Мир Дроу. Правящий Дом Миззрим - Денис Игоревич Камков

запереться в своих домах и даже закрыть деревянными створками окна. Да и вид окровавленных, а точнее по большей части измазанных чужой кровью дроу, не мог являться привлекательным зрелищем для простых обывателей небольшого городка, а тем более их детей.

Анл’луриин своим жестким приказом, велела не вскрывать запертые жилища, хотя штабисты говорили ей, что в таком случае, вполне можно ожидать удара в спину от засевших в засаде воинов людей, прячущихся под видом горожан внутри их домов. Но Глава Похода была непреклонна.

Сейчас основной бой шел уже вблизи самого храма, куда стягивались все уцелевшие защитники, отступающие от волны дроу, уже практически полностью захлестнувшей улицы по всему внутреннему периметру города. Они так же стремились в центр, планомерно убивая или выдавливая с окраин, не слишком умелых ополченцев и стражников людей. Регулярные же военные были поголовно уничтожены, за исключением тех, кто был отряжен участвовать в последнем бою, за сам храм. Пленных дроу не брали, совершая мизенкорды на горлах уже обезоруженных, раненных, или даже в панике убегающих людей.

Анл’луриин продолжала идти по улочкам, постепенно выбираясь из окраин, стремясь попасть к центральным кварталам. Нескольких выскочивших откуда-то сбоку воинов, она с легкостью убила молниеносными взмахами сик, не удостоив даже поворотом своей головы, обезглавлено падающих к ее ногам тел нападавших. Ярость и гнев за убитых сестер и братьев, сейчас наполнял ее не хуже чем в тот день, когда она одним своим взглядом сжигала проштрафившихся перед ней штабистов Миззрим, посмевших саботировать или не слишком ретиво исполнять приказы своей Главы. В тот день, старшие офицеры штаба увидели воистину гневную старшую жрицу и тот урок и выданные ею прямо на месте суровые наказания, пошли на пользу, как резко помолодевшему штабу Дома, так и всей подготовке Похода.

Мысли эти вертелись на краешке сознания Анл’луриин, пружинящей походкой, стремительно идущей вперед. А следом за ней, едва поспевали телохранители, косо посматривающие на отлетающие периодически, то влево, то вправо, тела редких безумцев, пытавшихся остановить целеустремленную Главу Похода на ее пути к цели.

Сила Л’лос навсегда поселившаяся в ее душе, позволяла ей практически не замечать летящих в ее сторону предметов или заклинаний. Взмах сики или набухший на ее ладони сгусток щита, одинаково легко отбрасывал или разрубал как стрелы лучников, так и магические заклятья магов людей. Когда она, преодолев линию обороны, не сбавляя темпа, двинулась к самому строению, возвышающемуся посреди центральной площади города, сбавившие было темп атаки дроу, ринулись за ней, нагоняя и прикрывая ведущую их в заключительный бой Анл’луриин.

С именем своей верховной богини на устах, дроу смяли крайний редут в виде наспех наваленной круговой баррикады, уничтожая его защитников, посмевших поднять свою руку или лук на обожаемую в войсках Главу Похода. Очередная бойня практически закончилась, лишь отдельные стычки не давали назвать этот бой за город полностью завершенным.

Глава Похода, сопровождаемая шестью телохранителями, шла к храму. Белая мантия старшей жрицы, развеваясь от поднявшегося вдруг ветра, колотила ей по ногам, то оголяя, то пытаясь запутать своими полами стройные ножки Анл’луриин. Ее сики, сверху донизу измазанные людской кровью, багровели в лучах клонящегося к закату солнца, еще висевшего над крышами ближайших к площади домов. Кровавый подбой, сменяясь белой и на удивление чистой наружной поверхностью ее мантии, под порывами дующего от храма уже даже не ветра, а урагана, калейдоскопом сменяющихся красок бил по глазам и друзей и врагов, попеременно то укутывая хрупкую на вид фигурку Анл’луриин собой, то позволяя насладиться ее несравненными по совершенству формами тренированного женского тела.

Лишь взгляд ее глаз, где фиолетовая безмятежность, уже сменилась пылающим, ревущем и истекающим изнутри огненным буйством, не позволял остановиться взглядам на прелестях практически обнаженного тела, в его минималистической, практически ничего не скрывающей от взора брони. Она шла чуть пригнувшись, одна, и никто более не мог даже подумать встать у нее на пути. Редкие из выживших защитники храма, остались позади и даже атакующие их дроу, чуть отстали, не выдерживая рвущийся из храма, даже не из распахнутых дверей, а буквально отовсюду потоков сжатого, как пружина, воздуха.

Плотно прижатые к голове мелкие косы, туго стянутые и уложенные так, чтобы ни один волосок не мог помешать Анл’луриин в бою, сейчас постепенно растрепывались, теряя свою плетеную форму. Казалось лишь она одна могла противостоять все ускоряющемуся току стихии Воздуха. Даже баррикады, состоящие из самых массивных предметов мебели и мешков с песком, перестали удерживаться на месте. Столы, шкафы и мощные кресла полетели назад, с силой врезаясь в стены окружавших площадь домов, крошась в щепы. Мешки рвались от резких порывов воздуха, превращая все вокруг в песчаную бурю, засыпая глаза людей и дроу, скрывая нападавших и все еще пытавших хоть как-то сохранить себе жизнь людей.

Анл’луриин шла вперед. Шаг за шагом, твердо ставя свои ноги на брусчатку, она преодолевала метр за метром. Давно висевшая за ее спиной параллельно земле мантия, туго натянутая, едва трепыхалась, подобно гордо реющему флагу, оттягивая назад ее плечи, выпячивая тем самым вперед ее прелестную, упругую грудь. Волосы, сдавшись шквалистому ветру, полностью распустившись шлейфом за ее головой, трепетали локонами позади, предавая ее фигуре и без того ярко видимую целеустремленность и решительность.

Несчастные телохранители из шести правящих Домов, лучшие бойцы дроу, пытались следовать за своей госпожой. Их наклоненные почти горизонтально фигуры, упирались подошвами в каменную площадь и с каждой секундой все больше скользили назад, делая их очередной крайне трудно выполненный шаг, лишь компенсацией сдвигу скользивших по брусчатке подошвам сапог. Гордость и долг не позволяли им отступить, а потому они все равно шагали, все с большим трудом передвигая попеременно то левую, то правую ногу вперед. Они шагали, но оставались при этом на месте. Их лица, приоткрытые в яростном оскале целеустремленности, несмотря ни на что идти вперед рты, куда тут же забирался ураганный ветер, раздували их черты лица, обезображивая, делая неузнаваемыми.

Все дроу, оставшиеся далеко позади, уже бросив бесперспективную в таком шторме сечу, стояли плотно прижатые спинами к стенам домов. А улетевшие под порывами стихии в примыкающие к площади улочки, и там уже чудом зацепившиеся, также смотрели на идущую вперед свою Главу. И даже бивший им в лицо ураган не мог стереть неприкрытое восхищение при виде тоненькой фигурки, гордо преодолевавшей САМУ стихию.

Минуя сознание, не отдавая себе в этом отчет, они в унисон произносили ее имя, молясь сейчас ей, как своей богине, олицетворявшей в эти мгновения для них – всю их великую расу Илитиире:

«Анл’луриин!