Фантастика 2026-4 - Артемий Скабер

— Слушаю, — повернулся к Рудневой, когда Рязанов скрылся из виду.

Екатерина расправила складки на форме и подняла подбородок. Всем своим видом она демонстрировала, что не признаёт мой авторитет.

— Магинский, это тебя не касается, — врубила обратку девушка, и её губы сжались в тонкую линию.

— Думаешь? — чуть склонил голову, рассматривая с насмешливым интересом. — Ну, тогда без обид. Появишься ещё раз у моей казармы — прикажу тебя расстрелять. А с Рязановым… у меня будет долгий разговор, после которого он отправится в госпиталь восстанавливаться. Слышал, ему там нравится.

Глаза Екатерины вспыхнули яростью. Она шагнула ко мне, сокращая расстояние, и с силой ударила кулаком в грудь.

— Вот что ты за человек? — воскликнула Катя, едва сдерживая гнев. — Почему всегда?.. — оборвала фразу, будто подбирая слова. — Он сотрудник ССР, его направили к тебе.

— Чтобы за мной следить? — уточнил я, скрестив руки на груди.

— Да! — поморщилась девушка, словно признание далось ей с трудом. — Таков приказ. Тут важный участок фронта, а ты крайне эксцентричная личность. Ещё твоё общение и отношения с майором Сосулькиным. К тому же предстал перед князем, — она говорила быстро, как заученный текст. — Сам понимаешь, начальство хочет понять, что за игру ты ведёшь.

Я не мог не улыбнуться. Наивно полагать, что поверю в такую откровенную чушь. Да, конечно, за мной следят — это факт. Но не столь примитивно и не так открыто.

— И ты думаешь, я в эту ерунду поверю? — улыбка стала шире.

Руднёва открыла рот и начала заикаться от возмущения. Её щёки покрылись красными пятнами.

— Ты о чём? — выдавила из себя девушка. — Это правда!

— Какие документы он тебе передавал? Какое послание ты вручила ему? — хмыкнул, наблюдая за реакцией. — Ещё есть возможность сказать правду. Иначе я могу её и силой получить.

Девушка отшатнулась, словно от пощёчины. Глаза расширились, а рука снова непроизвольно дёрнулась к поясу. Но в этот раз Катя справилась с собой быстрее.

— Тогда! Тогда… — вспыхнула она. — Тебя казнят! Понял? Это секретная информация. Понимаешь? Я ничего не расскажу, хоть пытай, насилуй.

— Ой да кому ты нужна, — улыбнулся, глядя на её вспыхнувшее лицо. — Ты свой выбор сделала. Удачи! Лучше не будь рядом с моими людьми.

Развернулся и пошёл. Краем глаза заметил, как девушка покраснела ещё сильнее — от злости или от стыда, понять трудно. Она даже руку подняла, чтобы потрясти ею в моём направлении, но так и не решилась выкрикнуть что-то вслед.

М-да, просто не получилось. Ломать Рудневу нет смысла, тогда ко мне действительно могут возникнуть вопросы. Но и ничего не делать, я не могу, поэтому…

Двигался быстро, сливаясь с утренними сумерками. Голова была тяжёлой после бессонной ночи, но мысли работали чётко. Итак, Рязанов и Руднева явно что-то замышляют. И это «что-то» не имеет ничего общего с официальным наблюдением. Слишком уж нервные, слишком скрытные. Нужно разобраться и с ними тоже.

Казарма показалась впереди. Несколько командиров стояли у входа, переминаясь с ноги на ногу в утренней прохладе. При виде меня они выпрямились, пытаясь создать видимость бодрости.

— Костёв! — крикнул я, подойдя к нашей казарме.

— Здесь! — тут же появился пацан, выскочив словно из-под земли. Его худое лицо было заспанным, но глаза смотрели внимательно.

— Кто выпустил Рязанова?

— Кто? — повторил он, моргая с недоумением.

— Это я у тебя спрашиваю, — мой голос стал жёстче.

Коля заметно напрягся. Он выпрямился, как струна, и сглотнул:

— Никто не выходил, господин, — заявил уверенно, но в глазах мелькнуло беспокойство. — Я сам стоял на страже, потом Петров заступил. Могу поклясться, никто из казармы не выходил.

Интересно-то как. Получается, у нас господин граф ещё и пробираться умеет неплохо. Ну что ж, используем это. Теперь ему будет сложнее заниматься своими делами, и такой расклад пока меня устроит.

— Где Рязанов сейчас? — спросил, глядя через плечо Костёва в полутёмную казарму.

— У себя на койке, господин, — отрапортовал Коля. — Вернулся буквально пять минут назад. Сказал, что был с вами.

— Так никто же не выходил? — улыбнулся я.

— Но… Там… Я… — пытался осознать Костёв.

— Усильте наблюдение, — приказал ему. — Ещё раз такое повторится — начну наказывать, причём достаточно жёстко!

— Так точно! — отчеканил Коля, чуть не щёлкнув каблуками.

Я же свернул к лаборатории. Издалека было видно, что Смирнов не теряет времени даром. Из трубы, наспех установленной на крыше сарая, вился тонкий дымок. Сквозь щели в досках пробивался слабый свет. Похоже, мужик всю ночь потратил на обустройство.

Смирнов уже почти разложил самое необходимое. Колбы, реторты, перегонные кубы — всё было аккуратно расставлено на самодельных полках. В центре помещения располагался большой стол, на котором лежали бумаги с какими-то расчётами. Остальная часть для второго места работы тоже была готова.

— Павел Александрович! — обрадовался мужик, когда увидел меня.

Он был в фартуке, покрытом пятнами неизвестного происхождения. Очки его запотели от работы с кипящими жидкостями. А на столе стояла небольшая жаровня, над которой булькал котелок с чем-то зеленоватым.

— Вот, налаживаю производственный процесс, — Смирнов указал на своё творение. — Уже приготовил основу для первой партии, но без вашей крови дальше двигаться не могу.

Я кивнул, осматривая помещение. Для наспех сколоченной лаборатории выглядит вполне прилично. Но ещё предстоит организовать настоящее рабочее место — то, которое будет спрятано от посторонних глаз.

«Пора снова работать», — мысленно произнёс я и тут же материализовал Ама.

Водяной медведь появился в углу лаборатории с громким шлепком. От неожиданности Смирнов подпрыгнул и выронил колбу, которую держал в руках. Стекло разбилось, разлив на пол что-то дурно пахнущее.

«Копай туннель в лабораторию», — приказал я. Показал направление и что конкретно нужно сделать.

Мишка было хотел покачать права, недовольно ворча и переступая с лапы на лапу. Его морда выражала явное нежелание заниматься такой грязной работой.

«Не забывай, что ты недавно хорошо покушал», — напомнил я, глядя ему прямо в глаза. Ам тут же сник, словно сдувшийся шарик.

Мы с отцом Ольги убрали доски с пола, чтобы монстр мог начать. Мужик жался ко мне, пока мишка ковырялся своими когтями у себя в носу. Когда мы закончили, монстр приступил к работе. Его