Молот Пограничья. Книга V - Валерий Пылаев

тот и не думал встревать и вместо этого вдруг принялся разглядывать приклад своего штуцера с таким интересом, будто там происходило нечто куда более любопытное, чем спор капитана с князем. Видимо, сообразил, что сердить любого из нас чревато последствиям и благоразумно решил отмолчаться.

Зато остальные молчать не собирались. Гридни дружно нахмурились, а Жихарь для пущей убедительности даже опустил ладонь на кобуру с револьвером.

И этого аргумента хватило.

— Прошу меня извинить, ваше сиятельство. — Урусов стушевался и отступил на полшага, втягивая голову в плечи. — Я действительно вел себя недостойно офицера и едва не погубил нас всех. Разумеется, у меня нет даже права просить вас умолчать обо всем этом, когда придет время, однако…

— Побойтесь Матери, капитан. У меня и в мыслях не было портить вам репутацию. Или уж тем более — карьеру. — Я махнул рукой. — Но вы должны понимать, какую ошибку совершили. Дело не только в ненужном риске, а еще и в том, что эта машина, — Я указал на курицу, — несла немалую пользу и…

— Она убила солдат!

— К сожалению. — Я с готовностью кивнул. — Но также она убивала и тварей, которые пытались пройти здесь. Просто патрулировала кусок Тайги — и, пожалуй, могла бы продержаться еще день или два, даже с поврежденной ногой. Уж не знаю, по чьей воле, но она стояла между Пограничьем и армией мертвецов, что идет с севера. — Я кивнул в сторону целой горы упырей, которую курица оставила в сотне шагов от нас. — И теперь у нас больше нет этой защиты — из-за вас, капитан.

— Боюсь, от нее было бы не так уж много толку, ваше сиятельство.

В голосе Урусова вдруг зазвучала такая тоска, что я сразу понял — жив-камень тут не при чем. Как и упущенная возможность выслужиться перед полковником. Что-то беспокоило капитана даже сильнее, чем гибель его людей.

— Не так уж много толку? — медленно повторил я, складывая руки на груди. — Похоже, вы знаете куда больше, чем говорите.

— Увы, так оно и есть. И, полагаю, скрывать уже нет смысла. — Урусов на мгновение смолк, обвел взглядом гридней, будто сомневаясь — но потом все-таки продолжил. — Нас отправили на разведку — выяснить, что творится на берегу Ладоги к северу от города. И мы выполнили свою задачу, ваше сиятельство. И уже возвращались домой, когда налетели на эту тварь, а дальше… Дальше, полагаю, все и так яснее некуда.

— Налетели? — Я сложил руки на груди. — Значит, спешили настолько, что решили гнать через Тайгу, очертя голову… Так что же вы видели, капитан?

— Кое-что страшнее этой машины, ваше сиятельство. Намного страшнее.

Уточнять не хотелось — видимо, оттого, что ответ я и так знал куда лучше любого и здесь, и в Орешке. Урусов мог сообщить разве что подробности, а как раз они-то меня интересовали мало.

Впрочем, нет — одна все-таки интересовала.

— Сколько у нас времени, капитан? — тихо спросил я. — Прежде, чем… Неделя?

— Намного меньше. С учетом того, сколько времени я здесь просидел… Пожалуй, сутки. — Урусов прищурился, будто пытаясь взглядом просветить Тайгу за моей спиной на пару десятков километров. — Может, двое — если повезет.

Глава 26

— Игорь Данилович, а вы уверены?.. — осторожно начал урядник.

— А как вам кажется, сударь? — не выдержал я. И указал на бойцов, которые как раз копошились вокруг укреплений в паре сотен метров за мостом. — По-вашему, все эти господа приехали сюда оттого, что им скучно сидеть дома?

Подкрепление прибыло еще затемно. Сотня с небольшим человек — не так уж много по меркам богатого и могущественного Новгородского княжества, но все же куда больше, чем я ожидал. Белозерский без лишних вопросов отправил в Орешек целую кавалькаду грузовиков с гриднями, оружием и патронами, и еще несколько — с едой, медикаментами, теплыми одеялами и всем прочим, что может понадобится. Если не в бою, то после него. Конечно же, если в городе еще останется, кому бинтовать раненых.

— Но разве по радио уже сказали?..

— Нет. И, полагаю, не скажут. — Я развернулся на каблуках ботинок и зашагал к мосту. — Но если вам так любопытно, можете лично прогуляться на тот берег и убедиться сами.

— Ваше сиятельство…

На лице урядника вдруг проступило такое выражение, что мне на мгновение даже стало его жаль. Бедняга — впрочем, как и почти все местные чинуши — до сих пор отчаянно не желал верить, что в Орешек вот-вот нагрянет толпа не вполне живых кровожадных чудищ, и придется взяться за оружие. За последние месяцы Орлов, как ни крути, сумел навести в городе порядок, и самыми масштабными происшествиями здесь теперь были драка вольников в кабаке или у Таежного приказа. К хорошему, как известно, быстро привыкаешь.

Вот только отвыкать приходится еще быстрее. И бедняга урядник будто пытался торговаться.

— Ваше сиятельство, — повторил он. — Но как же так вышло, что…

— Довольно! — Я чуть возвысил голос. — Прекратите тратить время зря и идите делайте свою работу. Никто не ждет, что вы решите сражаться в первых рядах, но сделайте так, чтобы в городе ничего не случилось. Если твари прорвутся к мосту, начнется паника, а на улицах помочь вам будет некому. Мы постараемся остановить упырей, но обещать я ничего не могу.

— А много их, ваше сиятельство? — Глаза урядника потухли. Видимо, надежда прожить этот день без приключений умерла окончательно. — Сотня, две?

— Намного больше. Так что я бы на вашем месте проверил оружие и набил патронами все карманы. Впрочем, если мой совет для вас ничего не значит — можете обратиться лично к его сиятельству градоначальнику. — Я указал на чуть сгорбленную фигуру с тростью, которая как раз неторопливо хромала в нашу сторону. — Уверен, он быстро все вам разъяснит.

Урядника как ветром сдуло. Все местные уважали и, пожалуй, даже побаивались грозного князя Кострова, однако Орлов для жителей и особенно чиновников успел стать чуть ли не божеством. Суровым, всемогущим, порой щедрым и милосердным, но куда чаще принимающим скорую на расправу карающую ипостась.

— Доброго дня, Павел Валентинович! — Я приложил к виску два пальца, здороваясь. — Не ожидал встретить вас здесь. Неужели в ратуше вдруг стало настолько скучно?

— В ратуше прекрасно управятся и без меня, — проворчал Орлов. — Желающих марать бумагу там даже больше, чем нужно. А здесь вам пригодятся люди, которые умеют сражаться.

Его сиятельство и правда готовился к бою — и не только на словах. Штуцер он, конечно же, не взял — с больной ногой и без нескольких пальцев на руке справиться с