Фантастика 2026-4 - Артемий Скабер

Дошёл до койки Рязанова. Граф лежал на спине, закинув руку за голову. Дыхание ровное, спокойное. Либо хорошо притворяется, либо действительно спит. Я отметил, что его поза не выглядела расслабленной — скорее, настороженной, готовой к мгновенному действию.

Нужно проверить. Уже мелькала одна мысль о том, чем может быть граф, но я её отогнал. Хемофаг? Но Елизавета по-другому выглядела, когда в ней червь развивался. Да и партнёр нужен постоянный, чтобы из него жизненные соки тянуть. А тут всё по-другому.

Хотя, может быть, у мужских особей иначе? Но они же черви, значит… Тряхнул головой, отгоняя мысли. Возможно всё, поэтому буду готовиться к разным вариантам.

Ждать или действовать? Второе однозначно. Я твёрдо решил разобраться с Рязановым сегодня же ночью. Вернулся в свой кабинет, собрал несколько артефактов из тех, что могли пригодиться, и направился к тайному проходу.

Открыл дверь в свою землянку, обнаружив там возбуждённого Смирнова. Мужик взмахнул руками, чуть не сбив колбу со стола:

— Павел Александрович! Я провёл ещё несколько испытаний с манапылью! Если добавить её в концентрированном виде к ткани степных ползунов, то…

— Игорь Николаевич, я тут скоро с гостем пожалую, — прервал восторженную речь.

— Но… — развёл руками мужик, показывая на следы нашей работы, беспорядочно разбросанные по лаборатории.

— Нам его допросить нужно будет. И ещё тонкость: я не уверен, что это за существо. Возможно, хемофаг, — добавил, наблюдая, как радостное выражение на его лице сменяется недоумением.

— Кто? — глаза Смирнова расширились от непонимания.

— Тварь одна, очень опасная. Поэтому вот вам, — передал ему банку со спиртом из своих запасов. — В любой непонятной ситуации заливайте всё, что будет на вас нападать, этим.

Отец Ольги принял от меня ёмкость, выпучив глаза. Его руки дрожали, а бледное лицо стало ещё бледнее.

— Да не переживайте, — попытался успокоить его. — Всё должно пройти спокойно. Это так, на крайний случай.

— А что происходит? — проглотил ком в горле мужик, тряся немного банку.

— Я бы и сам хотел это знать… — покачал головой. — Вот и разберёмся.

Выпустил паучков и разместил несколько внутри землянки. Маленькие стражи заняли стратегические позиции под потолком и в тёмных углах, готовые в любой момент атаковать по моему приказу.

Вернулся в казарму. Заметил, как один из дежурных вытянулся при моём появлении:

— Господин капитан, всё спокойно. Никаких происшествий, — отрапортовал он.

Кивнул ему и прошёл к койке Рязанова. Склонился над спящим графом:

— Рязанов, проснись, — негромко произнёс, тряхнув его за плечо.

Граф моментально открыл глаза — слишком быстро для человека, погружённого в глубокий сон. В его взгляде не было ни капли сонливости, только острая, холодная настороженность. Он зевнул, но это выглядело как хорошо отрепетированный жест.

— Зайди ко мне в кабинет через пять минут, — приказал, не давая возможности задать вопросы.

Рязанов молча кивнул, сел на койке и начал натягивать сапоги. Я вернулся к себе, проверил артефакты и приготовился к встрече. Через заметно больше пяти минут в дверь постучали. Три коротких удара.

— Войдите, — ответил, располагаясь за столом.

Рязанов вошёл, аккуратно прикрыв за собой дверь. Он был полностью одет, застёгнут на все пуговицы, словно собирался на парад, а не поднят среди ночи. Его лицо не выражало никаких эмоций, только привычная маска вежливого внимания.

— Слушай, давай упростим жизнь и тебе, и мне, — начал я, глядя ему прямо в глаза. — Просто скажи, что ты тут делаешь.

— Вы знаете, что я не могу, — пожал плечами Рязанов с едва заметной улыбкой.

— Ну, тогда, может быть, поведаешь, что ты такое? — склонил голову, внимательно наблюдая за его реакцией.

Рязанов стоял неподвижно. Слишком неподвижно. Человек обычно хоть немного, но двигается — дышит, моргает, переносит вес с ноги на ногу. Граф же застыл, словно статуя. Его глаза, обычно невыразительные и холодные, уставились на меня. В них не было страха или удивления — только странное, тягучее внимание хищника, оценивающего добычу.

— Не понимаю, о чём вы, господин капитан, — произнёс он наконец. Голос звучал ровно, без единой эмоциональной нотки.

— Брось, — махнул рукой. — Я знаю, что мой яд на тебя не действует. Знаю, что ты встречаешься с Рудневой. И догадываюсь, что ты не тот, за кого себя выдаёшь.

Выражение лица графа не изменилось, но что-то промелькнуло в его глазах — чужое и совершенно нечеловеческое. На мгновение радужки словно засветились изнутри, едва заметно, на грани восприятия. Будто под человеческой оболочкой скрывалось нечто иное, и сейчас оно выглянуло, чтобы оценить ситуацию.

— Вы устали, барон Магинский, — медленно произнёс Рязанов, делая полшага назад, ближе к двери. — Давайте отложим этот разговор до утра.

Его движение было плавным, почти змеиным. Так не двигаются обычные люди. Военные — да, их учат перемещаться экономно, без лишних движений. Но это было что-то другое, неестественное.

— Думаю, нет, — покачал головой, незаметно сжал артефакт рукой.

Этого хватило. Я не стал ждать. Одним молниеносным движением провёл рукой под столом и активировал артефакт парализации. Волна энергии прокатилась по комнате, ударилась о стены и вернулась, складываясь в плотный кокон вокруг графа.

Рязанов застыл, замерев в неестественной позе. Теперь его глаза светились явно — два бледных фонаря, полных ярости и удивления. Не голубоватый свет, как у обычных магов, а что-то другое — белое, с желтоватым оттенком, похожее на сияние далёких звёзд.

— Вот так-то лучше, — кивнул я, обходя стол.

Подойдя ближе, заметил, что кожа Рязанова стала странно полупрозрачной. Сквозь неё просвечивали не кости или вены, а какие-то светящиеся линии, напоминающие схему энергетических каналов из учебника по магии. Но такого я раньше не видел. Пораскинул мозгами: «За всё время пребывания в этом мире мне встречались разные существа: перевёртыши, хемофаги…».

Схватил окаменевшее тело графа. Странно лёгкий, словно внутри пустота или… Может, там вообще ничего не нет?

Поднёс руку ко рту и носу пленника — не дышит. Совсем. Сердце не бьётся. Что за чертовщина?

— Пять секунд, — пробормотал я, зная, сколько продержится артефакт. Его сила уже истощалась, судя по тому, как начали снова двигаться пальцы графа.

Активировал ещё один, подхватил Рязанова под мышки. Открыл потайную дверь. Затащил окаменевшее тело внутрь и закрыл позади себя. Тащил Рязанова по узкому туннелю к землянке, мысленно считая секунды. Артефакт