Маленькая хозяйка замёрзших фьордов - Оксана Руф

Габриэль задумался, а потом кивнул.

— Да. Думаю, это вполне может быть. Но он не мог сделать её официальной любовницей, а уж жениться тем более.

— А ты помнишь, как к тебе относилась мама? — Я прикусила язык, заметив, что Одан слишком близко. Но едва я на него взглянула, он вспыхнул глазницами и улетел.

— Она умерла, когда мне было около пяти. Её работа… — Габриэль осёкся и нахмурился. — В общем, она не могла уделять мне много времени. Поэтому со мной были её… сёстры.

— А как рос Утис, ты знаешь?

— Ммм. — Он задумался. — Я слышал, что его не сильно жаловали в главном замке и поселили вместе с прислугой. А когда стал старше, так вообще отправили в конюшню. Отец жалел его, но не мог пойти наперекор старшим ещё раз. Поэтому воспитанием Тиса занимался Доуль, а когда наставник получил право выкупа дома и участка земли, забрал с собой.

— А ты?

— Я? Остался в замке, конечно. Хоть и бастард, но я был сыном Марчело, а потому, когда отец пропал, дед решил сделать наследником меня. Но потом всё завертелось и пришло к тому, что имеем сейчас.

Я вздохнула, жалостливо похлопав Габриэля по руке.

— Соля?

— Ты только выслушай, ладно?

— Ты о чём это? — Он поёрзал и посадил меня удобнее. — Что ты хочешь рассказать?

— Я думаю… Нет, не так. Я уверена, что тот человек, которого ты охранял все эти сто лет, не кто иной, как настоящий сын Марчело.

Габ замер, а потом громко расхохотался, взбудоражив летающую черепушку. Одан спланировал к нам, но улетел как только столкнулся с мрачным взглядом внука.

— Хочешь сказать, что в хранилище спит не Тис? Ну ты даёшь, Соля. Кх. Это надо же… Ха-ха-ха! Прости. — Он вытер глаза и погладил меня по голове. — Ты ошибаешься. Мы же росли вместе. Так что я уверен…

— Всё правильно, вы росли вместе. Но Третья звезда из пророчества это ты, Габ. — Я побоялась оборачиваться, чувствуя как напряглось его тело.

— Откуда такая уверенность? — глухо спросил он.

— У меня уже были некоторые сомнения, — призналась я тихо. — А когда увидела портреты, то убедилась.

— Это всего лишь мазня. — Он отшвырнул альбом и поднялся, ставя меня на пол.

— Я же просила выслушать.

— Так я слушаю. — Он подошёл к мозаике с кораблём и заложил руки за спину. — Можешь продолжать.

Ага. Так я и поверила этому ложному спокойствию. Я села на прежнее место и вздохнула, сцепив пальцы домиком.

— На самом деле, всё очень просто. Я выросла в доме утех. Ну, не совсем выросла, — поспешила оправдаться я. — Я пряталась там шесть лет. Так вот, о чём это я… Местные женщины, если и рожают, то от детей избавляются очень быстро, потому что иначе им будет уготована судьба рабов. Работорговцы очень любят детей, знаешь ли. Но иногда я слышала рассказы о том, что до того, как появились трущобы, такие женщины старались пристроить детей. Ведь они тоже были матерями и желали своим отпрыскам лучшей жизни, чем была у них. С тобой получилась та же ситуация, я думаю.

— То есть, маркиза Лиеша, — Габ перекатился с пятки на носок, но головы не повернул, — желая мне лучшей жизни, отправила в квартал красных фонарей? Ты же понимаешь, что это даже звучит абсурдно?

— А если принять во внимание пророчество? Габ, ты ведь говорил, что сын бога должен был вырасти в любви. Скорее всего Лиеша знала, что Марчело любит ту женщину, а потому и к ребёнку будет особенно внимателен. И пусть ты рос не в замке, и не как Третья звезда, но у тебя было лучшее детство, чем у настоящего сына маркиза, которого отдали в дом Эсфиль как Утиса. Принцесса Лиеша была искусным магом и наверняка за годы брака получила доступ не только к сокровищницам, но и лабораториям. Поэтому повторить рецепт зелья внешности ей не составило труда. Использовав его на маленьком сыне пр… любовницы Марчело, она заставила всех думать, что он действительно сын бога и ребёнок из пророчества. Лиеша была матерью и госпожой этой земли. Она как никто другой знала о трудностях, с которыми тебе предстояло столкнуться, живи ты как настоящий сын бога. Поэтому и пошла на подмену детей. Ты вырос в заботе отца и матери, и стал чуть более счастливым, чем Тис.

— У меня нет силы, — хрипло парировал Габ, всё ещё отказываясь верить в мой рассказ.

— Есть. — Я встала и подошла к нему. — Ты просто сам этого не осознаёшь, а может наоборот, отгораживаешься.

— И какая же?..

— Ты бессмертен и делаешь такими же всех, кого считаешь семьёй.

Глава 34

Абсурдная, на первый взгляд, мысль, с каждой минутой захватывала всё больше. Если думать об этой истории в таком ключе, то всё сходилось. Ну, может не всё, но большая часть точно.

Например, те слова Чивасы около внутреннего двора. Она говорила, что они все устали, и что Габ должен использовать меня. Но он отказывался, а она намекала, что возраст, когда мы впервые столкнулись с трудностями, у нас почти одинаковый. Значит, ему было около девятнадцати, когда землю накрыло проклятье.

И ещё… Её намёк на усталость также говорил о том, что сами они предпочли бы смерть такому длительному заточению. Поэтому вероятность того, что Габ насильно поил их какими-либо зельями сводилась к нулю. Бессмертие было результатом чего-то другого. Например, наличия среди них полубога с подобной силой. Существующего в форме духа Утиса я в расчёт не брала, так как магия всегда формировалась в теле.

Получается, что почти сто лет назад император пожелал избавиться от ненавистного наследника, а маркиз, приёмный отец полубога, решил наконец-то отомстить за смерть жены. Они оба согласовали сделку по продаже принца хиёлтам. Но, что случилось потом? Почему же в народе были уверены, что сам маркиз Одан отправился к морскому народу, чтобы что-то там украсть?

— А что случилось с Оданом и Марчело? — спросила я ошалевшего от новостей Габриэля. — Как так получилось, что они оба сгинули, а вы с Утисом остались?

Он всё так же стоял напротив стены и будто рассматривал мозаику. Наверное, мой вопрос был слишком груб, но правда могла быть сказана только тем, кто всё видел. Люди имеют свойство приукрашивать услышанное, поэтому я не сомневалась, что даже в документе понтифика могло быть