, два, один, выход. И тут же доклад искина:

– Вижу четыре тепловых засветки.

Я даже растерялся. Что за хрень, откуда? Потом, через пару мгновений, взял себя в руки и вошёл в слияние. И в самом деле, четыре тусклых красных пятнышка, довольно больших. Значит, недалеко. Да, крайнее от меня всего в полусекунде. В астрономической полусекунде, то есть в ста пятидесяти тысячах километров. А это близко, очень близко. Остальные чуть дальше, расположились дугой.

Я тут же стал накачивать силовые щиты энергией. Так-то они у меня всегда на половинной мощности, чтобы не тратить зря энергию – топливные стержни для реактора тоже денег стоят. Хорошо, движки тёплые, и греть их не надо, и я тут же на всей доступной мощности рванул в сторону от засветок, при этом посылая запрос на коды идентификаторов. Ответа не получил. Раз идентификаторов нет, значит, пираты. Вот тебе, и прогулка! Чтоб тебя Гор тряхнуло, подняло и три раза об пол шваркнуло!

Крайняя засветка двинулась в мою сторону – я включил приближение. Ага, фрегат, второй класс, четвёртое поколение. А дальше что? Два крейсера и ещё один фрегат. Средний крейсер четвёртого поколения и лёгкий крейсер пятого. А фрегат тоже второго класса, но уже пятого поколения. Решили просто отогнать меня подальше, чтобы не мешал большим дядям делом заниматься. Я им, по-видимому, не нужен, им грузовик с ценным грузом нужен.

Да, Гор, кто-то тебя, по-видимому, сдал, ждут эти искатели удачи наверняка именно нас. И что делать? Выйдет Гор, конечно, не там же, где и я, но поблизости. Во всяком случае, хоть с одного корабля, но его достанут, а потом и остальные подтянутся. Грамотно встали, сволочи! Грохнут ведь его, а потом спокойно заберут грузовик, ему сопротивляться просто нечем. А мне что делать? Удрать я смогу – это без вопросов. А дальше как? На станции могу и лапши на уши навешать, что бился, как лев, но врагов было слишком много и пришлось уходить. Но имидж себе подпорчу. Как раз среди своих потенциальных клиентов. Но не это главное – сам-то как жить дальше буду? Себе-то лапши на уши не навешаешь. А-а-а, гори оно всё синим огнём!

Скорость я уже набрал приличную, и мой преследователь стал отставать. Да и не страшен он мне: с моим щитом, который уже набрал полную мощность, его пушчонка ничего не сделает, так что на него не обращаем внимания. Я стал уходить вправо, перпендикулярно выстроившимся засадникам. Ушёл довольно далеко, пятна кораблей еле видны. Потом стал разгоняться и по дуге разворачиваться.

Прошло уже минут десять, как я вышел из гипера, значит, Гор появится минут через 20. Разворачиваться и лететь обратно мне ещё десять минут. Значит, продержаться мне минут 10, максимум пятнадцать.

Я выбрал лёгкий крейсер и со всей дури пёр к нему. Так, где там мой преследователь? Тоже разворачивается, но далеко, очень далеко. С такого расстояния стрелять не будет, без толку. Так, щит распределяем: максимум на переднюю полусферу и небольшую часть на заднюю. Даже если фрегат и начнёт палить и даже если вдруг попадёт, всё равно щит не пробьёт. А вот у крейсера пушка посерьёзнее, как и у меня, 200 мм, и не обрезанная. Это у меня еврейский вариант, зато в двойном исполнении.

Так, что там у нас? Ага, крейсер открыл огонь и попал, сволочь. А как не попасть, если я дуром пру прямо на него, никуда не сворачивая? Попал, но щит практически не просел. Ага, ещё раз попал: щит просел на два процента. Ну, да, я же всё ближе и ближе. Но вот сам стрелять не могу – мои обрезанные стрелялки если и добьют, то вреда никакого не причинят. Вот зараза, опять попал! Щит просел ещё на пять процентов. Ну, это ерунда, этим меня не напугаешь. Опять попал и опять, и опять. Ну, теперь держись, теперь моя очередь!

Залп. Почти залп: орудия выстрелили с разделением в миллисекунды, как и были настроены. И чего мы имеем? А имеем мы замечательную картину: первый снаряд пробил щит,