По следу из розовой пыльцы - Мария Камардина

– Он ведь не хочет, – выдавливаю сипло и жалобно. – И я… Нет… Не надо, слышишь?!

Сашка смотрит на меня, гладит по щеке и улыбается так нежно, что я умолкаю, и за грудиной снова больно и тяжело, и он всё уже решил сам, и зачем, ну зачем ему это надо?!

– Я хочу, – говорит он очень спокойно. – Я согласен принять дар оборотня, а Особый отдел снимет проклятие. Сможете нормально его допросить. Давайте договор. Сейчас.

Мне слышится в его тоне «пока я не передумал». Кто-то из сотрудников с топотом убегает в недра здания, Кощеев неуверенно кашляет, но тут же начинает говорить, что Особый отдел сделает всё возможное, маги у него первоклассные, с проклятиями, подобными этому, уже работали, а ещё он непременно попытается связаться со специалистом высшей квалификации, и он-то точно справится. «Вы не переживайте, всё будет в лучшем виде, и вы всегда можете отказаться, я не тороплю, не настаиваю, подумайте…»

Мантикоры и Гошка тихонько скулят.

Сашка молчит.

Я молчу.

Мне страшно.

Глава 15

О доверии, выборе и щупальцах

От такси Сашка отказывается, от успокоительного тоже – он, мол, совсем не нервничает. А вот я нервничаю вплоть до безумной идеи, что невинная с виду розовенькая таблеточка скрывает в себе, к примеру, сильное снотворное. Вот как вырубят меня, как положат в уголке, а Сашка тем временем!..

То, что при необходимости меня и без таблеточек могут вырубить, да и просто запереть, вообще не аргумент. Ну к лешему.

Из здания нас выпускают без проблем и даже не требуют ничего подписать, мол, подумайте ещё раз хорошенько, изменить решение можно в любой момент, а нужного специалиста, самого крутого некроманта во всём Центральном федеральном округе, всё равно пока нет в городе, до завтра точно. Как только явится, Кощеев лично с ним побеседует и заручится поддержкой, а там уже можно будет и дату назначить. «А у вас, Катенька, вообще отпуск, отдыхайте, Катенька, отдыхайте!..»

Отдохнёшь с ними, как же.

В машине я забираюсь на заднее сиденье – очень хочется с ногами, и вот так коленки обнять и носом в них уткнуться, но чехлы с сидений мне же потом и стирать. Мантикоры тут же пробираются ко мне, приваливаются с обеих сторон, зато Гошка запрыгивает на колени к Сашке. Ну и пожалуйста, будем считать, что потенциально опасный объект надёжно зафиксирован. Если он сейчас полезет обниматься, объяснять и уговаривать, я ж разревусь на этом самом месте, а мне оно разве надо? Поговорить ещё придётся, но сейчас самое адекватное, что я могу сделать, – не трогать тему вовсе.

Крутого некроманта в доступе всё равно пока нет. Я успокоюсь, я подберу аргументы, я…

Сашка разворачивается ко мне, но я упрямо смотрю в сторону.

– Ты как, – говорит он с такой нарочитой бодростью, что его хочется стукнуть, – домой? Или давай со мной, я к Никитичу поеду, заодно, может, Ирина чего подскажет по амулетам к ситуации, ей как-то больше доверия…

– В Министерство.

Он удивлённо замолкает, потом осторожно интересуется:

– Зачем? Отпуск же.

Не знаю зачем. Просто не хочу разговаривать ни с кем, кто в курсе всех моих проблем. А хотя вот: Влад же говорит, что у некромантов хорошая библиотека. Попрошу у Дементьева почитать что-нибудь про проклятия и про то, как их снимать. Как накладывать – тоже почитаю, Кощеев вот прямо нарывается.

Пожимаю одним плечом, гляжу в окно.

– Владу помогу. Если он вообще после всего на работу вышел.

Мысль, к слову, здравая. Шеф на этой неделе тоже в отпуске, о чём все заинтересованные лица предупреждены. Однако есть такая категория граждан, которая непременно явится именно потому, что начальника нет, чтоб радостно и со вкусом поскандалить на эту тему. Да и заявки в базу всё равно падают, обычным охотникам в целом наплевать, когда там у кого отпуск, им документы нужны от организации, а сейчас как раз сезон на солнечного фазаноголова начнётся.

Сашка считывает моё нежелание общаться, громко и печально вздыхает, убеждается, что не проняло, и заводит машину.

– На пару часов, а потом приеду и заберу, хорошо? У нас медовый месяц, между прочим.

Ага, такой медовый, что скоро всё слипнется.

В Министерстве ничего не изменилось: металлоискатель, охрана, пластиковая карта, которую я забыла выложить из сумки в четверг – господи, сегодня всего-то понедельник, а кажется, что год прошёл! Девочки из канцелярии удивляются, радуются, поздравляют, знакомая из Бюро социализации сверхъестественных существ весело здоровается, Димка Нечаев, один из помощников Дементьева, хмуро кивает и просит пригнать Тараса в подвал, если вдруг попадётся, потому что «задолбал, с утра где-то шарится, пока Славик на больничном, а работу никто не отменял!».

– На больничном? – переспрашиваю удивлённо.

Некромант пожимает плечами и поправляет горловину тёмной водолазки с изображением оскаленной медвежьей морды. Меня передёргивает.

– Ну, он мне позвонил и сказал, что взял день за свой счёт, простудился, что ли. Хрен знает, я не уточнял. Но Тараса всё равно пни, если увидишь, хорошо? Жаркова ребят на кладбище забрала, амулеты перезаряжать, а я чего, один столы мыть должен?

Пнуть – это я всегда с удовольствием. Потому что если он торчит у Влада, то мешает ему работать, и хорошо, если в этот раз никаких огарков с собой не прихватил. Пусть не думают, что, пока начальства нет, можно забивать на обязанности, – и очень жаль, к слову, что начальства нет, к кому мне по поводу книжек теперь обращаться?

А впрочем, почему бы не к Тарасу? Влад же не у Дементьева литературу просил.

Дверь в наш кабинет нараспашку, работой там, конечно, и не пахнет – а пахнет кофе и пирожками.

– О, – радуется Тарас, – Катя! Слушай, как здорово, что ты тоже тут!

Он сегодня одет условно прилично – джинсы синие, рубашка в бело-голубую клетку, только давешние красные кроссовки из цветовой гаммы выбиваются. Зато Влад в чёрном, из-за чего кажется особенно бледным. С утра на небе были тучки и в целом прохладно, но для толстовки с длинным рукавом перебор.

На вопрос о самочувствии он только закатывает глаза.

– Кать, я на работу специально сбежал от бабушки, чтоб мне температуру не мерили каждые полчаса! Хоть ты отстань, а?

От бабушки он сбежал, ишь, колобок нашёлся. Мои нервы всё ещё на взводе, и я с трудом удерживаюсь от лекции на тему легкомысленных балбесов, которые за здоровьем не следят, а потом навещай их в больнице. К счастью, раньше меня начинает говорить Тарас.

– Слушай, – он вклинивается