Источник - Галина Дмитриевна Гончарова

него что-то получила, если бы Феликс ей МНОГО денег оставил, тогда дело другое. А он ей разве что на рождение сына подарок подарил, жлоб проклятый! Негодяй!

Впрочем, о покойном супруге она думать не будет, от этого могут морщины появиться, она лучше подумает о будущем!

Вот платье ей идет, голубое, с золотистыми кружевами-блондами[12].

И шляпка, и перчатки, и вся она свеженькая и очаровательная, и больше восемнадцати лет ей не дашь, ну, может, девятнадцать с половиной, но точно не двадцать!

Дорога была неудобная и пыльная, рамбиль тряский и старый, так что раздражаться и шипеть Сарочка начала быстро, с первой горсти пыли на кружеве. Знала бы – плащ надела!

Ан нет!

Хотелось выпорхнуть из рамбиля, такой воздушной, и поразить Робина своей красотой. Сразу же!

Чтобы навылет!

Ведь любил же он ее?

Любил, и сейчас наверняка не забыл! Таких как она, не забывают!

Сара была уверена в своем успехе, но… ее просто все бесило! Но вот и дом Робина!

А ничего так, большой, симпатичный…

Его можно продать за хорошие деньги и, конечно же, купить себе дом в столице. Не жить же им в этом захолустье?

Но сначала надо увидеть Робина.

Сара сощурилась.

А вот и знакомое лицо. Хью, услышав рамбиль, вышел из дома и остолбенел, не зная, что делать. Он-то ждал Элисон, а приехала…

Да что эта зараза здесь делает-то?

И допустимо ли ударить женщину лопатой?

Хотя какая она женщина?

Гадина она, вот как есть – гадина!

Впрочем, до лопаты было далековато, а Сара решила все сама и пошла в атаку.

– Ага, Хью! Значит, и Робби здесь? Где он? Немедленно проводи меня к нему!

Хью и опомниться не успел, как Сара уже стояла на крыльце и, воняя дорогими духами, открывала дверь. Да-да, воняя… Хью она была настолько противна, что хороших эпитетов он для этой заразы не находил!

– А впрочем, сама дойду!

А ведь предупреждала рена Лейтнер, надо было лопату поближе держать. Других мыслей у Хью как-то и не возникло…

Неясно, сколько бы он еще простоял на крыльце, но – зашумел второй рамбиль. Не прошло и десяти минут, как старенькая машина запарковалась во дворе, и из нее вылезли две девушки. Очень похожие… одна, конечно, их Элисон, а вторая? Судя по внешности? Сестра? Кузина?

Это можно и потом узнать, а пока…

– Рента Лисси! Слава всем богам!!! Помогите!!!

* * *

Робин и Матео ждали в библиотеке Элисон. Но когда дверь распахнулась…

Робин остолбенел, словно получил удар в солнечное сплетение, да так оно и было, в какой-то степени.

Сара…

Очаровательная и безжалостная, красивая и равнодушная, словно мраморная статуя.

Предательница и дрянь, которая его добила. Почти добила.

И… и что он чувствует?

Ответа у Робина не было. Это именно как удар, сначала надо опять вдохнуть воздух, а потом уж говорить о чувствах. Зато Матео не растерялся.

– Какие люди! Свинья на блюде!

Теперь настала очередь Сары задохнуться от возмущения. Это… о ней?!

Или что имеет в виду этот грубиян?

Матео не стал задерживаться с разъяснениями.

– Чего приперлась? Денег надо? А вот не будет тебе!

О, Сара ему бы все высказала. Но что-то она сомневалась, что зрелище визжащей, словно базарная торговка, красавицы заставит Робина вспомнить старые добрые времена.

Но как тогда быть?

Сара мгновенно сориентировалась, пересекла комнату и упала на колени, как раз рядом с креслом, в котором сидел Робин. Из прекрасных голубых глаз полились не менее прекрасные слезы.

– О, Робби!!! Я так тосковала!!!

Матео скрипнул зубами. Вот же зараза! Робин кое-как вдохнул, выдохнул.

– Сара, тебе не стоило приезжать.

– Робби! Я ехала к тебе, я наконец-то могу сама распоряжаться своей судьбой, мой отец больше надо мной не властен! Я так тебя люблю! Я все эти годы о тебе думала!!!

Речь лилась плавно и гладко, у Сары было время и продумать ее, и отрепетировать… и, конечно же, оправдать себя, свалив все свои грешки на отца. Сара бы никогда, а вот отец желал выдать ее замуж повыгоднее, она тут сама жертва! Два раза!

Матео скрипел зубами, но ведь нельзя же заразу взять за волосы и просто выкинуть в окно?

Нельзя же?

Или попробовать?

Но почему молчит Робин?

* * *

Робин и сам не ждал, что внутри разольется такой ледяной холод. Словно кто-то взял – и заморозил его сердце.

Сара…

Когда-то любимая, а сейчас – совсем чужая. И такой она кажется ненастоящей, словно пластилиновая кукла. И не трогают ее слезы, и видна продуманность жестов, и юбка раскинулась так красиво… Все отточено до мельчайших жестов. Вся она работает на впечатления, и это так безумно скучно!

Кукла. Пустая, глупая, дешевая кукла… и из-за вот этого он едва себя не убил? И кто тут идиот?

Робин уже дернулся, было, вырвать руку, но…

– Какая картина! – прозвучал знакомый голос. – Красавица и чудовище!

– Аля, ты перепутала, это красавец и чудовище.

И… Лисси?

Робин распахнул глаза, глядя на двух девушек в дверях. И глаза у обеих очень решительные.

Матео расплылся в широкой улыбке. Кажется, Сару сейчас ощиплют налысо!

– Думаешь?

– Уверена. Смотри, как вцепилась, точно, сожрать хочет.

– По легенде чудовище собиралось сначала не жрать, а того? Что в неприличных картинках рисуют?

– Ну так и она собирается сначала того! А уж потом и сожрет!

– Черная вдова?

– Паучиха – или в прямом смысле слова?

– Эта, наверное, в обоих смыслах. И в кружавчиках.

Терпению Сары тоже были пределы.

– Это еще что такое?!

На ноги она взлетела, едва не сбив Робина ворохом кружев, и воззрилась на девушек злыми глазами.

Ни Элисон, ни Ларисию этот взгляд не тронул. Даже не почесались.

– Это не что, а кто, – преспокойно сообщила Лисси. За Робина она порвала бы на клочья – и вот! Явилась, понимаешь! Тут и гадать не надо, что это за гадина ползет… мало ей? Не доела тогда, явилась сейчас? Стерва!!! – Я – жена Робина, а ты что за чучело?

– Жена?! – аж задохнулась Сара.

Как-то ей и в голову не приходило, что Робин может… жениться?! Это как?! Он же не должен ее забывать, он страдать должен!!! И вообще…

– А я – любовница, – поддержала Аля. – Учти, если ты третьей заявилась, так тебе тут ничего не обломится, нам самим мало!

– Врешь!!!

Девушки, недолго думая, разделились, словно две акулы хлипкую лодочку, обошли Сару с двух сторон – и обняли Робина. Лисси справа, Аля слева.

И синхронно поцеловали, куда