Сердце отваги измеряется численностью. Книга 6 - allig_eri

Угу. «Птицы и насекомые». Разве что мои, сука, потому что иных я чего-то не вижу!

Вставлять своё мнение я, однако, не спешил. Нужно сохранить хоть какой-то боевой дух.

— Мы всего в дне пути от города, — добавил Далкон Бёрт.

И эти слова сработали. Разнородное войско зашевелилось, ощущая энтузиазм. Я же вновь пытался «прощупать» Хаттофи, всё больше осознавая: с городом что-то не так.

Мухи теряли контроль. Попытка подкопаться через землю ни к чему не привела, а ближайшие дома, которые я обследовал Аурой, теперь оказались пустыми.

Люди ушли? Их перенесли? Это ловушка?

Было логично предполагать последнее, но… я не видел смысла. И обороны тоже не видел. Если в Брохусе армию встретила натуральная полоса препятствий, но здесь всё казалось мирно, как на детской песочнице.

Я даже не стал делиться мыслями с остальными. Знал, что решение всё равно не изменится. И пусть я мог попытаться надавить, но… Пока не видел смысла.

Посмотрим, что будет. В крайнем случае я всегда смогу отступить, ведь теперь не рискую создавать себе тело, а единственная Хриоса, вытащенная из мёртвой руки Изизы, ныне находилась у Годарта.

— Это просто трупы на палках! — разорялся внизу один из офицеров, подгоняя народ быстрее топать по полю. — Пугала и больше ничего! Рассчитаны как раз на таких суеверных дурачков, как ты, Плакса. А ты, Гуляш, вообще заткнись! Р-распустились, мать вашу! Хотите, чтобы Затмение добавил вам жалом по жопе, для ускорения⁈

Я поморщился. Добавлять «жалом по жопе», особенно мужикам, мне совершенно не хотелось!

На миг перед глазами возникло лицо Заны, с которой я так и не встретился со времён ухода в Диргос. То есть, уже более трёх месяцев…

М-да, а ведь рано или поздно мы столкнёмся. И что ей сказать я всё ещё не знал.

Постепенно народ расслабился. Руки перестали сжиматься на рукоятях оружия, перестали поднимать щиты на любой подозрительных звук. Кто-то даже тыкал пальцем в чёрную жижу, нюхал, рассматривал. Изучали подошву сапогов, размазывая «нефть» по земле.

— Смола, — предположил кривозубый африд с топором за поясом. — Серебрушку ставлю, что смола!

Облизнув палец, этот кретин поморщился, сплюнул, почесал висок, пожал плечами.

— Смола? — спросил его товарищ.

— Хер бы знал, — неопределённо ответил африд. — Только как они её в трупы закачали⁈

Некоторое время я следил за ним, но придурок не демонстрировал следов отравления или приближающейся смерти. Шагал спокойно, как остальные.

Всё изменилось в один миг.

С сухим треском из досок посыпались гвозди, позволяя рукам мертвеца освободиться. Резким движением ближайшее к колонне пугало сорвалось с креста, прыгая в толпу солдат и издавая визгливый то ли крик, то ли боевой клич.

Ещё миг — и тварь уже на груди у всадника, вгрызалась в лицо, игнорируя сталь, вошедшую в брюхо. А следом затрещало всё поле. Хруст выдираемых из дерева гвоздей слился в единый, невыносимый скрежет.

Глава 21

Умерший Бог

— Оружие! — заорал офицер, покуда новые твари сдирали с лиц мешковину, демонстрируя бледно-серые перекошенные морды типичных зомби.

Твою же мать! Это было… так очевидно, что даже не верилось. Похоже на способность Запретного Плода. Или особо изощрённой алхимии. Но ставлю именно на первое.

Пугала срывались с крестов со всего поля. Сотни, тысячи. Дёргано поднимались с земли, срывали мешки с лиц и бросались на войска.

Первые верещащие от ужаса ряды смяли буквально на секунды. Не помогли ни мухи, ни выступившие вперёд воители, ни поднятые в небо щиты. Свою роль сыграла неожиданность и паника. Да и сами твари… Их было слишком много, они оказались весьма сильны, а ещё — совершенно не заботились о защите.

И… это была не лучшая тактика. Пришедшие в себя африды, с поддержкой мух и даже созданных мною воронов начали весьма лихо крошить зомбаков, нарубая их на куски. Это, увы, был единственный способ с ними совладать. Через некоторое время мистическая сила переставала поддерживать «не жизнь» в разрубленном теле, покидая его.

— Бей! Бей! — разорялись командиры.

Воины били, рубили, кромсали. Земля быстро превратилась в месиво из грязи, крови и чёрной жижи. Люди скользили, падали, поднимались и снова рубили.

Копейщики отбрасывали бесполезные палки, выхватывали топоры и мечи. Лучники тоже вынужденно переключились на оружие ближнего боя, вовремя осознав свою бесперспективность.

Я же не сдерживался вообще. Рой изничтожал мертвецов, используя не только жала и челюсти, но и кислоту. Личинки, кстати, тоже хорошо себя зарекомендовали, пожирая труп изнутри.

Энергию не экономил. Потом отожрусь. Успею! Сейчас надо не дать трупакам ополовинить армию. Она ещё пригодится.

— Держать строй! — орал Нильтас в центре войска. — Держать, мать вашу!

Строя не было. Колонна рассыпалась — солдаты рубили мертвецов, отступали, спотыкались о тех, кто уже упал. Воители с Аурой держались лучше — Годарт прошёл сквозь троих пугал одним движением, могучая секира сносила головы даже без замаха. Безголовые мертвецы резко теряли возможности в ориентировании, превращаясь в живые манекены для отработки приёмов.

Трупы начали быстро сокращать своё число и казалось, что повезло отделаться малой кровью — погибло, на вскидку, в районе четырёх-пяти сотен солдат, но…

Умершие воины, каждый из которых нёс следы чёрной жидкости, начали подниматься как новые пугала. Твою же мать! Вот это действительно плохо!

Обгрызенные лица, разорванные когтями тела, порой не имеющие рук или ног, зато способные похвастать какими-то доспехами, — они нападали в спину бывшим товарищам, создавая панику и неразбериху. Имею в виду, ещё бóльшую, чем было прежде.

— Держать оборону, не подставляться! — частично трансформировав себя, закричал я, а потом начал стремительно тратить энергию, увеличивая рой. Попутно принялся наполнять его Аурой Атаки, буквально разрывая трупы на куски за сущие мгновения.

С неприятным удивлением обнаружил среди зомби воителей, которые… могли использовать Ауру! Отвратительно.

Поднявшиеся товарищи не вызвали у живых того же ступора, который был изначально. Трупаков принялись ожесточённо убивать, не делая различий между своим и чужим. Какая разница, если это и так уже труп⁈

Благо, среди войска не нашлось идиотов, которые бы начали причитать о некоем способе «исцеления несчастных». То ли тут собрались сплошь чёрствые сухари, то ли свою роль сыграл состав: африды и ополченцы из «простых» людей редко горели желанием менять мир, как современные бездельники, которым лишь бы написать о «чудовищном ущемлении».

Но даже так основную работу делал я. Мухи облепляли зомбаков