Фантастика 2026-4 - Артемий Скабер

А ведь ещё неделю назад я думал, что степные ползуны — это просто тупые твари, которыми как-то управляют. Теперь же знаю о них гораздо больше: как они живут, как размножаются, как взаимодействуют с другими видами монстров.

Правда, убийство смотрителя загона и уничтожение стольких монстров точно вызовет вопросы у турок. Но это уже их проблемы, а не мои. Я тут стараюсь, как могу, выполняю свою задачу. И если в процессе мне удалось нанести врагу серьёзный урон — что ж, тем лучше.

Закончив со сбором трофеев, ещё раз окинул взглядом место бойни. Иногда, в моменты вроде этого, меня посещала странная мысль: «Каким бы я стал, если бы попал в этот мир простым человеком? Если бы продолжал обычную жизнь, не сталкиваясь с монстрами, магией и войной?»

Но эти размышления были бесполезны. Я здесь и должен играть теми картами, которые мне раздала судьба. И пока, надо признать, делаю это неплохо.

Что ж, пора возвращаться. Часы показывали почти пять утра. Скоро рассвет, и выбираться на поверхность станет гораздо сложнее.

Я вернулся к месту, ведущему наверх. Морозный паучок, всё ещё в невидимости, двигался рядом со мной, готовый в любой момент увезти прочь.Но проблема оказалась в том, что туннель, по которому мы спустились, частично обвалился во время боя. Теперь выйти тем же путём было невозможно. Пришлось искать другой способ вернуться наверх.

Я осмотрел стены и потолок, ища слабые места или естественные проходы. Ничего подходящего. Придётся создавать путь самому.

Паучку это явно не под силу. Он хорош для передвижения, но его конечности не предназначены для копания в плотной почве. Нужно что-то покрупнее и посильнее.

— Ам, — позвал я, активируя пространственное кольцо.

Водяной медведь материализовался передо мной, всё ещё покрытый засохшей кровью и слизью после недавней битвы. Он сонно моргнул, явно недовольный, что его потревожили.

— Па-па? — вопросительно произнёс.

— Нужно выкопать проход наверх, — объяснил я, указывая на потолок туннеля. — Сможешь?

Он осмотрел своды, принюхался, а затем кивнул. Его мощные когти, способные разрывать металл, должны легко справиться с землёй и камнями.

— Хорошо, — дал я команду. — Начинай.

Водяной медведь поднялся на задние лапы и стал рыть. Его когти с лёгкостью вспарывали почву, отбрасывая комья земли в стороны. Я отступил, чтобы не быть засыпанным.

Скорость, с которой Ам продвигался, впечатляла. За несколько минут он уже создал солидную дыру в потолке и теперь копал вертикально вверх. Земля сыпалась вниз, образуя небольшой холм под местом работы.

После усиленного копания сверху забрезжил свет. Не яркий солнечный луч, а, скорее, предрассветные сумерки. Но даже этого было достаточно, чтобы понять: мы почти на поверхности.

— Ещё немного, — подбодрил я Ама, и тот удвоил усилия.

Наконец, последний слой земли был пробит, и в туннель ворвался свежий воздух. Медведь высунул голову наружу, осмотрелся и заворчал, давая понять, что путь свободен.

Теперь начинается самая сложная часть. Как выбраться на поверхность без риска быть замеченным? Я был покрыт песком, кровью и внутренностями монстров. Мой паучок тоже весь в грязи, и его способность к невидимости сейчас работала не на полную мощность. Пришлось импровизировать.

— Ам, — обратился к водяному медведю. — Сможешь нас с паучком вытолкнуть наверх?

Монстр кивнул, и мы приготовились к подъёму. Ам поместил нас на свои передние лапы и одним мощным движением вытолкнул наверх. Мы вылетели из отверстия и приземлились на поверхности. Я тут же убрал медведя обратно в пространственное кольцо, а следом и грязного паучка. Достал нового, чистого, и забрался на него, активируя невидимость.

Вокруг было ещё темно, но восток уже начинал светлеть. Утренний туман стелился по земле, создавая дополнительную маскировку. Вдалеке виднелись огни турецких позиций, а с другой стороны — очертания русского лагеря.

Я улыбнулся, вдыхая свежий утренний воздух. Моя вылазка прошла более чем успешно.

Направив паучка в сторону наших позиций, постарался выбрать маршрут, где было меньше всего часовых и патрулей. Через пару минут будет подниматься солнце, мои проснутся и у нас начнётся ещё один весёлый день.

По пути я заметил какое-то движение справа. Изменил направление, решил проверить, что там происходит. И тут меня ждал сюрприз. В небольшом углублении, скрытом от посторонних глаз, стояли двое. Я остановил паучка, спрыгнул с него и отправил в кольцо. Отряхнул одежду от пыли, убрал с лица следы крови монстров и направился к парочке.

— А что вы тут делаете, а? — спросил, спрыгивая в траншею, чем заставил обоих резко обернуться.

Рязанов от неожиданности выронил сигарету. Екатерина Руднева застыла с широко открытыми глазами.

Глава 8

Рука девушки инстинктивно дёрнулась к поясу, где, скорее всего, было спрятано оружие, но тут же замерла.

Повисло напряжённое молчание. Рязанов явно не ожидал увидеть меня. Его лицо, обычно спокойное и невозмутимое, на мгновение исказилось тревогой. Екатерина, напротив, быстро взяла себя в руки. Глаза девушки сузились, а плечи расправились, словно она готовилась к конфронтации.

— Я спрашиваю, что вы тут делаете? — повторил вопрос, переводя взгляд с одного на другую.

Руднева первой нарушила молчание. Её голос прозвучал уверенно, но слишком быстро, выдавая волнение:

— Магинский, ты появляешься как чёрт из табакерки. Мы просто беседуем, — она пожала плечами, сделав вид, будто ничего странного не происходит. — А в чём проблема?

Рязанов тем временем потупил взгляд, разглядывая носки своих сапог с таким интересом, словно видел их впервые.

— А проблема в том, Руднева, что вы оба должны быть не здесь, — я оглядел окрестности. Предрассветный туман окутывал землю, скрывая нас от возможных свидетелей. — Рязанов вообще обязан находиться в казарме под присмотром. А ты… Что ты забыла на нашей территории?

— А сам-то что тут делаешь? — попыталась перевести тему девушка, скрестив руки на груди.

Её взгляд стал вызывающим, словно это я был нарушителем, а не они.

— Не твоё дело, лейтенант! — резко оборвал Рудневу. — Викентий Никодимович, в казарму, я потом с вами поговорю. Выполнять!

Рязанов тяжело вздохнул. Я заметил, как он бросил прощальный взгляд на девушку, в котором читались беспокойство и какая-то немая просьба. Граф выбрался из траншеи и направился в сторону казармы, не сказав ни слова.

Мысленно сделал зарубку дать втык командирам, что пропустили засранца. Но это потом, сейчас